Наталья замерла на месте, рот приоткрылся от неожиданности, а слова застряли в горле.
— Сергей, ты в своём уме? Куда нам идти с ребёнком посреди ночи? — наконец выговорила она, стараясь говорить тише, чтобы не разбудить сына в соседней комнате. — У нас же общий сын, подумай об этом хотя бы. И какая такая любовь, Сергей? У нас всё было нормально, мы столько лет вместе прожили, семья как семья.
Муж фыркнул, отмахнувшись рукой, словно отгонял назойливую муху.
— Ты сама поставила подпись под теми документами, так что теперь не жалуйся, будто с вами обошлись несправедливо. Куда поедете — это твои проблемы, мне всё равно. Надоел мне этот ваш вечно хнычущий ребёнок, наверняка твои гены виноваты или то, как ты вела себя во время беременности. Он же постоянно болеет, простуды цепляет одну за другой.
— Это полная чушь, — хотела крикнуть Наталья, но осеклась, боясь, что сын услышит и испугается. Она понизила голос почти до шёпота. — Куда ты нас выкидываешь в такое время, ночью на улицу?
Сергей скривил губы, его лицо покраснело от раздражения. Он шагнул ближе, тыча пальцем в сторону двери.
— Я сказал: выметайтесь по-хорошему, иначе сам вас выставлю силой. Тогда уйдёте с позором, а сейчас можете просто тихо убраться.
Наталья развернулась и медленно пошла в комнату, где лежали вещи, ноги подкашивались от шока. Ещё час назад она считала свою жизнь вполне нормальной: дом обустроенный, семья на вид крепкая, муж, которого она любила. Они недавно приобрели эту квартиру, и перед тем супруг попросил её подписать какие-то бумаги, она думала, что это просто поручительство или что-то подобное, а теперь оказалось, что ни она, ни сын на неё прав не имеют. С Сергеем они прожили в браке почти десять лет. Когда познакомились, он только начинал карьеру в большой логистической фирме, а Наталья успешно продвигалась как маркетолог. Потом она забеременела, ушла в декрет и просидела дома до трёх лет сына. Дима родился слабым, часто подхватывал инфекции. Они стали постоянными посетителями поликлиники, так что по общему согласию Наталья не вернулась на работу.
Она уволилась и полностью посвятила себя уходу за ребёнком. Диме сейчас исполнилось семь. Из-за частых болезней он пропускал много занятий в школе, отставал от сверстников по росту и силе. Мальчишки в классе то и дело подшучивали над ним, дразнили за очки и плохое зрение, за то, что он не мог дать сдачи на их колкости. Наталья старалась поддерживать сына как могла, но ему явно не хватало внимания от отца. Сергей же всё чаще задерживался на работе, иногда пропадал допоздна. Теперь становилось ясно, почему именно так.
В этот день он вернулся домой раньше обычного, выглядел возбуждённым и довольным, будто выиграл крупную сумму. Ворвался в квартиру, но не поцеловал её, как обычно, а прошёл мимо и сразу вывалил эту новость. Наталья металась по комнатам, собирая свои вещи и сына, руки тряслись, а мысли путались. Муж заперся в спальне, не желая даже смотреть в её сторону. И тут в дверь позвонили. Наталья бросилась открывать, надеясь на чудо.
На пороге стояла соседка с тарелкой свежих пирожков в руках. Пожилая женщина, видимо, сразу заметила по её лицу, что что-то не так.
— Не вовремя я, наверное? — вздохнула Людмила Петровна, ставя тарелку на столик в коридоре. — Извини, милая, не знала, что у вас тут такое творится.
— Да, нас выгоняют отсюда, — пожаловалась Наталья, голос сорвался. — Не знаю, что делать, куда податься с ребёнком.
Соседка мягко взяла её за руку.
— Не спеши с решениями, подумай хорошенько. Может, это и к лучшему в итоге. Я ведь вижу, что у вас в семье не всё гладко в последнее время. Сергей почти не бывает дома, а ты одна тянешь всё.
— Почему я ничего не замечала? — расплакалась Наталья, и женщина крепко прижала её к себе.
