Письмо от 9 декабря
Здравствуйте, Марьяна Петровна!
Сразу скажу: я перед вами преклоняюсь. Очень мне нравится, что вы заступаетесь за нас, женщин, и даже за таких молодых и малоопытных девушек, как я, Вера С. Мы, малоопытные и трепетные создания, ужасно нуждаемся в локте старшего товарища. Особенно если этот товарищ - заядлый душевед.
Итак, мне требуется от вас помощь и сочувствие. Всё дело в том, что я не понимаю свою свекровь. Собственно, это нормальная ситуация - она мне никто. Но то, что вытворяет данная женщина, вводит в ступор. Ведь её поступки сказываются и на мне с мужем Сережей (сыном этой непредсказуемой женщины), и я закономерно негодую.
Собственно, пишу вам, а из глаз сыплются слезы и искры. Если бы я писала вам письмо бумажное (как в стародавние времена вашей ушедшей молодости), то вся бумажка была бы густо усеяна слезами.
Мне двадцать два года. Муж Сережа - ровесник. То есть мы молодые, полные сил и энергии, и, главное, - мы горим желанием обзавестись детьми. Как говорится, самое время! Работаем над этим вопросом, с обожанием разглядываем в витринах подгузники и прочие милые мелочи.
И всё бы хорошо, но свекровь Анна Павловна выкинула фортель: сошлась с мужиком её лет и мечтает родить ему ребеночка. Куда он ей, спрашивается, на старости лет?
В связи с фортелем свекровь продаёт бабкину наследную квартиру и ту хату, в которой проживает сейчас (с мужиком и сыном от первого брака, восьми лет). Далее покупает себе с мужиком трёхкомнатную квартиру. И заселяются туда своей престарелой семьёй и сыном. Как, Марьяна Петровна, вы уже грохнулись в обморок? Моя родня лично грохнулась.
Так и вижу картинку: согбенная свекровь, тяжко опираясь на клюку, тащит последыша в первый класс.
Скажите хоть вы ей, Марьяна Петровна! Донесите, что пусть она лучше радуется внукам.
Я негодую. Ведь мы с Сережей проживаем довольно стеснённо - в однушке, которую купили мне мои прекрасные родители (вкалывали на однушку десять лет без отпуска, старались, чтобы я была с углом, а не перекати-поле).
И Анна Павловна, согласитесь, - как мать и будущая бабушка - могла бы тоже подумать о старшем сыне Сереже и наследную бабкину площадь выдать именно ему (и мне - как члену семьи). Мы бы продали мою однушку, бабкино наследство - и на эти средства расширились. И могли бы порадовать свекровь внучатами.
Лично моя родня радуется внучатам заранее. А эта? Нет слов!
Ваша почитательница,
Вера С.
Письмо от 10 января
Марьяна Петровна! Вы почему не ответили? А мне ведь так нужен совет мудрой взрослой женщины на пятом десятке лет, которая прожила жизнь. То есть, ваш совет. Ну?
Ситуация (пока вы молчали и не помогали) изменилась критично - Анна Павловна округлилась, ест яблоки. Мои родители негодуют. Я из негодования вообще полгода уж не выхожу.
Готовлюсь идти на серьёзный разговор со свекровью. Начать я хочу с козырей: прямо в лоб задать вопрос, хочет ли она вообще получить себе внуков? И посмотреть на её растерянное лицо.
Все мы знаем таких бабушек! К внукам равнодушные (пирожка и сказки не допросишься), а как к дряхлости дело пойдёт - так сразу просьбы от них к молодёжи.
Также я опасаюсь, что наша молодуха не только не будет помогать мне с ребёнком, но и спихнёт своего младенца - ежели дряхлость нагрянет совсем быстро (свекровь любит море, вечно туда катится, а на солнце-то кожа быстрее стареет; купальники она, стыдно сказать, носит открытые - мне всегда неудобно за такое поведение).
Дайте совет! Правильно ли я ставлю вопрос для Анны Павловны? Или стоит как-то улучшить его? Усилить, так сказать, давление. Напомнить о счастье старшего сына, продолжении рода, о том, что мои родители вкалывали десять лет, а она, Анна Павловна, прохлаждалась и сейчас живет беспечной жизнью. То есть, донести проблематику.
Как считаете? Ведь нужно дать дорогу молодым, а не лезть поперёк природы.
Ваша почитательница,
Вера С.
Письмо от 1 февраля
Ой, не хотела даже и писать вам больше, Марьяна-как-вас-там. Не ожидала такого ответа. Я негодую и читать вас больше не буду - принципиально.
Вы, небось, сами свекровка! И тоже на второй круг пошли - грезите о новом муже и младенцах? Тоже вы молодуха?
Для полноты картины добавлю: Анне Павловне сорок два! Пятый десяточек по паспорту. Ну? И сейчас вы все еще будете её защищать?
Тогда у меня просто нет слов.
Вера С.