Про работу не очень позитивно получилось, так что начну с приятностей.
Получила свою коробочку с Randewoo, там подарок мужу и мне пробники. Сержа Лютанса и Byredo я уже пользовала, пусть будут для разнообразия. А The Нouse of Оud первый раз заказала.
Приспичило мне попробовать вот это:
Ждала банановый хлеб, или вяленые бананы. Ну... Первые секунды реально есть банановая нота, очень классная. Это что-то из детства, но не могу понять, что: или шоколад с банановой начинкой, или банановые желейные конфеты в шоколаде. Может кто-нибудь вспомнит, что было с бананом в 1997-2000 гг?
Потом банан пропал и появилось что-то специевое, вроде, гвоздика. Потом начало пахнуть Эйвоновским Perceive (помните?), но не сильно и я немножко расстроилась. Потом я выгуляла его - два пшика на шею и шарф. И поехала по делам. И прям неплохо! Кондитерский банан был всё время рядом, но не навязчиво. Флэшбеки из детства получила, удовольствие от аромата - тоже. Неплохая водичка, в общем. Не кричит как мои Амуажики, но начинать надо однозначно с пробника.
Про мою вторую работу в ГБУЗ.
Оглядываясь на первую часть:
я понимаю, что про вторую работу рассказывать будет сложнее, потому что это, скорей всего, было не моё место.
Постаралась максимально политкорректно и этично рассказать про мою прошлую работу и причины ухода.
- Будут медицинские термины и английские аббревиатуры, в конце статьи поясню.
- У нас часто специальность "анестезиолог-реаниматолог" делится на только анестезиолога и только реаниматолога из-за особенностей организации лечебной службы в ГБУЗах. Я начинала карьеру именно как реаниматолог, а потом уже занималась анестезиологией.
- Вообще ни одного фото не нашла с прошлой работы, ничего там не фотографировала по этическим причинам. Будут картинки из интернета.
Итак, начало 2022 года, я молодая-красивая врываюсь в анестезиологию. Профиль - онкологическая хирургия (абдоминальная, торакальная, гинекология и маммология), инвазивные процедуры для обеспечения проведения химиотерапии (установка ЦВП и PICC) и работа с послеоперационными пациентами в ПИТе.
Первые месяцы не отпускала эйфория (плановая больница, чёткое расписание, один и тот же профиль пациентов, всё довольно предсказуемо - на контрасте с предыдущей работой), шла домой, (7-10 минут пешком!) радуясь, что ушла из интенсива и сохранила своё физическое и психическое здоровье. Тогда впервые замедлилась и стала рассматривать дома по улице Станиславского.
И увидела скрытую красоту под крышей.
Я брала одно дежурство в неделю (на котором никогда ничего экстренного не происходило), на следующий день после которого, если заканчивала план раньше (14-15 часов) - уходила домой. В общем, условия были неплохие. Нормальный коллектив, премии на праздники, большие выплаты ВМП в конце года.
Примерно через год работы я полностью освоилась в операционной и стала чувствовать себя уверенно в любой нестандартной ситуации. Конечно, 8 лет в интенсиве до этого мне невероятно помогли. Мне было одинаково комфортно (если так можно выразиться - насколько это этично) проводить наркоз в операционной и лечить декомпенсированный опухолевый стеноз желудка у пациента в реанимации, чтобы подготовить его к операции.
Но в то же время, через год работы появились некоторые звоночки:
- Начались некоторые проблемы с:
Снабжением медицинскими изделиями (периодически заканчивались зонды, интубационные двупросветные трубки для операций на одном лёгком, эпидуральное катетеры). То есть просто на планёрке нам говорили - зондов в аптеке нет, по городу тоже почти нет, закончились. ставьте зонд только при крайней необходимости.
Снабжением лекарственными препаратами. Периодически заканчивались: препараты для индукции в анестезию (Пропофол), альбумин, сбалансированные инфузионные растворы. Выкручивались, работали тем, что есть, занимали по другим больницам, покупали в обычных аптеках на свои деньги (гипотензивные, бета-блокаторы).
Популярной была фраза, типа: "с Пропофолом любой дурак может провести наркоз, а вы попробуйте без него".
