– Сережа, ты же обещал, что в этот Новый год мы будем только вдвоем, – Елена замерла с половником в руке, глядя на мужа, который виновато переминался с ноги на ногу в дверях кухни. – Я специально отгулы брала, меню продумывала две недели. Ты понимаешь, что мне этот тихий вечер нужен как воздух?
– Леночка, ну пойми, ситуация безвыходная, – Сергей развел руками, стараясь не смотреть жене в глаза. – Жанна позвонила пять минут назад. У нее там какой-то форс-мажор, трубу прорвало в квартире, воды по колено, аварийная едет. Куда ей деваться с детьми? Там сырость, холод, электричество отключили. Она просто привезет их переждать, пока все уладится. Может, на пару дней, не больше.
Елена медленно опустила половник в кастрюлю с густым, ароматным борщом. На плите шкварчала зажарка, в духовке томилась буженина, а на столе, присыпанном мукой, ждало своей очереди тесто для пирогов. В квартире пахло уютом, хвоей и праздником, тем самым, который она так старательно создавала по крупицам, отвоевывая у быта и работы.
– Трубу прорвало, говоришь? – переспросила она, вытирая руки о передник. – Сережа, в прошлом году у нее «замкнуло проводку» на майские праздники. Два года назад она «сломала ногу» перед твоим днем рождения, хотя потом скакала на шпильках как ни в чем не бывало. Тебе не кажется, что ее коммунальные катастрофы случаются подозрительно вовремя?
– Ну не начинай, Лен, – взмолился муж. – Там же дети. Димке тринадцать, Кате двенадцать. Они-то в чем виноваты? Не чужие мне люди, в конце концов. Ну посидят в детской, в приставки поиграют, мы их и не заметим. Еды у нас полно.
– Дело не в еде, Сережа, а в том, что твоя бывшая жена считает нас своим запасным аэродромом, – Елена устало опустилась на стул. – И ладно бы она просила по-человечески. Она же ставит перед фактом.
В прихожей резко и требовательно зазвонил домофон. Сергей вздрогнул, метнул на жену испуганный взгляд и побежал открывать. Елена глубоко вздохнула, поправила прическу и вышла следом. Ей нужно было встретить это вторжение с достоинством.
Дверь распахнулась, и в квартиру, вместе с клубами морозного воздуха, вплыла Жанна. Выглядела она совсем не как жертва коммунальной аварии. На ней была роскошная шуба, безупречный макияж, а в воздухе повис шлейф тяжелых, дорогих духов. Следом за ней, небрежно пиная порог, вошли дети – Дима и Катя. Оба уткнулись в телефоны, даже не подняв глаз на встречающих.
– Ох, Сережа, ты мой спаситель! – Жанна картинно приложила руку к груди, игнорируя Елену. – У меня там просто апокалипсис! Вода хлещет, паркет вздулся, кошмар! Я мастеров вызвала, но там работы на неделю минимум.
– На неделю? – голос Елены прозвучал ровно, но в нем звенел металл. – Сережа говорил про пару дней.
Жанна наконец соизволила повернуть голову в сторону хозяйки дома. Взгляд ее скользнул по домашнему платью Елены, по ее переднику, и в уголках губ мелькнула едва заметная усмешка.
– Лена, ну что ты к словам цепляешься? – Жанна махнула рукой с идеальным маникюром. – Как высохнет, так и заберу. Не на улице же им сидеть. Димка, Катя, разувайтесь, чего встали? Папа вас накормит.
Подростки лениво стянули кроссовки, бросив их прямо посреди узкого коридора, хотя обувница стояла в полуметре.
– Жан, а ты сама как? – Сергей суетился вокруг, пытаясь повесить шубу бывшей жены, которую та небрежно скинула ему на руки.
– Ой, я к маме поеду, у нее там места мало, с детьми никак, сама понимаешь, давление, возраст, – быстро протараторила Жанна, поправляя прическу перед зеркалом. – А у вас тут хоромы, места всем хватит. Ладно, побежала я, мне еще прораба встречать. Ведите себя хорошо!
Она послала воздушный поцелуй куда-то в пространство между Сергеем и вешалкой, и, цокая каблуками, исчезла за дверью. В квартире повисла тишина, нарушаемая только звуками игры из телефонов детей.
– Ну... проходите, – пробормотал Сергей. – Лен, накормишь ребят?
Елена молча смотрела на брошенные посреди прохода грязные кроссовки. Лужица талого снега уже начинала растекаться по чистому ламинату.
– Разумеется, – холодно ответила она. – Только пусть сначала обувь уберут и руки помоют.
