С детства я проявлял интерес к разнообразному транспорту, а поскольку проводил уйму времени на Волге и ещё совсем детскими ладошками не раз и не два перелистал огромную подшивку «Катеров и яхт» и разную корабельную литературу, транспорт речной выделялся для меня в особую категорию, а название «Красное Сормово» приобретало в сознании некоторый оттенок священности: для детского разума вполне было достаточно одного лишь факта, что там клепали суда на подводных крыльях «Метеор», которые я просто обожал.
Потом, где-то в юности, я узнал чуть подробнее про Ростислава Алексеева — легендарного конструктора пресловутого «Метеора», других СПК и удивительных крылатых кораблей — экранопланов, слушал какие-то смутные байки про выходившие по ночам из заводских доков подводные лодки и что-то ещё, по мелочи, про разные танкеры и сухогрузы сормовского производства.
Знаменито «Сормово» в первую очередь кораблестроением. Именно с постройкой судов в первую очередь ассоциируется это название, этим завод живёт и сейчас, и с этого всё здесь начиналось: в 1849 году товарищество «Нижегородская машинная фабрика и Волжско-Камское буксирное и завозное пароходство» открыло машинную фабрику недалеко от деревни Сормово, и уже на следующий год на воду был спущен первый пароход — забежка «Ласточка», а вскоре — и двухтрубный кабестан «Астрахань».
Сормовское производство развивалось весьма динамично. Завод занимал, говоря современным языком, лидирующие позиции на рынке, был впереди и в технологическом плане: многие из образцов его продукции имели приставку «первый». Например, в 1871 году на верфи был построен первый на Волге грузопассажирский двухпалубный пароход т.н. «американского типа», передовой для своего времени образец. Пароход нарекли «Переворот» — он действительно совершил переворот в области пассажирского судостроения, а его конструкция на многие десятилетия стала стандартом для подобных судов. Правда, царское правительство, усмотрев в названии крамолу, поспешило переименовать его в «Колорадо».
А вот «Вандал» и «Сармат» вообще не имели в мире аналогов и были первыми в мире дизель-электроходами. Эти речные нефтеналивные суда сошли с сормовских стапелей в 1903-1904 годах.
«Переправа вторая» — тоже первый (хоть и «второй») русский винтовой железнодорожный паром, перевозивший до 30 вагонов. Скопирован с английского аналога, до него работавшего на Саратовском перевозе Рязано-Уральской железной дороги.
Кроме непосредственно судостроения, завод внёс большой вклад в развитие движителей. К примеру, в 1888 году здесь сконструировали двухколенчатую паровую машину с тройным расширением пара.
В 1918 году завод был национализирован, а в 1922 получил своё современное название — «Красное Сормово». В советское время он по-прежнему оставался передовым судостроительным производством, выполняя сложные заказы страны Советов. Не раз и не два «Сормову» присуждали всякие важные правительственные награды. Здесь было разработано и построено солидное количество судов самого разного типа. Модели некоторых из них представлены в музее.
Знаменитое сормовское ноу-хау — суда на подводных крыльях гениального конструктора Ростислава Алексеева. В 1957 году Алексеев совершил довольно дерзкий поступок — лично пригнал «Ракету-1» из Горького в Москву, где проходил Московский Международный Фестиваль Молодежи, с расчётом на то, чтобы обратить на новинку внимание Н.С. Хрущёва. Риск оправдался — генсек был в восторге от диковинного скоростного теплохода и на долгие годы стал высоким покровителем Алексеева и его конструкторского бюро. Конечно же, и на гостей фестиваля «Ракета» произвела огромное впечатление.
В детстве мне больше нравились более современные «Метеор» и «Восход». А теперь я с гораздо большим любованием смотрю на «Ракету». Всё-таки очень красивый аппарат. Жаль, что на Волге их совсем не осталось!
