Я помню тот вечер до мелочей. Антон пришёл домой поздно, как обычно в последние месяцы. Сын уже спал, я сидела на кухне с чашкой остывшего чая и смотрела в окно. Он прошёл мимо, даже не поздоровался, прямо в спальню. Я подождала минут десять и пошла за ним.
— Нам надо поговорить, — сказал он, не оборачиваясь.
Сердце ухнуло вниз. Я знала эту интонацию. Слышала её в кино, читала в книгах. Но никогда не думала, что услышу в своей жизни.
— О чём? — спросила я, хотя уже понимала.
— Я ухожу.
Просто и коротко. Без объяснений, без извинений. Я села на край кровати.
— Куда?
— К Ире. Ты её не знаешь. Мы работаем вместе.
Ира. Значит, у неё даже есть имя. Я представила себе молодую, красивую женщину без растяжек на животе и усталости в глазах. Без сына, без ипотеки, без быта.
— Когда? — я удивилась своему спокойствию.
— Сейчас. Я собрал вещи.
Он открыл шкаф, и я увидела пустые полки. Пока я сидела на кухне, он методично складывал свою жизнь в сумки. Рубашки, которые я гладила. Джинсы, которые стирала. Носки, которые искала по всей квартире.
— А сын? — наконец спросила я.
— Он останется с тобой. Так будет лучше.
— Лучше? Для кого?
Антон повернулся ко мне.
— Слушай, не надо устраивать сцену. Мы оба понимаем, что между нами всё кончено. Уже давно.
— Я не понимаю, — тихо сказала я.
— Ну вот и зря. Мы живём как соседи. У нас нет ничего общего. Я встретил человека, с которым мне хорошо.
— А квартира? Ипотека?
— Оставляю тебе. Не переживай.
— Не переживай? — я засмеялась. — Как я буду платить ипотеку одна? У меня зарплата тридцать тысяч!
— Не знаю. Найди подработку. Или продай квартиру.
— Продать? И жить где?
Антон пожал плечами.
— Это твои проблемы. Я своё отработал. Пять лет платил за эту квартиру. Теперь твоя очередь.
Он взял сумки и пошёл к двери. Я шла за ним, не веря, что это происходит на самом деле.
— Подожди. А долг? Мы же брали кредит на ремонт. Пятьсот тысяч.
— Кредит на твоё имя. Плати сама.
— Но мы брали вместе! На нашу квартиру!
— Оформлен на тебя. Я тут ни при чём.
Дверь захлопнулась. Я стояла в прихожей и смотрела на неё. Всё произошло так быстро, что я не успела осознать. Муж ушёл. Вот так просто. Собрал вещи и ушёл к другой женщине, оставив меня с ребёнком, ипотекой и долгом.
Утром сын проснулся и спросил, где папа. Я не знала, что ответить.
— Уехал в командировку.
— Надолго?
— Не знаю, Никитка. Может быть.
Мальчик кивнул и пошёл умываться. Ему было шесть лет. Слишком маленький, чтобы понять, что папа больше не вернётся. Или, может, не захочет вернуться.
Я позвонила маме.
— Антон ушёл.
— Что? Куда?
— К другой женщине.
Мама молчала. Потом тяжело вздохнула.
— Я так и думала. У меня было предчувствие. Он в последнее время странно себя вёл.
— Что мне делать?
— Держись, доченька. Мы поможем. Приезжай, поживёте у нас.
— Мам, у меня ипотека. Я не могу бросить квартиру.
— Тогда продай её.
— И жить где? На съёмной за двадцать тысяч в месяц? У меня же сын.
Мама снова вздохнула.
— Ну, тогда придётся справляться. Надо искать дополнительную работу.
Я повесила трубку и посмотрела на список платежей, который висел на холодильнике. Ипотека — двадцать восемь тысяч. Кредит — двенадцать тысяч. Коммунальные услуги — пять тысяч. Детский сад — три тысяча. Еда, одежда, проезд. Итого минимум пятьдесят тысяч в месяц. У меня была зарплата тридцать. Не хватало двадцати тысяч. Где их взять?
Я села за компьютер и начала искать вакансии. Вечерняя подработка, удалённая работа, что угодно. Нашла несколько вариантов. Официантка в кафе по вечерам — десять тысяч. Уборка офисов по выходным — восемь тысяч. Набор текстов на дому — копейки, но тоже хоть что-то.