— Не плачь, держись, — сказала Людмила Петровна, гладя её по спине. — Для сына нужно быть сильной. Давай помогу тебе с вещами, вместе соберём.
В этот момент в коридор вышел Сергей, его лицо исказилось от злости.
— Телефон давай сюда, — рявкнул он, протягивая руку. — Нечего с дорогой трубкой разгуливать, обойдёшься и без неё. И все подарки, которые я тебе дарил, тоже оставь здесь.
— Подавись ты ими, — в слезах бросила Наталья трубку ему в руки.
Муж развернулся и снова ушёл в спальню, хлопнув дверью.
— Вот, держи мой телефон, он оплачен на несколько месяцев вперед, — прошептала Людмила Петровна, сунув аппарат в карман Натальи. — Не вздумай идти в ночь без связи. И пирожки давай упакуем в пакет, возьмёшь с собой, перекусишь в дороге. К себе не зову, сама знаешь, муж у меня лежачий, квартира однокомнатная, теснота.
Наталья молча кивнула и благодарно обняла её. Она выгребла все наличные, что оставались на повседневные расходы. Сумма вышла небольшой, но хоть что-то. Карту муж наверняка заблокирует, ведь она привязана к его счёту. Наталья взяла сына за руку. Он уже проснулся и плакал, не понимая, что происходит. Дима не мог осознать, зачем нужно уходить из дома ночью. Тяжёлые чемоданы оттягивали руки, Наталья тащила их за собой, попутно успокаивая мальчика.
— Потерпи, милый, сейчас вызовем такси и поедем на вокзал, — говорила она, судорожно набирая номер на телефоне соседки. — А потом отправимся в настоящее путешествие.
Дима спросонья не сразу понял, что происходит, но, увидев мамины слёзы и чемоданы, испуганно спросил:
— А папа с нами не поедет? Он что, меня больше не любит? — спросил ребёнок, всхлипывая и вытирая слёзы рукавом. — Почему он нас прогоняет из дома?
— Так иногда бывает у взрослых, — шепнула Наталья, прижимая его к себе. — Ты ни в чём не виноват, это наши проблемы с папой, а ты у нас самый хороший.
— А как же школа? — поинтересовался Дима, всё ещё шмыгая носом. — Я не пойду туда больше?
— Через неделю начинаются каникулы, так что я договорюсь с учителями, — вздохнула Наталья, глядя на сына. — Не переживай, потом найдём тебе новую школу, где тебе будет интересно.
В этот момент у подъезда остановилась дорогая иномарка, из неё вышла яркая блондинка. Она подняла глаза на окно их бывшей квартиры, потом перевела взгляд на Наталью и усмехнулась, а затем решительно направилась к домофону, уверенно приложила свой ключ к домофону. Наталья сразу узнала её — ту самую яркую блондинку с корпоративных фотографий Сергея. Стало ясно, что это и есть та женщина, любовница мужа. Наталья вспомнила, что видела её на фото с корпоративов. Её звали Ирина, она была дочкой владельца компании, где работал Сергей.
Наталья с трудом дождалась такси. На улице моросил дождь, холодный и противный. На вокзале она купила в кассе два билета в один конец. Их путь лежал в старый деревенский дом, который достался ей в наследство от бабушки Пелагеи Васильевны. Бабушки не стало семь лет назад. После этого Наталья ездила туда только раз, в сельсовет, чтобы оформить документы, но сейчас очень надеялась, что дом ещё стоит и пригоден для жилья. Ключ от замка болтался у неё на связке с другими ключами.
Поезд был проходящий, стоянка на их станции всего две минуты в три часа ночи. Наталья с сонным сыном и чемоданами едва успела выскочить на пустой перрон, ветер трепал волосы. Дом бабушки оказался третьим от станции, она легко его нашла и толкнула дверь. Внутри было темно, света не было, пришлось искать свечи в старом шкафу. Спички отсырели и зажигались с трудом, а ребёнок капризничал от усталости. Но Наталья всё равно чувствовала, что поступает правильно, начиная новую жизнь. Они легли спать под бабушкину перину, она оказалась старой, но ещё вполне пригодной. Майские ночи здесь стояли холодные, по ночам иногда случались заморозки.