Конечно, тут проблема была более глобальная - проводимая СВО, все ресурсы, вероятно, шли на фронт. Но тем не менее, при чём тут онкологические пациенты, где время играет не в их пользу?
Всё пациенты, тем не менее, получали всю необходимую помощь в полном объеме - за счёт вот таких наших ухищрений.
- Проблемы с единой логистикой для пациентов, получающих химиотерапию.
Это прям боль. Мы устанавливали ЦВП или PICC пациенту, он получал курс химиотерапии, а дальше, например, PICC нужно было промывать каждые две недели - из ЦАОПа пациента могли прислать к нам промыть, хотя это амбулаторная процедура. Или ЦВП/PICC перестал работать - опять к нам, смотреть, промывать. Хотя всё можно сделать на амбулаторном этапе - осмотр, УЗИ вен верхних конечностей, рентгенографию. А ещё часто на анализы кололи просто вены на руках! Хотя есть порт!
И приходилось вести пациента искать свободный кабинет, обеспечивать стерильность, разбираться с его устройством и т.д. - всё это в рабочее время, параллельно работа в операционной, но по-другому никак, потому что куда ему идти с нерабочим портом? Ведь мы же его ставили. Единого алгоритма по ситуации с портами никто не принимал, действовали по схеме упрёмся-разберёмся. Разбирался в итоге именно анестезиолог.
В общем, очень часто приходилось подставлять подо всё руки.
- Не было никакого развития. Новых методик по обезболиванию не применяли, всё упиралось в организационные проблемы (большой операционный план, некогда заниматься освоением нового метода, дополнительные траты на расходники, надо куда-то кого-то отправлять учиться - а работать кто будет?), на конференции в другие города от организации не ездили и пр. Было два обучения в Питере по ЦВП, но эта технология у нас и так была отточена. Не занимались проводниковой анестезией, или лечением хронической онкологической боли (а это очень важно!).
Я потеряла интерес и мотивацию к работе, мне стало скучно. Меня стали раздражать коллеги. И я решила, что пора отползать.
Отступала постепенно, подготовив себя и отделение. Сначала получила высшую квалификационную категорию (написала работу, прошла тестирование). Потом перестала дежурить, что, конечно, привело к волне непонимания - как так, врач в стационаре не дежурит? Работает на 1.0 ставки? Вопрос "а почему ты не дежуришь?" слышала постоянно. Потом, почти за два месяца предупредила заведующего, что планирую уходить.
Обновила резюме и начала ездить на собеседования. Бюджетные больницы не рассматривала. В отпуске пару дней поработала в частной клинике, поняла, что меня такое устраивает. И написала заявление. Ушла спокойно, без драмы, без сомнений. По этой работе я не скучаю, думаю, это было не моё место. Не жалею, что ушла. Некоторые коллеги стали хорошими друзьями, близко общаемся до сих пор, ходим в бар.
В заключении хочу отметить, что несмотря на вышеперечисленные проблемы - все пациенты получили необходимую помощь в полном объеме (предоперационная подготовка, операции, химиотерапия и т.д.).
PICС (Peripherally Inserted Central Catheter) — периферически-имплантируемый центральный венозный катетер.
Через глубокую вену на плече устанавливается катетер до уровня верхней полой вены над правым предсердием. Менее инвазивная процедура, чем ЦВП, но менее надёжное устройство. И не очень комфортно переносится пациентами в повседневной жизни. Подходит для короткого курса химиотерапии, например, перед операцией.
ЦВП - центральный венозный порт.
Для длительной химиотерапии, или если у пациента тонкие хрупкие вены на руках. Под УЗ-навигацией пунктируется центральная вена (внутренняя яремная/подключичная), устанавливается катетер и соединяется с камерой, которую имплантируют под кожу на груди ниже ключицы. Более надёжное устройство, может стоять долгое время. Более инвазивная процедура с определенными рисками.
ЦАОП - центр амбулаторной онкологической помощи. Чаще всего, это структура на базе поликлиник, где ведёт приём врач-онколог. Догоспитальный этап, где можно получить направление в стационар, пройти базовые обследования и получать амбулаторную химиотерапию.
Про мои духи и ассоциации можно почитать здесь:
Вроде ещё такое ела в детстве:
А любимой шоколадкой была Wispa