Найти в Дзене
Бодрячок-тюфячок

Рассказ "Неприлично свежее лицо"

Маша верила, что утро – это момент священного ритуала, а не просто промежуток времени между кофе и выбеганием из дома в одном носке. Её ритуал назывался «Нанесение слоёв». Сначала энзимная пудра для деликатного пилинга. Маша умывала лицо, шепча: «Отшелушивайся, грешная кожа!». Потом тонер, чтобы восстановить pH-баланс. Маша протирала им лицо с таким сосредоточенным видом, будто обезвреживала мину. Затем сыворотка. Их было у Маши три, но сегодняшняя была гиалуроновая. Капля. Вторая. Третья. Лицо начинало приятно пощипывать. «Работает!» – думала Маша, хотя ощущение было похоже на укус дружелюбных, но навязчивых муравьёв. Далее – священное таинство: солнцезащитный крем SPF 50+. Белый крем слоем ложился на лицо. «Нужно подождать пятнадцать минут для образования защитной плёнки», – гласила мудрость бьюти-гуру. В эти пятнадцать минут Маша пыталась допить кофе, не касаясь чашки лицом, и искала ключи на ощупь, потому что в глаз попала капля солнцезащитного крема. Апофеозом ухода был крем для к

Маша верила, что утро – это момент священного ритуала, а не просто промежуток времени между кофе и выбеганием из дома в одном носке. Её ритуал назывался «Нанесение слоёв».

Сначала энзимная пудра для деликатного пилинга. Маша умывала лицо, шепча: «Отшелушивайся, грешная кожа!». Потом тонер, чтобы восстановить pH-баланс. Маша протирала им лицо с таким сосредоточенным видом, будто обезвреживала мину.

Затем сыворотка. Их было у Маши три, но сегодняшняя была гиалуроновая. Капля. Вторая. Третья. Лицо начинало приятно пощипывать. «Работает!» – думала Маша, хотя ощущение было похоже на укус дружелюбных, но навязчивых муравьёв.

Далее – священное таинство: солнцезащитный крем SPF 50+. Белый крем слоем ложился на лицо. «Нужно подождать пятнадцать минут для образования защитной плёнки», – гласила мудрость бьюти-гуру. В эти пятнадцать минут Маша пыталась допить кофе, не касаясь чашки лицом, и искала ключи на ощупь, потому что в глаз попала капля солнцезащитного крема.

Апофеозом ухода был крем для кожи вокруг глаз. Его нужно было наносить безымянным пальцем постукивающими движениями, будто ты телеграфист, передающий миру важное сообщение: «Морщины, я вас не пущу!».

Финал ритуала – попытка нанести тональный крем поверх всего этого великолепия. Но тональник, встретив лавину из предыдущих слоёв, скатывался, собираясь в мелкие бежевые катышки. «Ничего, – думала Маша, – главное – уход. Макияж – ерунда».

Выйдя на улицу, она сияла. Буквально. Солнце отражалось от SPF-щита, слепя прохожих. Муха, пролетавшая мимо, решила присесть ей на щеку, но подскользнулась и улетела, размахивая лапками в недоумении.

В офисе коллега Петя, вечно заспанный, попросил у неё ручку. Маша повернула голову. Рука Пети, тянущаяся за ручкой, застыла в воздухе. «Извини, – пробормотал он, моргая. – Ты какая-то… неприлично свежая».

К обеду защитная плёнка стала стягивать кожу, и её отчаянно хотелось смыть. Маша пошла в столовую и, когда она наклонилась над супом, от его паров на её лице выступила роса из гиалуронки и тонера. Капли скатывались с подбородка прямиком в тарелку. «Наверное, очень питательный суп теперь», – съёжилась она мысленно.

А вечером, смывая все слои косметики, Маша смотрела в зеркало на своё чистое, розовое, немного уставшее лицо. Кожа дышала с облегчением. Она была идеально увлажнённой, защищённой и напитанной.

«Завтра, – думала Маша, открывая новый флакон с какой-то многообещающей эссенцией, – я добавлю ещё одну сыворотку. Витамин С. Ну, просто для тонуса».

Создано нейросетью DeepSeek (с редактированием Бодрячка-тюфячка).