Утром Наталья попыталась растопить печь, но угол её осыпался, дым еле шёл из трубы. Дрова не хотели разгораться, и она чуть не заплакала от бессилия. Сын уже просил есть и просил чай, а она не знала, как справиться. Наталья накинула бабушкин тулуп и пошла в сельсовет, взяв сына с собой. К обеду им удалось договориться о подключении электричества. В хозяйственном магазине купили лампочки и простую электроплитку. Но электрики предупредили: старая проводка обогреватель не выдержит, так что посоветовали топить печь, как все местные.
Оставалось решить вопрос с водой, да ещё и стёкла в части окон были разбиты, оттуда дуло сквозняками. В коридоре нашлись вёдра, в сенях стоял бак для воды. С трудом Наталья отыскала общий колодец в деревне. Местные жители смотрели на неё с подозрением, чужих здесь не любили. Она набрала два ведра и потащила их домой, вода плескалась через край. Теперь идея переехать в деревню казалась ей полной авантюрой. Сын постоянно нылся и просился обратно в город. Дом теперь выглядел неприветливым и заброшенным.
Наталья снова взялась за печь, но та была явно забита. Очистить дымоход она, городская жительница, не умела. Она села на пол у печки, открыла дверцу и заплакала, слезы катились по щекам. В этот момент в сенях раздались шаги.
— Хозяева, что случилось? — прозвучал громкий мужской голос. — Дверь нараспашку, из печи дым валит клубами. Угореть собрались? Вы кто такие?
Наталья подняла голову и неохотно посмотрела на незнакомца — крупного мужчину лет тридцати с небольшим. Он стоял в дверях, держа в руках сумку с инструментами.
— Я ваш сосед, местный фельдшер, — ответил он уже спокойнее, входя в комнату. — Меня зовут Павел. Работаю в медпункте, живу здесь неподалёку с мамой, но она сейчас гостит у сестры.
— Понятно, — пробормотала Наталья, вытирая слёзы. — А мы с сыном теперь тоже будем здесь жить. Так сложились обстоятельства.
— Ну и хорошо, значит, познакомились, — обрадовался Павел, ставя сумку на пол. — А как вы тут собираетесь устраиваться? Дом столько лет пустовал, печку топить опасно, может загореться.
— Да выбора у нас нет, — сорвалась Наталья на истерику, голос задрожал. — Муж выгнал нас, у него новая жизнь началась, счастливая. Нам больше некуда податься.
— Понятно, — кивнул Павел, садясь рядом на корточки. — Ну, может, что-то подправим. Я инструменты захватил как раз. А у вас, я вижу, и помощник имеется.
С сияющими от любопытства глазами из-за угла выскочил Дима.
— Мама всё время плачет. Здесь скучно, ничего интересного.
— Ого, я как раз тебя и хотел позвать, — улыбнулся Павел, протягивая руку мальчику. — Сможешь инструменты подавать? Давай сначала сходим ко мне в сарай за стёклами. Нельзя же вам с мамой жить с разбитыми окнами, сквозняки продуют.
К вечеру дом начал преображаться. Павел вставил стёкла, ловко нарезав их по размеру, прочистил печную трубу, вынул оттуда старое птичье гнездо, закрепил раствором выпавшие кирпичи, показал Наталье, как правильно закладывать дрова. Оказалось, что колодец с водой был прямо на их участке, рядом с домом. А потом он привязал новое ведро на крепкую верёвку, натаскал воды в баню и затопил там печку. Наталья, вдохновлённая этими изменениями, тоже не сидела без дела. Вымыла полы, повесила занавески из бабушкиных запасов, сходила в магазин за продуктами, а Павел принёс от себя банку домашних солений и мешок картошки. Дима в компании нового дяди повеселел, ходил за ним хвостом, задавая вопросы.