Дима, высокий, нескладный подросток с прыщами на лбу, закатил глаза, но ногой задвинул кроссовки в угол. Катя даже не пошевелилась, продолжая что-то строчить на экране смартфона.
– Катя, ты слышала? – Сергей попытался придать голосу строгость, но вышло жалко.
– Слышала, пап, сейчас, уровень допройду, – буркнула девочка.
Ужин проходил в напряженной обстановке. Елена накрыла на стол в гостиной, достала красивый сервиз, надеясь хоть как-то сохранить атмосферу праздника. Но дети Жанны явно не были настроены на светские беседы.
– А чего, колы нет? – спросил Дима, ковыряя вилкой в тарелке с запеченным картофелем. – Я компот не буду, он как в столовке.
– У нас домашний компот, из вишни, – сдержанно пояснила Елена. – Газировку мы не держим, она вредная.
– Фу, отстой, – прокомментировала Катя, отодвигая от себя тарелку с салатом. – Пап, закажи пиццу. Я это есть не буду, тут лук.
– Катюш, тетя Лена старалась, готовила, – Сергей виновато улыбнулся дочери. – Попробуй, очень вкусно.
– Я сказала, не буду! – девочка с грохотом бросила вилку на стол. – Мама всегда пиццу заказывает, если готовить лень. А тут вообще есть нечего.
Елена почувствовала, как внутри начинает закипать раздражение. Она потратила на этот ужин три часа. Мясо было нежнейшим, салат – свежайшим.
– Если не хотите есть то, что дают, можете оставаться голодными, – спокойно произнесла она, отрезая себе кусок мяса. – Пиццу мы заказывать не будем.
Дети переглянулись. В их глазах читалось искреннее возмущение. Они привыкли, что отец выполняет любые их капризы, пытаясь компенсировать развод подарками и потаканием.
– Пап, ты слышал? – протянул Дима. – Нас тут голодом морить будут?
Сергей беспомощно посмотрел на жену, потом на детей.
– Лен, ну может, правда, закажем? Праздники же...
Елена медленно положила нож и вилку. Звон приборов о фарфор прозвучал как выстрел.
– Сережа, – сказала она очень тихо. – Я готовила весь день. Если твоих детей не научили уважать чужой труд, это проблема их воспитания, а не моего меню. Кому не нравится – холодильник пустой, магазин закрыт.
Остаток вечера прошел в тягостной тишине. Дети демонстративно ушли в отведенную им комнату (которая вообще-то была кабинетом Елены) и включили телевизор на полную громкость.
На следующее утро, 30 декабря, Елена проснулась от грохота посуды. Часы показывали восемь утра. Она накинула халат и вышла на кухню. Картина, которая предстала перед ее глазами, заставила ее замереть на пороге.
Холодильник был распахнут настежь. На столе стояла открытая банка с красной икрой, которую Елена берегла для новогодней ночи. Катя ела икру большой столовой ложкой прямо из банки, заедая куском батона, от которого откусывала, не отрезая. Дима в это время пил сок прямо из пакета, проливая оранжевые капли на пол.
– Доброе утро, – ледяным тоном произнесла Елена.
Катя вздрогнула, но ложку не отложила.
– О, проснулись, – с набитым ртом сказала она. – А мы есть хотели. Папа спит еще.
– Я вижу, – Елена подошла к столу и закрыла банку с остатками икры. – Это было на завтра. На праздник.
– Подумаешь, икра, – фыркнул Дима, вытирая рот рукавом футболки. – Мать нам такую ведрами покупает. Жалко, что ли?
– Дело не в жалости, а в воспитании, – Елена взяла тряпку и начала вытирать липкие пятна сока с пола. – У нас в доме принято спрашивать, прежде чем брать, и пользоваться посудой, а не есть из общей тары.
– Ой, душно-то как, – закатила глаза Катя. – Дим, пошли в комнату, тут дышать нечем от нравоучений.
Они ушли, оставив на столе крошки, грязную ложку и пустой пакет из-под сока. Елена смотрела им вслед, чувствуя, как внутри нарастает холодная решимость. Это был ее дом. Ее крепость. И она не собиралась позволять превращать его в проходной двор с хамским обслуживанием.
Днем ситуация только ухудшилась. Сергей, проснувшись, попытался изображать миротворца, но получалось у него плохо. Он бегал между кухней и комнатой детей, пытаясь угодить всем.
– Леночка, ну они же подростки, сложный возраст, – шептал он, когда Елена обнаружила в ванной брошенные на пол мокрые полотенца и выдавленную в раковину зубную пасту. – Потерпи немного, Жанна заберет их скоро.
– Скоро – это когда? – спросила Елена, загружая стиральную машину. – Она звонила?
