Найти в Дзене
Библиоманул

Нодар Думбадзе "Я, бабушка, Илико и Илларион"

Наиболее известная повесть советского классика, авторства которого я не читал ничего. "Через Губазоули перекинут мостик. Каждой весной взбушевавшаяся река уносит его, оставляя только торчащие из воды чёрные сваи". Мальчик школьник и его ворчащая бабушка. "А я какой, бабушка? - Ты? Ты прохвост, шалопай, бездельник, плут, пройдоха и нехристь к тому же". Откровенно пародийный протокол педсовета от марта 1940. Книга фрагментами детская, а где-то напротив, очень взрослая, автор старательно шутит, да и в целом сюжет рассыпается на байки о чём угодно - школе, сельском враче, охоте (школьник с ружьём напивается с родственником на природе, и всё заканчивается застреленной собакой и кощунственными похоронами). "А какая тебе грозила опасность? Ну, вскрыли бы твой паршивый череп и тут же бы и захлопнули. Чего копаться-то в пустоте?". Особенности грузинской школы и отношение к русским. "Смерти твоей, мерзавец! Похоронила бы тебя рядом с Мурадой и оплакивала бы по-русски. Да, по-русски, болван

Наиболее известная повесть советского классика, авторства которого я не читал ничего.

"Через Губазоули перекинут мостик. Каждой весной взбушевавшаяся река уносит его, оставляя только торчащие из воды чёрные сваи".

Мальчик школьник и его ворчащая бабушка.

"А я какой, бабушка? - Ты? Ты прохвост, шалопай, бездельник, плут, пройдоха и нехристь к тому же".

Откровенно пародийный протокол педсовета от марта 1940.

Книга фрагментами детская, а где-то напротив, очень взрослая, автор старательно шутит, да и в целом сюжет рассыпается на байки о чём угодно - школе, сельском враче, охоте (школьник с ружьём напивается с родственником на природе, и всё заканчивается застреленной собакой и кощунственными похоронами).

"А какая тебе грозила опасность? Ну, вскрыли бы твой паршивый череп и тут же бы и захлопнули. Чего копаться-то в пустоте?".

Особенности грузинской школы и отношение к русским.

"Смерти твоей, мерзавец! Похоронила бы тебя рядом с Мурадой и оплакивала бы по-русски. Да, по-русски, болван!".

Тяжёлый труд, условное обучение и соседские свары в маленьком грузинском селе, издёвка над национальной спецификой колхозного стоительства.

"Товарищи, нечего теперь вспоминать да уточнять, куда девалась тёлка, почему казённый стройматериал пошёл на постройку дома председателя, каким образом колхозное вино очутилось в председательских кувшинах... К чему это?.. Узнают люди, нас же и засмеют... Нельзя выносить сор из собственной избы".

Более жёсткие антисоветские высказывания (издёвка над марксистской догмой о бесклассовом обществе, например).

Военная зима, похоронки, помощь солдатам.

Первая любовь, стихи и записки.

Победная весна, окончание школы и семейный совет о будущем.

"Мой внук должен стать врачом, - заявила бабушка. - Состарилась я, за мной уход нужен! - Ты что, обязательно от его руки умереть хочешь?".

Отъезд в Тбилиси, поезд, учёба.

Бестолковый взяточник-управдом.

"Вот уже третий год я живу в Тбилиси. В деревне меня называют "городским жуликом", в городе "деревенщиной"".

Трогательных моментов хватает - за грубостью дядек и бабушки рассказчика прячется любовь и к нему и друг к другу. 

Главный вопрос - почему герой воспитывается без родителей, юмористический дуэт вполне может быть парой постаревших дядек-охранников, да и право решающего голоса на выборах председателя колхоза у сопляка, а ещё беспрепятственное поступление в ВУЗ столицы Грузии, - наводят на размышления.

"Студенческие годы - счастливейшая пора в жизни человека. Нужно несколько лет прожить жизнью студента, чтобы по достоинству оценить прелесть корки чёрного хлеба, натёртой чесноком; понять психологию трамвайного зайца; вкусить сладость потом заработанной тройки; испытать радость восстановления стипендии; почувствовать противную дрожь в коленях перед экзаменом; насладиться прохладой рассвета после бессонной ночи, проведённой над конспектами и учебниками...".

Представители власти как один фантасмагорические и никакой значимой советской составляющей в жизни героев книги нет, все завитки сюжета легко представимы при любом строе.

Герой взрослеет, отталкивает возможную другую любовь, а два старых клоуна продолжают свои почти мультипликационные игры, с реальными угрозами жизни и здоровью друг друга и окружающих.

Предсказуемо печальный финал.

Книга странная, если искать ближайшее сравнение, то искандеровский "Сандро из Чегема", на мой взгляд, несопоставимо лучше - и умнее и сложнее и красивее; если отойти от советско-кавказских ассоциаций, то книга заметно уступает написанным примерно в той же нише иронических наблюдений о семье, от имени смышлёного подростка, книгам Джеральда Даррелла и Астрид Лингрен. Пожалуй, какую-то самостоятельную ценность она может иметь для любителей грузинской культуры (а-ля поклонники "Мимино"), но я к ней безразличен. Так что ознакомился и ладно, - какие-то эпизоды красивы, отдельные кому-то будут смешны. 

Может быть, если глубже погрузиться в обстоятельства жизни автора, что-то откроется - дополнительный уровень, ну да, ожидаемо, - отец расстрелян в 1937, мать репрессирована, воспитывался бабушкой, а Думбадзе - гурийская дворянская фамилия