Ну что, заходите, проходите в мою шикарную двухкомнатную квартиру! Только в тапках, пожалуйста, ламинат-то новый, блестит, как зубы у телеведущего. Я его, можно сказать, вылизал до блеска. Не из-за любви к чистоте, а просто приятно, когда что-то сияет просто так, для тебя одного. Символ стабильности, понимаете ли.
Досталась мне эта крепость в наследство. Так что ни для не пришлось ради квартиры трудится. Сначала правда была квартира в старой пятиэтажке, но городская администрация, глядя на мою прошлую развалюху, видимо, сжалилась и выдала билет в новую жизнь. В виде реновации. И знаете? Идеально.
Это как в компьютерной игре: жил в стартовой локации с говорящими тараканами, а потом раз — и тебе выпал редкий лут «Двушка в новостройке». Главное — вовремя не начать квест «Ипотека», и всё твоё.
Раньше, в той хрущёвке, сырость была, плесень, соседи лили воду, как будто готовились к потопу. Сейчас — тишина. Благословенная, глубокая, которую можно потрогать. Я в ней, как рыба в воде. Нет, лучше — как царь в своих палатах. Двушка в Москве — это вам не шутки. Все хотят иметь квартиры в Москве, но мало кто может это позволить. Я позволил.
Коридор тут не просто длинный — это взлётная полоса для моих великих походов на кухню за пельменями. Две комнаты. Одну окрестил «спальней» — там происходит таинство восьмичасового лежания на диване. Пока все работают и пытаются оплатить ипотеку - я сплю.
Вторая комната — мой персональный зал славы. Пусто, светло, стерильно. Есть просто комната, в которой я практически и не бываю. Иронично даже немного. У кого-то вообще квартиры нет, а у меня есть комната, в которой я даже не бываю, но она есть. Идеальное место для того, чтобы оценить масштаб прекрасного. Иногда туда захожу, покручусь посреди белизны и думаю: Вот же роскошь, которую мало кто может себе позволить.
Ах да, про девушек. Ну, бывает, скрашиваю одиночество. Однажды завёл себе студенточку, восемнадцати лет. Имя правда забыл. Яна вроде. Привел сюда, она глаза округлила: «Ого, своя двушка в Москве!». Она так серьёзно на меня посмотрела, будто я предложение руки и сердца сделал. Начала намекать, что учиться далеко ездить, а тут и место есть... Чуть не поселилась. Пришлось тактично намекнуть, что я — памятник самому себе и вписывать в экспозицию никого не собираюсь. Расстроилась. Но что сдегаешь.
Семья? Карьера? Я посмотрел на своих одноклассников в соцсетях — у них ипотека, как второе имя, дети, как ежедневный экшен-триллер, начальник — главный злодей в жизни. А у меня? А у меня тишина. Я — наблюдатель в мягком кресле. И мой диван куда комфортнее их офисных кресел, поверьте. Один из них, Колька, в прошлом месяце хвастался, как наконец поехал в отпуск в Алупку. Я ему в ответ скинул фото своего дивана с подписью: «Моё рабочее место. Гибкий график, дресс-кода нет, уволить нельзя». Он прочитал. Молчание было оглушительным.
Кухня — моя лаборатория по изучению полуфабрикатов. Пельмени, блинчики, вареники — гастрономический ад, зато свой. Стою иногда, жарю их, смотрю на закат в окне и чувствую глубокое, ничем не омрачённое удовлетворение. Никто не орёт: «Опять пельмени?!». Рай, да и только.
Вывел даже свою теорию: если есть пельмени подряд две недели, на пятнадцатый день наступает просветление. Ты либо начинаешь их ненавидеть и идёшь на курицу, либо принимаешь их как часть мироздания. Я — буддист пельменного пути.
Балкон — филиал офиса великих размышлений. Курю, смотрю на окна. Там — суета, скандалы, интриги. А у меня — покой и воля. Тишина — это не отсутствие звуков, это наличие пространства для своих мыслей. А мыслей у меня, между прочим, много. В основном, как хорошо, что есть собственная квартира в Москве. Особенно люблю смотреть на окно напротив, где живёт мужик, явно с ипотекой. Он каждый вечер стоит у своего окна с бокалом чего-то красного и смотрит в никуда. Мы иногда киваем друг другу. Он — уставший воин, я — мудрый отшельник. Он мне завидует, я это знаю.
Ванная у меня без зеркала — это мой личный трюк. Зачем каждый день видеть одно и то же лицо? Я и так знаю, что я гений. Бреюсь наощупь — это добавляет экстрима в рутинное утро. Стиральная машинка гудит, как верный пёс. Никаких тебе «где мои носки?». Все носки — мои.
Когда приходят друзья мы не ноем. Потому что у всех тоже есть квартиры. Мы сидим в пустой комнате на коробках из-под техники, пьём чай и с глубоким сарказмом обсуждаем, как все вокруг ошалели в этой беготне. Мы — авангард, мы — те, кто нашёл выход из матрицы.
В общем, жизнь удалась. Без иронии. Я не упал — я лёг и отдыхаю. И вид отличный. Так что не надо мне жаловаться на аренду или кредиты. Я свой кредит судьбе уже выплатил — старыми стенами, пропитанными плесенью. И теперь наслаждаюсь досрочным погашением.
Иногда, правда, просыпаюсь среди ночи от странного чувства. Будто что-то упускаю. Но потом слышу, как за стеной плачет какой-то мужик, тоже с ипотекой, и слышу как он грустно с утра собирается на работу, вспоминаю про Кольку и его начальника, поворачиваюсь на другой бок и засыпаю с улыбкой.
Вот такие дела. Всем пока, и удачи с оплатой ипотеки.