Сон разума рождает чудовищ. Не знаю, сам ли Гойя придумал название для гравюры, или взял чью-то цитату, но мысль-то точная! Чем больше разум вглядывается в бездну, тем пристальнее бездна глядит на него. Знакомое тогда превращается в банальность, «приемлемое и доброе» расстилается «базовой норомой», на острие внимание остаётся незнакомое и пугающее. Всё, что вне контроля — пусть даже очевидно иллюзорного. На знакомых и безопасных вещах разум засыпает — да мы и сами видим, как тупеет человек, отдавая всё больше функций в лапы технологий. А спящий апатичный разум вынужден мокрой тряпочкой дрожать перед тем, чего он не может объяснить. Необъяснимое, — кажется ему, — никак не может быть благом. Даже необъяснимое благо, даже чудо, не вписывающееся в норматив, пугает вялый разум, заставляет стенать и трястись, словно Каин — который так и не понял, почему Бог не наказал его равной мерой за убийство брата. Тогда даже очевидное проявление непонятого Бога нужно объявить «вне закона»: то, что