Вечером, уложив сына спать, Наталья присела у окна. Мысли были тяжёлыми, она понимала, что впереди много трудностей, но привыкать к новой жизни оказалось сложнее, чем она думала. Из раздумий её вырвал плач сына. Диме снова приснились кошмары. Она с трудом его успокоила, а потом сама легла спать. На следующий день они забрали документы из старой школы. Завуч отдала их с видимым облегчением. Наталья отнесла бумаги в местную сельскую школу, где их приняли без проблем.
Диме предложили прийти в класс уже завтра. Мальчик сначала сомневался, но учительница оказалась доброй и опытной, она быстро расположила его к себе и заверила, что ребята новичка не обидят. Для Натальи это стало настоящим облегчением. Она понимала, что ребёнку нужен режим и какая-то стабильность, а при школе даже в каникулы работал детский лагерь с разными мероприятиями. Ей же предстояло сделать дом пригодным для нормальной жизни, а потом ещё и найти работу. Соседа эти новости тоже порадовали. Он заглянул вечером и напомнил, что им нужно завести карты в медпункте. Дима уговорил фельдшера остаться на ужин, а потом уселся с ним играть в шахматы.
Уложив сына, Наталья обнаружила, что Павел всё ещё сидит на кухне, допивая чай.
— Извините, — смутился мужчина, вставая. — У вас теперь здесь так уютно стало, не хотелось уходить, если честно. Мама всё ещё в отъезде, а я в последнее время в одиночестве себя не очень комфортно чувствую.
— А вы всегда жили в этой деревне? — поинтересовалась Наталья, наливая себе чай и садясь напротив.
— Нет, я учился в городе, там же и женился, — пояснил Павел, ставя чашку на стол. — Отец у меня успешно вёл строительную компанию, Григорий Соколов, может, слышали? Но он погиб несколько лет назад в автомобильной аварии, и моя жена была в той же машине.
— Её тоже не стало? — ужаснулась Наталья, прикрыв рот рукой. — Как вы это пережили, это же такая трагедия?
— С трудом, — вздохнул Павел, глядя в окно. — Мама после похорон продала квартиру в городе и переехала сюда, в старый родительский дом. Почти как вы. Здесь были только стены, я помогал ей с ремонтом, потом устроился в медпункт, когда прежний фельдшер вышла на пенсию. Вот так и осел в деревне, хотя совсем этого не планировал.
— Жалко, очень жалко, — искренне произнесла Наталья. — А расследование аварии проводили?
— Да какой толк, — махнул рукой мужчина. — У меня есть подозрения, но они ничем не подкреплены. Ладно, пора мне. Спокойной ночи вам.
Он ушёл, а Наталья ещё некоторое время стояла в дверях, глядя ему вслед. Ей было искренне жаль этого доброго молодого человека. А его история вдруг заставила её понять, насколько мелкими кажутся её собственные проблемы. Все живы, никакой настоящей драмы не произошло. Жизнь сама рассудит, кто был прав. Перед сном Наталья пересчитала деньги. Прикинула, что нужно закупить семена и вскопать огород. Наличных оставалось мало.
Она решила дать себе ещё неделю на обустройство. Решительно сняла серьги — подарок мамы — и обручальное кольцо, подумав, что в крайнем случае их можно продать, чтобы выиграть немного времени. Потянулись деревенские будни. С её образованием маркетолога здесь устроиться было некуда. Вакансий в деревне вообще мало. Местные относились к ним настороженно и не собирались менять отношение только потому, что её бабушка здесь жила всю жизнь. Сын поначалу плакал, но довольно быстро освоился в школе. Его даже не нужно было водить — ребята с утра шли гурьбой, и новенького забирали прямо у калитки. Наталья тихо радовалась за сына.
Кажется, у него появилась возможность завести друзей. Она копала огород и потихоньку разбирала накопившийся хлам в старом доме. Прошёл месяц. Наталья уже разобрала весь дом и наконец добралась до чердака. Когда дело дошло до чердака, Наталья увлеклась. Ещё во время беременности она обнаружила в себе талант к рукоделию, без устали вязала, шила, вышивала и получала от этого настоящее удовольствие. Хотела даже превратить это в маленькое дело, составила план, но муж только посмеивался над её идеями.
Продолжение :