— Танечка, милая, дай я тебе помогу! — голос Валентины Петровны прозвучал прямо над ухом.
Таня вздрогнула и чуть не выронила нож, которым нарезала сёмгу для канапе. Тридцать первое декабря, половина девятого вечера, а она всё ещё возилась с праздничными закусками. Скоро должны были приехать родственники мужа, его сестра с семьёй, и её собственная мама.
— Спасибо, но я сама справлюсь, — осторожно ответила Таня, прекрасно помня прошлогоднюю "помощь" свекрови.
Но Валентина Петровна уже протискивалась к столу, решительно отодвигая невестку локтем.
— Что ты понимаешь, неопытная ещё совсем! Вот я тебе сейчас покажу, как надо правильно готовить.
Таня беспомощно посмотрела на мужа, который благоразумно притворился увлечённым телевизором в гостиной. Игорь всегда умел вовремя испариться, когда его мать начинала свои "кулинарные подвиги".
— Валентина Петровна, честно, всё под контролем...
— Ты только посмотри! — свекровь уже рылась в холодильнике. — Сколько продуктов накупила! Деньги на ветер. В моё время мы из ничего умудрялись пять блюд сделать, и все довольны были.
Таня пыталась собраться с мыслями.
— Валентина Петровна, вы же собирались приехать прямо к столу, притворитесь как будто вас здесь нет, зачем сейчас...
— А я решила пораньше приехать! Антон меня подбросил, — свекровь торжествующе выставила на стол банку с маринованными огурцами. — Вот! Это я сама закрывала. Не то что магазинные твои.
— Они же с уксусом, это вредно, — попыталась возразить Таня, но свекровь уже открывала банку.
— Оливье нужно готовить с маринованными.
Следующие полчаса Таня наблюдала, как её тщательно спланированное меню превращается в обычное советское застолье. Свекровь решительно вмешивалась во всё: добавляла в салат "Цезарь" майонез вместо соуса ("это же экономнее!"), перекладывала креветки из одной тарелки в другую в гору майонеза ("некрасиво лежали"), а французский утиный паштет разбавила печёночным ("зачем добру пропадать").
— Валентина Петровна, пожалуйста...
— Танюша, не мешай! Я же лучше знаю, что гостям понравится.
Когда свекровь полезла к тарталеткам с красной икрой, Таня не выдержала.
— Всё, стоп! — она решительно встала между свекровью и столом. — Валентина Петровна, я очень ценю вашу помощь, но давайте так: вы отдохнёте после дороги, а я сама доделаю.
Свекровь обиженно надула губы.
— Вот так всегда! Хочешь добра человеку, а тебя только отталкивают. Пойду хоть телевизор посмотрю, раз я тут никому не нужна.
Таня проводила её взглядом и уныло осмотрела стол. Половину закусок можно было спасти, половину — только переделывать. Часы показывали без пятнадцати десять.
— Игорь! — позвала она мужа.
Тот нехотя появился на пороге кухни.
— Что, дорогая?
— Твоя мама превратила мои канапе в бутерброды из советской столовой. Что мне теперь делать?
Игорь виноватым жестом развёл руками.
— Ну... она же хотела помочь.
— Помочь! — Таня показала на миску с "Цезарем", который теперь больше напоминал обычный салат с курицей. — Тут помощи на тридцать тысяч рублей продуктов!
— Не кричи, она услышит, — Игорь нервно покосился в сторону гостиной.
— А мне уже всё равно! — Таня почувствовала, что вот-вот расплачется. — Я неделю готовилась, покупала специальные продукты, смотрела рецепты...
Игорь виноватым жестом обнял жену.
— Прости. Я поговорю с ней.
— Поздно уже говорить, — Таня устало прислонилась к его плечу. — Давай просто всё отменим.
Но судьба распорядилась иначе.
В дверь снова позвонили — коротко и уверенно. Таня даже не сразу поняла, что это не родственники, а курьер.
— Доставка для Татьяны Андреевны, — бодро сообщил парень, протягивая огромный пакет с логотипом фермерского магазина её подруги.
Игорь удивлённо приподнял брови.
— Это что?
— Это… видимо, запасной план, — тихо сказала Таня и впервые за вечер усмехнулась.
Она аккуратно выложила на стол упаковки: готовые тарталетки, свежайшую нарезку рыбы, сыры, соусы в отдельных контейнерах.
— Ты что, заранее заказала? — Игорь смотрел на неё с новым выражением лица, будто только что увидел по-настоящему.
— После прошлого Нового года Светка, наверное, решила мне сделать сюрприз. На всякий случай.
Валентина Петровна появилась в дверях кухни ровно в тот момент, когда Таня убирала испорченные закуски в сторону.
— Это что ещё такое? — подозрительно прищурилась она.
— А это будет на стол, — спокойно ответила Таня. — А вот это… — она кивнула на «Цезарь» с майонезом и паштетную смесь, — мы поставим отдельно. Кто захочет.
— Ты хочешь сказать, что моё — отдельно? — голос свекрови задрожал от возмущения.
— Я хочу сказать, что у нас будет выбор, — ровно ответила Таня. — Гости сами решат.
К моменту, когда все собрались за столом, картина стала предельно ясной.
Оля сразу потянулась к новым тарталеткам.
Антон внимательно изучил соусы и одобрительно кивнул.
Даже Игорь, обычно осторожный, выбрал «Танины» закуски.
— Ой, а это вкусно! — удивилась Оля. — Без майонеза, представляешь?
— И рыба нормальная, — добавил Антон.
Валентина Петровна сидела с вилкой над своей тарелкой. К её «классике» никто так и не притронулся.
— Странные сейчас люди пошли, — наконец процедила она. — Простую еду не ценят.
— Ценят, мама, — спокойно сказал Игорь. — Просто не любят, когда за них решают.
Таня ничего не сказала. Она просто продолжала спокойно есть и улыбаться.
Через полчаса Валентина Петровна встала из-за стола.
— Что-то я устала. Пойду полежу.
А под утро, когда все разъезжались, она вдруг неловко задержала Таню в прихожей.
— Ты… хозяйка хорошая, — сказала она, не глядя в глаза. — Просто я привыкла, что меня слушают.
— А я привыкла, что мой дом — это мой дом, — мягко ответила Таня.
Свекровь ничего не сказала. Только кивнула.
С тех пор Валентина Петровна больше не вызывалась помогать.
А Таня впервые встретила Новый год без испорченного настроения — и с чувством, что наконец-то поставила всё на свои места.