- Катюша, мама очень расстроится, если мы откажем, - сказал Вадим, отводя взгляд. - Подумай сама, она встретила человека, который ее по-настоящему любит. Разве мы не можем ей помочь с этой свадьбой? Это же не миллионы какие-то. Надо просто оплатить ресторан и тамаду.
Я смотрела на счет за детский сад - почти пять тысяч. Плюс кружок рисования, это еще три. Плюс логопед, которого нам настоятельно рекомендовали, потому что Маришка до сих пор не выговаривает половину букв.
- Вадь, твоя мама выходит замуж в четвертый раз, - напомнила я. - В четвертый! Когда она выходила за Геннадия, мы тоже скидывались на торжество. Помнишь? Мы взяли кредит, который потом полгода выплачивали. А Геннадий сбежал через три месяца.
- Ну, это был неудачный выбор.
Вадим наконец посмотрел на меня. Судя по его лицу, он уже все решил, а сейчас просто пытался меня уговорить.
- Но Николай - другое дело. Он серьезный мужчина, у него своя фирма по установке окон. Мама говорит, он ее боготворит.
Я вспомнила, как его мама Валентина Петровна говорила то же самое про Бориса, второго мужа. Но выяснилось, что тот страдал алкоголизмом. А про третьего Геннадия она рассказывала, что он пишет ей стихи. Стихи он действительно писал, но не только ей, а еще десятку женщин в соцсетях, пока жил на ее пенсию.
В дверь заглянула Маришка в пижаме.
- Мам, можно мультики посмотреть?
- Иди, солнышко, включай, - я поцеловала ее в макушку, пахнущую сладеньким детским шампунем.
Когда дочка убежала в спальню, я встала и подошла к Вадиму.
- Послушай, я не против того, чтобы твоя мама была счастлива. Правда. Но у нас сейчас каждая копейка на счету. Стиральная машина на последнем издыхании. В машине тормозные колодки менять нужно срочно. Да и Маришке к школе через год готовиться начинать. Это же сколько всего нужно будет!
- Мама сказала, что если мы не поможем, она возьмет кредит, - Вадим отвернулся. - Ты же знаешь, какие проценты будут? Как она будет выплачивать его с пенсии?
Валентина Петровна была мастером эмоционального шантажа. Она могла выжать слезу из камня своими историями о том, как ей тяжело.
На кухне закипел чайник. Я пошла выключать, и вдруг меня осенило, а если проучить свекровь?
- Хорошо, - сказала я, возвращаясь в комнату. - Я беру подарок на себя.
Вадим удивился:
- Правда? Кать, ты согласна?
- Конечно, - ответила я. - Скажи маме, что подарок от нас будет шикарный.
Он обнял меня. Бедный мой Вадик, вечно разрывающийся между мной и мамой, только он не знал, что я задумала.
На следующий день я позвонила Валентине Петровне.
- Мама, - я всегда называла ее мамой, хотя каждый раз это слово застревало в горле, - поздравляю вас с предстоящей свадьбой! Вадик рассказал про Николая. Я так рада за вас!
- Ой, Катюша, спасибо, милая! - голос свекрови сразу подобрел. - Я знала, что ты поймешь. Ты же у нас умница. Не то что жена Сережки. Та вообще отказалась помогать, представляешь? Сказала, что у них ипотека. Как будто у меня свадьба каждый день!
- Ну да, - подумала я, - всего лишь каждые два года.
- Мы обязательно поможем, - заверила я. - Я уже присматриваю подарок. Вы будете в восторге!
- Катенька, золотце мое! Я так и знала, что на тебя можно положиться, - ворковала свекровь. - Знаешь, я уже договорилась с тамадой. И ресторан присмотрела. Там такое меню! Человек на пятьдесят хватит трехсот тысяч на еду, как ты думаешь? Зато фотограф вообще недорогой, всего десять тысяч за весь день!
Я чуть не поперхнулась, триста тысяч только на банкет?
- Мама, а может, как-нибудь поскромнее? Например, только самые близкие?
- Катюш, ну что ты какая жадная?! - в голосе свекрови появились нотки раздражения. - Это же свадьба! Один раз живем! Николай всех своих друзей пригласил, партнеров по бизнесу. Мне что, сказать им, что мой сын жадный и не хочет на мамино счастье потратиться?
После разговора со свекровью я недолго думала, открыла интернет и стала искать сервизы. Красивые, дорогие на вид, и я нашла.
Это был прекрасный чешский фарфор с золотой каемкой на двенадцать персон. Стоил он восемь тысяч, это был максимум, который я могла выжать из нашего бюджета, не залезая в долги.
Вечером я рассказала Вадиму про разговор с его мамой.
- Триста тысяч?! - он побледнел. - Кать, но у нас же нет столько!
- Не волнуйся, - я обняла его. - Я же сказала, что все улажу. Доверься мне.
