Очень часто от антиэволюционистов можно услышать тезис "Почему мы не видим эволюцию сейчас?". Действительно, наблюдать появление новых видов, родов и более крупных групп проблематично, ведь этот процесс зачастую занимает десятки, сотни и тысячи лет. Но вот с лососями это правило не работает.
Лососеобразные (лат. Salmoniformes) знамениты своим стремительным видообразованием и внешним полиморфзизмом (пластичностью). Известны случаи, когда один вид, будучи отрезанным от основного потока генов (обычно, проникнув в озеро), кроме того, что образует морфологически отличную от типового вида форму, создаёт целый ряд форм или видов, занимающих различные экологические и трофические ниши: гиганты-каннибалы, хищники, бентофаги, планктофаги, глубоководные бентофаги-карлики, глубоководные планктофаги-карлики, дурофаги, инсектофаги и другие формы, внешние различия которых могут потрясать. Среди самых явных примеров - популяция гольцов из о. Кронштадтское на Камчатке.
Зачастую данные формы образуются за многие тысячи лет в изоляции от «проходных» видов, при этом сами между собой данные формы также не нерестятся – существуют случаи, когда одна форма (например, планктонофаг) одного озера является родственников такой же формы соседнего озера, а не произошедшей от общего предка с другими лососями того же озера. В результате у нас выходят морфологически легко отличимые и генетически изоллированные популяции, фактически всё что нужно для описания новых видов, чем активно занимаются в западных странах, где описаны почти все подобные формы для изолированных популяций гольцов, сигов и кумжи. На территории РФ, напротив, подобная практика не общепринята, ведь тогда придётся описать более 100 узкоареалных эндемиков и как-то регулировать их вылов и охрану (а ведь часть из этих форм уже успела вымереть).
Примечательно, но даже для самого крупного известного вида лососёвых – ископаемого «саблезубого» лосося (Oncorhynchus rastrosus) также известна карликовая озёрная форма.
Кроме озёрно-изолированных видов, существуют изолированные посредством бассейнов рек или даже морей, как например, черноморская кумжа (Salmo labrax), которая внешне отличается от обыкновенной (Salmo trutta), однако в последние годы уже успела побывать как отдельным видом, так и подвидом, морфой или вовсе синонимом последней, и подобная ситуация наблюдается с множеством средиземноморских, ближневосточных, североамериканских и арктических клад лососёвых. В прошлом году, например, вышла скандальная статья, где описали Oncorhynchus gorbuschka (одна буква разницы от Oncorhynchus gorbuscha), которая является изолированной от обыкновенной горбуши необыкновенным способом – они размножаются ровно через год, но при этом нерест рыбы происходит ежегодно, из-за чего выходит парадокс, при котором рыбы чётного и нечётного годов нереста не имеют одной генетической популяции. Каким-то образом было определено, что обыкновенная горбуша относила к чётному году, ну а новый вид, стало дело, нерестится в нечётные годы. Стоит, правда отметить, что морфологически они неразличимы, равно как и генетически, а интродукция горбуши определённого года нереста в Белом море и вовсе показало, что со временем, популяция, нерестящаяся на следующий год сама собой образуется без интродукции второго «вида».
Данную ситуация с изолированными и неизолированными видами/популяциями ещё больше усугубляется реинтродукцией на волю выведенных в неволе пород лососей, часто представляющих собой гибриды. Данные гибриды, кроме того, что активно распространяются и занимают ниши местных видов, способны размножаться с местными, создавая плодовитые гибриды, которые, фактически, образуют новую популяцию, замещая или дополняя старую.
Так вот, в этом году вышла статья «Speciation of invasive fishes», где её автор – Джей Ричард Стауффер – описал довольно типичную для многих стран ситуацию, где вид лосося, интродуцированный в реку, за столетие сумел занять экологическую нишу. Что достаточно необычно, вылавливаемые в реке Спрус-Крик образцы кумжи (Salmo trutta) между собой отличаются. Так, одни из вариантов был признан фенотипически неотличимым от типового вида, а второй от него отличался наличием увеличенного числа лучей плавников, а также пятнами с чёткой белой окантовкой (против почти отсутствующей у других кумжей той реки). При этом, по всей видимости, обе формы из реки произошли от одной «атлантической» популяции из Европы, интродуцированной в реку в 1883 году. К сожалению, далее, кроме внешних различий, в статье не был предоставлено ни генетического анализа, ни предположений различности рациона обеих форм, однако в качестве факта (без приведённых доказательств) было высказана репродуктивная изоляция двух форм, в связи с чем, после долгого рассуждения на тему «что-такое вид», Стауффер, описывает последнего в качестве нового вида, Salmo epimolos. Видовой, эпитет, кстати, переводится как «захватчик», что полностью отражает природу появления данного «вида».
И, не смотря на скепсис многих исследователей, этот вид был принят в качестве валидного в каталоге рыб Эшмейера. В последствии ожидаются статьи с критикой автора, однако сам по себе прецедент уже создан и может привести к новому витку описания подобных форм, которые уже сейчас, например, хорошо известны из Европы и той же Северной Америки. Кроме того, если кумжу-захватчика признают и другие авторы, мы получим ещё один пример вмешательства человека в видообразование, причём давшее крайне быстрый результат.
Эта статья - работа нашего администратора Юрия, который также является создателем проекта Рыбы вики. Здесь мы рассматриваем самых разных представителей подводного мира современности - от тупорылой акулы до почвенных рыб!