Позвонила в кафе.
— Алло, добрый день. Я по поводу вакансии официантки.
— Какой график вас интересует?
— Вечерний. С шести до одиннадцати.
— Хорошо. Можете подъехать на собеседование?
Я подъехала. Взяли сразу. Сказали выходить через три дня. Потом поехала в клининговую компанию. Там тоже согласились взять на выходные. Получалось, что я буду работать без выходных. Но другого выхода не было.
Вечером Никита спросил, когда приедет папа.
— Скоро, — соврала я.
— Ты обещала, что мы пойдём в зоопарк в воскресенье.
— Никитка, прости. Мне нужно работать в воскресенье. Пойдём как-нибудь потом.
Сын надулся.
— Ты всегда работаешь! И папа работает! Мне скучно одному!
Я обняла его.
— Потерпи немного. Мне правда нужно. Мы же хотим жить в этой квартире?
— Хотим.
— Вот. Значит, надо за неё платить.
Никита кивнул, но было видно, что он расстроен. Мне стало стыдно. Мальчик не виноват, что его отец сбежал. Но ничего поделать я не могла.
Так началась моя новая жизнь. Днём я работала бухгалтером в конторе, вечером официантничала в кафе, в выходные убирала офисы. Спала по четыре часа в сутки. Еле стояла на ногах. Но платежи шли исправно. Банк получал свои деньги, свет не отключали, в холодильнике была еда.
Антон не звонил. Не писал. Не интересовался сыном. Будто мы перестали для него существовать. Никита спрашивал о нём всё реже. Потом перестал спрашивать совсем.
Мама приезжала раз в неделю, сидела с внуком, пока я работала. Сестра давала деньги взаймы, когда особенно туго. Подруги поддерживали, как могли. Но основной груз лежал на мне. И я несла его.
Однажды я встретила Антона на улице. Он шёл с какой-то женщиной под руку. Молодой, смеющейся. Это была она, Ира. Они выглядели счастливыми. Антон заметил меня, смутился.
— Привет.
— Здравствуй.
— Как дела?
— Нормально.
— Сын как?
— Хорошо.
Неловкая пауза. Ира смотрела на меня с любопытством.
— Может, мне передать ему что-нибудь? — спросил Антон.
— Не надо. Он тебя не вспоминает.
Это было ложью. Никита иногда рисовал папу на своих рисунках. Рассказывал в садике, что папа работает далеко. Придумывал истории о том, как они вместе будут кататься на велосипедах. Но я не хотела, чтобы Антон это знал.
— Понятно. Ну, тогда пока.
Они ушли. А я стояла и смотрела им вслед. Мне было обидно. Они гуляют, смеются, живут своей беззаботной жизнью. А я пашу на трёх работах, чтобы прокормить его сына. Справедливо ли это? Нет. Но жизнь вообще редко бывает справедливой.
Прошёл год. Потом второй. Я продолжала работать. Платежи становились привычными. Усталость — постоянной. Никита подрос, пошёл в школу. Стал более самостоятельным. Сам делал уроки, сам разогревал ужин. Я приходила домой поздно, целовала его спящего и падала без сил.
Коллега на работе, Марина, однажды спросила.
— Лена, ты когда последний раз отдыхала?
— Не помню. Давно.
— Надо хоть иногда передышку делать. А то загонишь себя.
— Не могу. Платежи никто не отменял.
— А бывший муж? Он не помогает?
Я усмехнулась.
— Он живёт своей жизнью. Мы для него не существуем.
— Подай на алименты.
— Подавала. Он устроился неофициально. Зарплата минимальная. Алименты копеечные. Проще не связываться.
Марина покачала головой.
— Сволочь.
— Да уже не важно.
И правда было не важно. Я перестала думать об Антоне. Перестала злиться. Просто жила дальше. Работала, растила сына, платила долги. Других вариантов не было.
Ипотеку я выплатила к концу третьего года. В тот день я пришла в банк, внесла последний платёж и попросила справку о закрытии кредита. Кассир поздравила меня. Я кивнула и вышла на улицу. Села на лавочку, достала телефон. Хотела кому-нибудь позвонить, рассказать. Но кому? Мама и так всё знала. Сестре уже надоело слушать о моих проблемах. Подруги были заняты своими жизнями.
