Летом 1997 года я приехал в гости к своему дядьке Вениамину Зосимовичу, который жил в селе Замостье Белгородской области. Вообще-то постоянно он живёт в Северодвинске, а в Белгородчину отправляется на лето. Купил там домик, весной приезжает, сажает картошку и до сбора урожая отдыхает, а потом - опять к себе, в Северодвинск, до следующей весны.
В тот день, о котором я хочу рассказать, к дяде Вене пришёл друг - бутылочку беленькой распить да поболтать о жизни, политике, детях-внуках... В деревне тогда меняли электролинию. Света уже неделю не было, к тому же тучи небо затянули. Короче, когда друг моего дяди ушёл, наступила темень - хоть глаз выколи.
Я сходил в дом, на ощупь нашёл свечку, вынес её во двор и зажёг. Дядька хлопнул ещё сто грамм и с места встать не может. Пока я помогал ему подняться, уронили свечку. Нашарив в темноте входную дверь, я втащил Вениамина Зосимовича в его комнату, уложил на диван и хотел идти к себе, да не тут-то было! Моя вытянутая рука наткнулась на печку, значит, дверь в метре справа. Веду рукой по стене вправо - натыкаюсь на диван, где спит дядька, шагаю прямо вперёд - врезаюсь в печку. Что за чёрт? Комната - 3 на 5 метров, и вся обстановка - по кругу: диван, стол, шифоньер, кровать, печка. Я вытянул руки и пошёл по кругу. Вот диван, стол, шифоньер, кровать, печка, сейчас должна быть дверь из комнаты, но вместо неё опять диван... Смешно заблудиться в комнате! Ещё раз пошёл по кругу. Пропала дверь! И смех, и грех.
Нашёл я кровать на ощупь, сел на неё, задумался. А не домовой ли меня крутит? Внутренне посмеиваясь над собой, тихо спросил: "Домовой, ты, что ли?" И тут прямо от печки прошелестел громкий шёпот: "Да-а". Откровенно говоря, я обалдел. Переспросил на всякий случай: "Серьёзно, что ли?" В ответ опять: "Да-а". Страха большого не было, только возникло ощущение, что столкнулся с силой, с которой нельзя шутить. Сказал ему: "Зла никому не желаю и не замышляю, зачем шутить надо мной?" Посидел минуту - тишина. Дверь из комнаты должна была находиться как раз напротив кровати, на которой я сидел. Я встал, сделал два шага вперёд - вот она, дверь, там, где ей и положено.