Приветствую всех, кто не боится искусства, которое задает неудобные вопросы и не дает на них ответов.
1916 год. В самом разгаре Первая мировая война — самая бессмысленная и кровавая бойня, которую до тех пор знало человечество. В это время в Цюрихе, столице нейтральной Швейцарии, в небольшом "Кабаре Вольтер" собирается группа молодых поэтов и художников, бежавших от ужасов войны. И они приходят к простому и страшному выводу: если мир, построенный на логике, разуме и прогрессе, привел к такому кошмару, то к черту такую логику, разум и прогресс! Искусство, которое отражает такой мир, должно быть таким же — алогичным, абсурдным и безумным. Так родилось движение "Дада".
Что значит "Дада"? Ничего!
Само название было выбрано под стать идеологии. По одной из версий, поэт Тристан Тцара просто ткнул ножом в словарь, и тот попал во французское слово "dada" — деревянная лошадка, детский лепет. Это слово не означало ничего конкретного. И это "ничего" стало их программой. Дадаизм — это не стиль, это анти-стиль. Это тотальное отрицание всех существующих канонов, эстетики и здравого смысла. Как они сами говорили: "Дада не означает ничего. Дада — это продукт отвращения".
Искусство из мусора и случайности
Дадаисты объявили войну традиционным формам творчества. Их главными методами стали хаос, случайность и провокация.
- Поэзия. Тристан Тцара предлагал такой рецепт создания дадаистского стихотворения: возьмите газету, вырежьте из нее слова, сложите в мешок, потрясите и вытаскивайте по одному. Полученная бессмыслица и будет вашим произведением.
- Живопись и коллаж. Вместо кисти и красок они использовали мусор: обрывки газет, билеты, куски ткани, деревяшки. Художник Курт Швиттерс создавал свои знаменитые "мерц-картины" из того, что находил на улице.
- Реди-мейд (готовая вещь). Самую громкую пощечину общественному вкусу нанес Марсель Дюшан. В 1917 году он купил в магазине обычный фарфоровый писсуар, перевернул его, подписал псевдонимом "R. Mutt" и назвал "Фонтан". Он отправил этот объект на выставку в Нью-Йорке. "Фонтан" не просто отвергли — его спрятали. Но жест был сделан. Дюшан доказал, что произведением искусства объект делает не рука художника, а его мысль, его выбор. Искусством может быть всё что угодно.
Выставка как поле боя
Дадаисты превратили свои выставки и вечера в "Кабаре Вольтер" в настоящие сражения с публикой. Они хотели не понравиться, а шокировать и разозлить. Со сцены могли одновременно звучать африканские барабаны, "заумные" стихи и фортепианная музыка. Поэт мог читать свои произведения, а в это время другой дадаист звонил в колокольчик, чтобы его не было слышно.
На выставке в Кёльне в 1920 году зрителям предлагали молоток и топор, чтобы они сами могли уничтожить не понравившиеся им произведения. Всё это делалось для того, чтобы выбить буржуазную публику из состояния самодовольного комфорта, заставить ее почувствовать тот же хаос и абсурд, который творился на фронтах войны.
Наследие "вируса Дада"
Как организованное движение дадаизм просуществовал недолго, всего несколько лет, и распался к началу 1920-х. Он был слишком анархичным, чтобы жить долго. Но его идеи, как вирус, проникли во все поры искусства XX века.
Из дадаизма вырос сюрреализм, который взял у него интерес к подсознанию и абсурду, но попытался придать этому более научную, фрейдистскую основу. Идеи реди-мейда Дюшана стали фундаментом для всего концептуального искусства и поп-арта. По сути, любой современный перформанс или инсталляция — это далекий потомок тех безумных вечеров в "Кабаре Вольтер".
Дадаисты, как и Малевич со своим "Черным квадратом", задали главный вопрос: "Что есть искусство?". Но если Малевич искал новый абсолют в чистой форме, то дадаисты ответили на этот вопрос оглушительным хохотом и показали, что искусство может быть и жестом, и идеей, и даже просто удачной шуткой.