В 1892 году Адельстен Норман, консервативный пейзажист и любимец императора Вильгельма, увидел работы никому не известного норвежца Эдварда Мунка и был поражён -- настолько, что организовал ему выставку в Берлине. Разразился скандал. Картины сочли оскорблением искусства, выставку закрыли через неделю. Император не простил Норману защиты Мунка.
Должно быть, Норману эти работы показались более правдивыми, чем господствующее академическое искусство, к которому он сам принадлежал. Но золотой век предвоенной Европы, век империй и старого искусства, кончался. Начиналось новое время, которое Мунк предчувствовал и изобразил правдивее любого художника-академиста.
Ему было двадцать девять. Он был на десять лет младше Ван Гога, на пятнадцать -- Гогена. Оба вскоре умрут. Мунк проживёт долгую жизнь и проложит дорогу от символизма к экспрессионизму. Он сможет наполнить искусство содержанием -- в противовес условности увядающего символизма и пустой декоративности ар-нуво.
Плавные волнистые линии модерна были декоративным приёмом -- красивым, но бессодержательным. У Мунка эта линия обрела смысл. Он верил, что человек -- не хозяин природы, а, как писал его биограф, «волна духа и материи». Поэтому вокруг фигур на его картинах -- волнообразные контуры, как круги на воде. Линии как силовые поля пространства. Человек -- сгусток этого пространства, окружённый враждебными наплывами, волнами, которые могут его поглотить.
Природа была для него враждебной. Жизнь -- адом, чередой утрат и несчастий.
Что не помешало ему в 1916 году, в пятьдесят три, купить виллу близ Осло и завести огород. Двадцать восемь лет он выращивал фрукты, овощи, разводил домашнюю птицу. Природа, которая пугала на холстах, росла под его руками.
Он не отвернулся от ада. Остался в нём -- и работал. Возделывал огород, строил дом, мастерскую. Писал картины — даже, когда ожидал, что в мастерскую придут нацисты и заберут, уничтожат его работы.
Двенадцатого декабря 1863 года родился художник, который не победил ужас -- но научился в нём жить и находить в работе то, ради чего стоит жить.
Он писал: «Мое искусство придало моей жизни смысл. Через него я стремился к свету и чувствовал, что могу принести свет другим».
Мунк прожил восемьдесят лет, создав больше тысячи холстов, тысячи рисунков и гравюр.