Две недели до свадьбы пролетели незаметно. Валентина Петровна звонила каждый день, рассказывая про платье за двадцать тысяч. Про лимузин, который заказал Николай, про арку из живых цветов.
- Я так волнуюсь! - щебетала она. - Николай говорит, что после свадьбы повезет меня в Турцию! Представляешь? Я двадцать лет на море не была!
В день свадьбы я надела свое лучшее платье, которое купила еще до рождения Маришки. Вадим нервничал, постоянно поправлял галстук.
- Кать, ты уверена, что сервиза хватит? Может, давай хоть сколько-нибудь в конверт положим?
- Все будет хорошо, - сказала я и поцеловала его в щеку. - Поехали, опаздываем.
Николай оказался полным мужчиной лет шестидесяти с красным лицом и золотой цепью толщиной в палец. Он громко смеялся и хлопал всех по плечам.
В ресторане уже собрались гости. Валентина Петровна сияла в своем кремовом платье с воланами. Надо отдать ей должное, выглядела она действительно хорошо для своих шестидесяти двух.
- А теперь - подарки молодоженам! - объявила тамада после второго тоста.
Гости стали подходить с конвертами. Я видела, как свекровь считает в уме, сколько ей подарили. Братья Николая подарили микроволновку, его партнеры по бизнесу - сертификат в спа-салон.
- А теперь подарок от любимого сына и невестки! - тамада подмигнул нам.
Я встала, взяла красиво упакованную коробку.
- Дорогая мама, дорогой Николай! Мы от всего сердца поздравляем вас и желаем долгих лет счастья! Пусть этот подарок напоминает вам о нашей любви!
Валентина Петровна сияла, принимая коробку. Она явно жаждала взять конверт, который был приклеен сверху. Его она открыла его первым, но там была красивая открытка с поздравлениями. Ее лицо слегка дрогнуло, но она продолжала улыбаться, раскрывая коробку.
Когда она увидела сервиз, то побледнела.
- Это все? - не удержалась свекровь.
- Это чешский фарфор, мама! - улыбнулась я. - Смотрите, какая красивая роспись и золотая каемочка!
- Сервиз?! - Валентина Петровна побагровела. - Я же просила денег, чтобы оплатить банкет, а вы мне сервиз дарите?!
- Мама, это очень дорогой сервиз, - попыталась возразить я.
- Я думала, вы оплатите хотя бы ресторан! Я уже должна тамаде и фотографу! Николай только за арку заплатил, остальное все на мне! А вы - сервиз?!
Она швырнула коробку на пол. Раздался звон, несколько чашек разбилось.
- Мама! - Вадим вскочил.
- Не смей меня так называть! - закричала Валентина Петровна. - Какая я тебе мама, если ты меня на свадьбе опозорил?! Сережка хоть честно сказал, что денег нет, а ты обманул!
- Валентина Петровна, - я встала, чувствуя, как внутри закипает злость. - Подарок выбирает тот, кто дарит. Мы подарили то, что могли себе позволить. Если вы влезли в долги, то это ваше решение и ваша ответственность.
- Ах ты, змеюка! - свекровь задохнулась от злости. - Я всю жизнь для детей жила! Всю жизнь! А вы!
- А мы тоже живем для своего ребенка, у нас дочь, которую нужно растить, кормить и учить. И мы не обязаны оплачивать ваши праздники. Особенно четвертую свадьбу.
Вадим молчал, глядя то на меня, то на мать.
- Вадик, сынок, ну скажи же ей! - Валентина Петровна умоляюще посмотрела на сына.
- Мама, Катя права, - тихо сказал Вадим. - Я должен был сразу сказать. У нас нет таких денег.
Мы ушли с той свадьбы через полчаса. Валентина Петровна больше с нами не разговаривала, Николай пытался что-то сглаживать, но было видно, что он сам в шоке.
В машине Вадим молчал. Потом вдруг сказал:
- Знаешь, а ты молодец. Я должен был давно ей отказать, но духу не хватало.
- Слушай, она взрослая женщина, которая четвертый раз выходит замуж и хочет, чтобы мы это оплатили, - напомнила я. - Это ненормально, Вадь.
Прошел месяц, Валентина Петровна больше не звонила. Сережка, брат Вадима, рассказал, что она взяла кредит под огромные проценты и теперь еле сводит концы с концами. Николай, кстати, оказался не таким уж богатым, его фирма по установке окон была на последнем издыхании.
- Может, стоит помочь? - спросил как-то Вадим.
- Да помогай только из своей зарплаты после оплаты всех наших расходов, - отрезала я.
-Но тогда ведь ничего не останется.
-Вот именно. И вообще имей ввиду, я не буду спонсировать твою мать и тебе не советую, иначе развод.Муж ничего не ответил, но больше эту тему не поднимает. Только я боюсь, что втихаря он все же отдает матери деньги🔔 ЧИТАТЬ ЕЩЕ 👇