— Я ухожу к другой. К Маше.
Я остановилась как вкопанная. На тарелке красовался кусок превосходно запеченной утки с вишневым соусом, рецептом которого меня щедро одарил муж на нашу последнюю годовщину. Вся ситуация выглядела даже абсурдно…
— Это та Маша из спортивного клуба? — спросила я с невозмутимым голосом, будто интересовалась, не забыл ли Алексей купить яблоки.
— Да.
— Ясно. Десерт будешь?
Алексей поперхнулся вином и уставился на меня с недоумением, как на человека, который только что свалился с луны. А я бесстрастно продолжала жевать утку, запивая ее вином. Вкусно, но в следующий раз не забуду добавить немного орегано.
— Лена, ты слышала, что я сказал? — произнес Алексей, не дождавшись моей реакции.
— Слышала. Ты уходишь к Маше из спортзала. И делаешь это в день нашей годовщины. Какой же ты романтик.
Странно, но больше всего меня волновал торт в холодильнике. Что теперь с ним делать? Одной его съесть невозможно, а выбросить так жалко.
Алексей поднялся, случайно зацепив бокал. Красное пятно полилось по белоснежной скатерти, иронично, но это был подарок от его матери на нашу свадьбу.
— Я… Я не хотел так. Просто больше не могу продолжать лгать.
— Очень благородно. Сколько времени ты уже мне врешь и изменяешь?
— Ну… пару лет…
Эти слова пронзили меня, как нож. Получается, он уже несколько лет пытался быть идеальным мужем, целовал меня в щеку и строил планы, в то время как врал? А я готовила ему ужины, встречала с работы, не догадываясь, что у меня на лбу растут рога… Боже, я ведь знаю эту Машу, и эта обманщица улыбалась мне в лицо…
Я промокнула губы салфеткой и произнесла:
— Думаю, тебе стоит уйти.
***
Когда Алексей ушел, даже вещи свои не забрав, пообещав вернуться, я медленно закончила свою порцию, выпила вино из обоих бокалов и достала торт. Села перед ним с ложкой и начала запихивать его прямо из формы, не обращая внимания на приличия. В этот момент раздался звонок в дверь.
Это были мои родители с огромным букетом лилий и коробкой конфет.
— Сюрприз! — весело воскликнула мама. — Решили поздравить с годовщиной!
Отец молча оценил мое заплаканное лицо, стол с расставленными тарелками (на одной осталась еда) и пятно от вина на скатерти.
— Где Алексеев? — мама все еще улыбалась, но в глазах ее закралась тревога.
— Ушел к Маше из спортзала, — сообщила я, и смех вырвался из меня истерично, неуклюже. — Но торт остался. Будете?
Мама села на стул, который недавно занимал Алексей. Отец направился на кухню, вернувшись с рюмками коньяка.
— Ну и негодяй, — произнес он спокойно, как бы фиксируя факт. — Всегда я это чувствовал.
— Витя! — возмутилась мама, но это звучало неубедительно.
А что, разве не так?
— А что Витя? Надо было сразу сказать дочке, что с таким эгоистом она связывает свою жизнь, мы же догадывались об этом… Лена, а его вещи где?
— Завтра заберет.
— Не заберет. Я все соберу, Валя поможет. Выставим на лестницу. Пусть Маша забирает.
Они остались. Просто взяли и остались. Мама действительно помогла отцу собрать вещи Алексея, уложила аккуратно в коробки, даже подписала. Потом заварила чай с мятой и обняла меня. Я прижалась к ней, как в детстве, и наконец-то дала волю слезам.
***
Родители остались и окружили меня заботой. Мама помогла переставить мебель в гостиной («Лучший способ от горя — изменить обстановку»). Отец занялся капающим краном на кухне, который Алексей обещал исправить уже давным-давно. Затем он принялся за скрипучую дверь в спальне, за шаткую полку в санузле, за розетку в коридоре.
— Пап, не нужно, я сама… — пыталась я возразить. — Вызову мастера…
— Сама-сама, ага. Иди телевизор посмотри, — проворчал отец.
Я не включила телевизор, а села за ноутбук. Алексей забыл разлогиниться в своих почтовых и мессенджерах, и меня посетило желание взглянуть, о чем он переписывается с Машей. Знаете, любопытство не порок, особенно после предательства.
Должна признаться, раньше мне в голову не приходило копаться в его переписках, я слишком его уважала. Но теперь…
Я начала читать его переписку с Машей с самого начала. Сначала все было невинно:
«Спасибо за помощь с тренажером».
«Напомни, когда тренировка».
Но уже через несколько месяцев появились такие сообщения:
«Думаю о тебе».
«Не могу без тебя».
Затем стали появляться совместные фотографии из поездок, которые Маша отправляла Алексею. Я вспомнила те дни, когда сама сидела в душной квартире и писала отчет, в то время как муж уезжал «на рыбалку с друзьями».
Я методично удалила все его электронные письма, все файлы. Затем перешла к нашим совместным фотографиям, стерла все, даже те, где мы вместе. Особенно те.