Ещё в конце 60-х годов XIX века на заводе начинают развивать новые направления — железнодорожное дело, а попутно и металлургию. Из собственной стали делать корабли и паровозы выгодней, так что в 1871 году на Сормовском заводе был открыт сталелитейный цех, где была поставлена первая в России газогенераторная печь — «мартеновская». Первая в России — и здесь сормовская фабрика тоже была в авангарде! В 1872 году возникло акционерное общество «Сормово», учреждённое «для выплавки чугуна, выделки железа и стали, приготовления из них изделий, построения машин, судов, подвижного состава для железных дорог, рельсов и прочего...»
Один из образцов продукции «Сормова» сталелитейного. То, что я принял за какую-нибудь крышку парового котла юбилейного паровоза, оказалось канализационным люком. Красиво жить не запретишь...
Нарядные снаряды.
На заводе делали железнодорожные и трамвайные вагоны. Вот, к примеру, вагон для перевозки пива...
...и его потребителей.
Отгружали с «Красного Сормова» и прокат, и железнодорожные рельсы. К примеру, Романовский мост через Волгу — тот, что у нас под Казанью, рядом с Зеленодольском — построен из сормовской стали.
Образцы сварки и клёпки:
А под занавес XIX века на заводе организуют производство паровозов. С 1911 года начали производить локомотив собственной конструкции — марки «С» (Сормовский), получивший признание как лучший пассажирский дореволюционный паровоз России. Паровозы делали, с перерывом на Великую Отечественную, до конца 40-х годов. С появлением тепловозов и электровозов выпуск их прекратился. Всего на заводе построили почти три с половиной тысячи локомотивов.
Модели «Сормовского усовершенствованного», появившегося в 1934 году...
...и настоящий «Су-251-32» 1949 года выпуска, установленный в историческом центре Сормова:
Производство паровозов, как упоминалось выше, на время Великой Отечественной прекратилось (как и судов, собственно говоря). Фронту нужны были танки и боеприпасы, и завод получил приказ в кратчайшее время наладить выпуск танков Т-34. Уже в октябре 1941 года первый их эшелон отправился на защиту столицы СССР. Но Т-34 не был первым танкостроительным опытом сормовчан: ещё за двадцать с лишним лет до этого, в 1920 году в Сормово выпустили первый советский танк — КС, или «Русский Рено», скопированный с трофейного Renault FT-17. Впрочем, «скопированный» — громко сказано: «К нам на завод был прислан легкий танк «Рено», захваченный в боях на Южном фронте. Вот, говорят, наш образец. Делайте. А «образец» этот больше походил на груду металла, чем на настоящий танк. В нем отсутствовали важнейшие узлы. Не было мотора, коробки передач, множества других ценных деталей», вспоминал один из инженеров завода. На заводе изготовили всего 15 таких танков. Каждый из них имел имя собственное. Головная машина носила название «Борец за свободу тов. Ленин». Прослужили эти танки не очень долго, меньше десяти лет. В 1922 году пять таких машин работали в голодающем Поволжье, где выполняли роль тракторов для вспашки. До наших дней ни одного их образца не сохранилось, есть только две полноразмерных реплики. Одна стоит в Кубинке, вторая — в Сормове.
За годы войны в Сормово выпустили более шести тысяч «тридцать четвертых» и немало сделали для усовершенствования модели.
Макет первого «КС» и настоящий «Т-34-85» на Холме Славы у северной проходной завода:
Особое место в истории завода занимает подводное кораблестроение. С 1930 года на «Сормове» начали производить подводные лодки. С тех лет со стапелей сошло 275 боевых подводных лодок, 26 из них — атомных. Насколько я понял, сейчас их производство передали другим предприятиям.
Спасательный подводный снаряд проекта 1837 К.
Транспортный док для транспортировки ПЛ по внутренним водным путям.
Магнитный компас с подлодки.
Костюм подводника.
Небольшая историческая экспозиция: