— Зачем вам такой ребенок? — убеждал врач. — Это же... инвалид. Будете сами страдать, и он будет.
Маша от ужаса вжалась в кресло. Беременность была незапланированной, но желанной. Старшему сыну уже исполнилось десять лет. Они с мужем многого добились в жизни, но забеременеть вторым не получалось. Они и попытки это сделать бросили уже давно. Решили, что кто-то из них потерял фертильность, и перестали предохраняться.
И тут — такая новость. Радостная на первый взгляд, но обернулась ужасом в кабинете врача. И это был не какой-нибудь там новоиспеченный доктор, вчера из университета. Настоящий профессионал, небольшая консультация у которого стоила пять тысяч. Первый скрининг показал, что малыш занял правильное положение и растет, как положено. Зато второй...
— Подозрение на синдром Дауна, — продолжал врач, не дождавшись никакой реакции на свои слова. — Вам что-нибудь это говорит, мамочка?
— Но... Но почему? — прошептала Маша. — Почему я? Почему мы?
Настал черед врача замолчать. Он смотрел, как пациентка глядит перед собой стеклянными глазами. Доктор снял очки, тщательно протер стекла, но пациентка так и продолжала буравить пустоту. Вздохнул.
— Факторов много, — сказал после долгой паузы. — Ключевые — гены и возраст. Вам ведь уже тридцать восемь лет? Не самый подходящий возраст для родов. Впрочем, от синдрома Дауна не застрахован никто. Не стоит себя винить — нужно просто принять решение.
Старший сын Егор уже заканчивал четвертый класс. Когда он узнал, что у него будет братик или сестричка, то несказанно обрадовался. Постоянно ходил и говорил, как будет помогать растить малыша, какие игрушки ему можно отдать. Неужели придется его разочаровать?
— Вы должны подписать, что я вас предупредил, — резюмировал врач. — С одной стороны, нам запрещено пропагандировать... сами знаете что. Но с другой, знаете, вы должны быть в курсе.
Мария хотела провалиться сквозь землю. Куда ей, бухгалтеру, понять все эти медицинские термины? Врач протянул ей целую пачку листов. Можно подумать, она не рожает, а оформляет кредит. Вздохнув, Маша подписала каждую бумагу, не глядя. Отдала стопку врачу.
— Сколько времени у меня есть, чтобы подумать?
— Времени нет. Аборт, только аборт!
У Марии по щеке пробежала слеза. Доктор, наверно, понял, что перегнул палку. Да и попасть под новую статью ему не хотелось. Он неловко улыбнулся и сказал:
— У вас есть буквально один день. Отправляйтесь домой за вещами, мы будем ждать. И запомните: я ничего не пропагандирую. Просто нужно делать выбор. Не хочу, чтобы вы потом всю жизнь проклинали врача Сидорова.
Пока такси ехало домой, Маша молчала. Ей казалось, что она уже приняла решение.
* * *
Старший сын Егор радостно бросился встречать маму. Он всегда так делал: Маша помнила, как он еще двухлетним малышом неумело косолапил к входной двери, широко расставив руки. Даже если она оставляла его всего на десять минут, чтобы сходить в магазин. Обняв ее, сын сразу почувствовал: что-то не так.
— Мама, как съездила? — спросил он с опаской.
— Все хорошо, милый.
— Кто у меня, братик? Или сестричка?