Я позвонила Никите. Он был у бабушки.
— Привет, мам.
— Привет, сынок. Я выплатила ипотеку.
— Это хорошо?
— Очень хорошо. Теперь квартира полностью наша.
— Ура! Можно я расскажу ребятам?
Я улыбнулась.
— Конечно. Рассказывай.
Повесила трубку и заплакала. От облегчения, от усталости, от радости. Три года я работала как проклятая. Три года отказывала себе во всём. И вот результат. Квартира моя. Больше не надо бояться, что не хватит денег.
Но оставался кредит. Ещё двести тысяч долга. Его я гасила медленнее. Откладывала, сколько могла. Иногда всего тысячу в месяц. Но я не сдавалась.
Никита однажды спросил про отца.
— Мам, а почему папа от нас ушёл?
Мы сидели на кухне, он делал уроки, я готовила ужин.
— Не знаю, сынок. Так получилось.
— Он нас не любил?
Я отложила нож и повернулась к нему.
— Тебя он любил. Просто у взрослых бывают сложности.
— А меня он хоть вспоминает?
Сердце сжалось. Как я могла ответить? Что отец забыл о нём? Что живёт с другой семьёй и ему плевать на сына?
— Конечно, вспоминает. Просто он далеко живёт.
— Можно я ему позвоню?
— Не надо. Он сам позвонит, когда будет время.
Никита кивнул и вернулся к урокам. Но я видела по его лицу, что он не верит. Дети умные. Они всё понимают.
Кредит я закрыла ещё через два года. Пять лет ушло на то, чтобы разобраться с долгами, которые оставил мне Антон. Пять лет без отдыха, без отпусков, без радостей. Но я справилась.
В день последнего платежа я устроила дома праздник. Купила торт, приготовила любимые блюда Никиты. Позвала маму и сестру. Мы сидели за столом, смеялись, вспоминали трудные времена.
— Я горжусь тобой, — сказала мама. — Не каждая бы выдержала.
— Пришлось. Выбора не было.
— Был. Ты могла сдаться. Продать квартиру, вернуться к нам. Но ты не сдалась.
Я пожала плечами.
— Просто не хотела, чтобы сын думал, что мы слабые.
Никита обнял меня.
— Мам, ты самая сильная.
Это были лучшие слова, которые я слышала за все эти годы.
Антон так и не появился. Не поздравил сына с днём рождения, не пришёл на выпускной из начальной школы, не позвонил на Новый год. Он вычеркнул нас из своей жизни. Но знаете что? Мне стало всё равно. Я поняла, что не нуждаюсь в нём. Мы с Никитой справились. Сами. Без его помощи, без его денег, без него.
Квартира была нашей. Долги закрыты. Я продолжала работать, но уже не на износ. Уволилась из кафе, оставила только основную работу. Появилось время на сына, на себя, на жизнь.
Однажды в дверь позвонили. Я открыла — Антон.
Постаревший, усталый, с потухшими глазами.
— Привет.
— Что тебе нужно? — спросила я холодно.
— Можно войти? Поговорить.
— О чём?
— О сыне. Я хотел бы его видеть.
Я засмеялась.
— Сейчас? Через пять лет?
— Я понимаю, что был не прав. Но он мой сын.
— Твой сын не нуждается в тебе. У него есть я.
— Лена, дай мне шанс. Я хочу исправиться.
— Поздно. Ты сделал свой выбор.
Антон посмотрел мне в глаза.
— Прости меня.
— За что? За то, что ты бросил нас? За то, что я пять лет работала на трёх работах? За то, что твой сын спрашивал, почему у всех есть папы, а у него нет?
— За всё.
Я покачала головой.
— Прощаю. Но это не значит, что ты можешь вернуться в нашу жизнь. Мы справились без тебя. И дальше справимся.
Закрыла дверь. Антон постоял немного и ушёл. Больше я его не видела.
Никита вырос. Поступил в институт. Стал самостоятельным, ответственным мужчиной. Он никогда не спрашивал об отце. Знал, что я сделала для него всё, что могла. И этого было достаточно.
А я? Я справилась. Вопреки всему. Вопреки усталости, слезам, отчаянию. Я подняла сына, выплатила долги, сохранила наш дом. Одна. И это была моя победа. Только моя.