На свадебном снимке я задержалась. Как же я была там молода, наивна и счастлива, все впереди… Жалко было стирать такую красоту, но я пересилила себя и удалила.
— Лена, ужинать будешь? — заглянула мама в комнату.
— Не хочу, я доедала свой торт на годовщину.
— Торт — это не ужин.
За ужином папа рассказывал о новом проекте на даче, он собирался строить беседку. Мама жаловалась на надоедливую соседку. Словно и не было в моей жизни такой трагедии… Обычный разговор.
Только я сидела и размышляла, когда в последний раз просто ужинала? Без сервировки, без свечей, без попыток создать уют? Для Алексея я старательно превращала каждый вечер в маленький праздник.
— Завтра съездим на дачу, — объявил папа. — Нечего в городе сидеть без дела.
Я хотела возразить, но мама уже планировала, что возьмем с собой, а папа обсуждал, не рано ли для шашлыков. Сопротивляться было бесполезно.
На даче я сожгла свадебное платье.
Это случилось спонтанно. Мама попросила принести пледы, чтобы укрыться вечером в беседке. И там, в углу висел чехол с платьем. Я вспомнила, как привезла его сюда, когда мы с Алексеем переезжали, а затем так и оставила.
Платье сохранилось в идеальном состоянии. Белоснежное, с ручной вышивкой, оно стоило целое состояние. Я вытащила его во двор, потащила к тому месту, где папа жег траву и листву. Он сразу понял, что намереваюсь сделать, и молча протянул канистру с горючим.
— Может, не надо? — неуверенно спросила мама. — Можно продать…
— Надо, — ответила я и провела спичкой по краю.
Огонь горел красиво, особенно кружева, они вспыхивали мгновенно, искрились, исчезали. Как годы моей замужней жизни.
— Вот и правильно, — обняла мама меня за плечи. — Новое купишь, когда снова выйдешь замуж.
— Я не собираюсь.
— Посмотрим.
Мы стояли и смотрели на огонь. Затем папа достал коньяк, и мы выпили молча.
***
Алексей вернулся через неделю.
— Лена, нам нужно поговорить, — произнес он.
— Говори.
— Так не на пороге же? Можно войти?
Он вошел в комнату, и замер, увидев, как мама изменила обстановку.
— Что ты сделала с квартирой?
— Сделала так, как нравится мне. Я теперь одна здесь.
Алексей уселся в кресло, которое папа передвинул к окну, теперь там было ярко и светло.
— Маша… Она оказалась не такой, как я думал, — начал муж.
— Надо же. И ты, полагаю, хочешь вернуться? Думаешь, я сижу тут, утираю слезы и жду тебя?
— Лена, я понимаю, ты злишься, это твое право. Но мы провели столько лет вместе. Это что-то значит?
— Значило до того момента, как ты ушел.
— Не будь такой жестокой. Люди ошибаются. Я ошибся! Признаю.
Мама вышла из кухни, когда услышала наши голоса. На Алексея взглянула так, словно увидела таракана.
— Валентина Павловна? Что вы здесь делаете? — удивился он.
— Я здесь живу. Витя! Иди сюда, тут твой бывший.
Папа вышел из ванной с отверткой в руке.
— А, Алексей! Твои вещи внизу, у консьержки.
— Я не за вещами, я вернулся домой. Назад…
— Домой? — усмехнулся отец. — Мальчик, сколько тебе лет? В твоем возрасте надо понимать: уходит — дверь закрывается. Лена, где документы на развод?
Документы лежали на столе. Я протянула их Алексею, он явно запаниковал.
— Лена, подожди! Ты же любила меня. Ты любила, верно?
Любила, это правда. Готовила ужины, ждала с работы, планировала отпуска. Откладывала защиту диссертации, потому что Алексей делал карьеру, и это было важнее, надо было много работать и обеспечивать нас обоих, пока муж учился и мотался по стажировкам. Я терпела его мать с бесконечными упреками. Улыбалась его друзьям, которые считали меня «милой, но простой».
Но теперь всё это потеряло смысл.
— Любила, — согласилась я и поставила подпись. — Обрати внимание, в прошедшем времени, Алексей. Больше я ничего не чувствую к тебе.
Он хотел сказать что-то еще, но, всматриваясь в меня, понял, что это безрезультатно…
***
Родители уехали вскоре после этого визита.
— Ты как? — спросила мама на прощание. — Справишься одна? Звони каждый день. Если что, мы сразу приедем.
— Знаю.
Отец молча обнял меня, похлопал по спине.
— Ты молодец. Сильная. В нашу породу.
Я стояла у окна, наблюдала, как их машина покидает двор. Помахала. Они ответили.
Без них квартира показалась огромной и безмолвной. Я бродила по комнатам, увидела на кухне тарелку с домашним печеньем, которое мама испекла на прощание. Хорошо знать, что есть любимые родители, готовые поддержать в любую минуту.