Найти в Дзене
Степан Мощенко

Нео-конверсия: Использование тела и симптомы

Нео-конверсия: Использование тела и симптомы часть 2. Три случая от клинической секции Бордо Группа Клинического Образовывания 06.12.2025 #хроникиАнтиба 1. Сильви: шрамирование-письмо-картуш История В 15 лет провал на экзамене, буллинг в школе, режет бритвой себе лицо перед зеркалом: «чтобы увидеть кровь, чтобы зло вышло», – после этого облегчение невыносимой тревоги. До 28 лет, когда происходит госпитализация. Работа анализа Аналитик не интерпретирует порезы как «символ чего-то», но предоставляет место для развёртывания переноса. Сильви начинает писать письма аналитику с эротоманическим содержанием («Я вас люблю»/«Я вас ненавижу»). Утренний ритуал: кафе, зеркало, сигарета, письмо. Опускание письма в почтовый ящик становится тревожной уступкой [и отделением] реального объекта, которая в итоге успокаивает, как ранее кровь, вытекающая из порезов. Замещение Письма, отправляемые по почте, заменяются дневником с особой структурой – каждая запись обрамлена двумя именами: адресата вверху,

Нео-конверсия: Использование тела и симптомы

часть 2. Три случая от клинической секции Бордо

Группа Клинического Образовывания 06.12.2025 #хроникиАнтиба

1. Сильви: шрамирование-письмо-картуш

История

В 15 лет провал на экзамене, буллинг в школе, режет бритвой себе лицо перед зеркалом: «чтобы увидеть кровь, чтобы зло вышло», – после этого облегчение невыносимой тревоги. До 28 лет, когда происходит госпитализация.

Работа анализа

Аналитик не интерпретирует порезы как «символ чего-то», но предоставляет место для развёртывания переноса. Сильви начинает писать письма аналитику с эротоманическим содержанием («Я вас люблю»/«Я вас ненавижу»). Утренний ритуал: кафе, зеркало, сигарета, письмо. Опускание письма в почтовый ящик становится тревожной уступкой [и отделением] реального объекта, которая в итоге успокаивает, как ранее кровь, вытекающая из порезов.

Замещение

Письма, отправляемые по почте, заменяются дневником с особой структурой – каждая запись обрамлена двумя именами: адресата вверху, и её собственным внизу. Имя собственное становится обрамлением (как египетский картуш вокруг имени фараона), которое ограничивает jouissance. Сильви приносит тетрадь на каждый сеанс и читает вслух, тем самым отделяется объект-голос. Порезы больше не повторяются.

Результат

Sinthome (концепция позднего Лакана в разработке творчества Джойса) – письмо компенсирует неустроенную символическую функцию Имени-Отца, позволяет субъекту «создать себе имя» и связать с ним образ своего Я через букву, а не через смысл или через тело.

2. Мадмуазель Анна: пересаженная вуаль

История

Приступы острой тревоги вплоть до потери сознания. Отец был брошен в детстве (разрыв семейной линии), бабушка по отцовской линии слепа. Странная презентация: выглядит как простушка, хотя имеет высшее образование и вледеет несколькими языками.

Работа анализа

Под переносом развивается бредовая идея о соблазнении отцом. Появляются театральные жесты (закрывает лицо, сжимает руки). Аналитик не пытается «расшифровать» их смысл, но позволяет им развернуться, проходит через депрессивную фазу без купирования и форсирования до ключевого момента – воспоминания о фильме, где девушка потеряла лицо в огне (остались только глаза), а отец-хирург убивает женщин, чтобы пересадить их лица дочери.

Замещение

Жесты отделяются от речи и становятся автономной сценой. Во время сеансов мисс Анна мимирует действия хирурга, «рисующего лицо на её лице», независимо от того, о чём говорит. Эта мимическая сцена создаёт образ для тела.

Результат

Заузливание (nouage) трёх регистров (символическое – семейная история, воображаемое – образ тела, реальное – мёртвый взгляд слепой бабушки). Сцена = voile greffé (пересаженная вуаль), создаёт objet regard comme absent — отсутствующий, но управляемый. Анна становится «живой картиной», которая укрощает взгляд Другого. Бред успокаивается, она начинает работать – показывать картины в музее.

3. Мюриэль: корсет как протез психоза

История

Внезапные сильные боли в четырёх конечностях без органической причины. Диагноз колеблется между органикой и истерической конверсией.

Работа анализа

Через направленные беседы выявляет скрытую психотическую структуру. С 11 до 18 лет Мюриэль носила гипсовый корсет (сколиоз). Каждый вечер отец «вдевал» её в корсет и завязывал шнурки. Корсет создавал «тело-оболочку», которая ограничивала jouissance. После снятия в 18 лет: «Я больше не чувствовала поддержки».

Мобильность jouissance

Через 3 месяца после снятия корсета появляются идеи преследования («все смеются», «за мной следят») – jouissance переместилось во взгляд Другого. Затем, когда рушатся две опоры (профессиональный идеал и болезнь отца), jouissance возвращается в тело через боли в конечностях (но не в той области, где был корсет).

Результат

Только констатация: это не истерическая конверсия (где бессознательное «говорит» через тело), но психотическая ипохондрия – чисто зеркальная идентификация со страдающим телом отца. Текст не описывает стабилизацию, но показывает структуру психоза: jouissance осциллирует между телом и Другим, ищет линию ограничения.

#znakperemen

#АссоциацияПЛТ