– Нет пока, наверное, с ремонтом разбирается.
Около двух часов дня Елена случайно услышала разговор Кати по телефону. Дверь в комнату была приоткрыта, и звонкий голос девочки разносился по коридору.
– Да вообще жесть, Маш! – вещала Катя. – Сидим у папаши. Его новая жена – такая крыса, ты бы видела! За каждую крошку трясется. Еда – отстой, даже пиццу зажали. Мать, короче, свалила с хахалем в Эмираты, а нас сюда сплавила типа из-за ремонта. Прикинь? Ну хоть подарки потом крутые привезет, обещала новый айфон.
Елена застыла с бельевой корзиной в руках. Кровь отхлынула от лица. Эмираты. Хахаль. Ремонт. Пазл сложился мгновенно. Никакой прорванной трубы не было. Жанна просто захотела отдохнуть с новым ухажером, а детей, как ненужный балласт, скинула на бывшего мужа, придумав слезливую историю про потоп. И самое отвратительное – дети об этом знали. Знали и подыгрывали.
Она медленно поставила корзину на пол и пошла в гостиную, где Сергей пытался настроить приставку для Димы.
– Сережа, нам нужно поговорить, – сказала она. Голос ее был настолько спокоен, что муж сразу напрягся.
– Что случилось, Лен?
– Выйди на кухню. Сейчас же.
Когда Сергей вошел на кухню, Елена стояла у окна, глядя на заснеженный двор.
– Твоя бывшая жена сейчас в Эмиратах, – сказала она, не оборачиваясь.
– Что? – Сергей поперхнулся воздухом. – Какие Эмираты? У нее же потоп, ремонт...
– Нет никакого потопа, Сережа. Катя только что похвасталась подруге по телефону. Жанна улетела отдыхать, а детей спихнула нам, чтобы не мешали. И они об этом прекрасно знали. Врали тебе в глаза. Все трое.
Сергей опустился на табурет, его лицо посерело.
– Не может быть... Жанна сказала... Она же плакала почти...
– Она актриса, Сережа. И дети у нее растут такими же. Я не нанималась быть бесплатной нянькой и терпеть хамство в собственном доме, пока их мать греет бока на пляже.
– Но, Лен... – Сергей растерянно потер лоб. – Что же делать? Не выгонять же их? Куда они пойдут?
– Я это решу, – Елена повернулась к мужу. В ее глазах не было ни злости, ни истерики, только стальная уверенность. – Ты не можешь, ты мягкий. А я могу.
Она достала телефон и открыла приложение такси.
– Собирай их вещи, Сережа.
– Лен, ты что? Куда?
– К бабушке. К маме Жанны. Адрес я знаю, мы возили ей лекарства год назад. Она живет в Бутово, это не другой конец света.
– Но Жанна сказала, что у тещи давление...
– Уверена, что про давление – такое же вранье, как и про трубу. А даже если и нет, это ее родные внуки. Пусть бабушка порадуется перед праздником.
Елена вышла из кухни и направилась в комнату, где сидели дети. Она распахнула дверь, даже не постучав. Катя вздрогнула и выронила телефон, Дима испуганно посмотрел на вошедшую.
– Собирайтесь, – коротко бросила Елена. – Такси будет через пятнадцать минут.
– Куда? – взвизгнула Катя. – Мы никуда не поедем! Мама сказала, мы тут будем!
– Мама много чего сказала, – Елена скрестила руки на груди. – Например, про прорванную трубу. А сама сейчас загорает в Дубае. Хорошо устроилась, правда?
Дети притихли. Дима покраснел, Катя набычилась.
– Мы папе скажем! – выпалила девочка. – Он не позволит!
– Папа в курсе, – отрезала Елена. – И ему очень неприятно, что родные дети считают его дурачком, которого можно обманывать. У вас десять минут, чтобы собрать свои вещи. Если не успеете, поедете без них, я пришлю курьером.
Она развернулась и вышла. В коридоре она столкнулась с Сергеем. Он выглядел несчастным и потерянным, но не пытался ее остановить. Он понимал, что Елена права. Предел терпения был пройден.
Через двенадцать минут у подъезда стояла желтая машина такси класса «Комфорт». Елена не пожалела денег. Ей хотелось, чтобы все было максимально цивилизованно. Дети выходили из квартиры насупленные, молчаливые. Дима тащил сумки, Катя злобно стучала каблуками сапог.
– Адрес я водителю скинула, оплата картой, – сказала Елена, стоя в дверях. – Бабушке привет передавайте. И маме, когда она на связь выйдет из своего «ремонта».
– Ты еще пожалеешь, – прошипела Катя, проходя мимо. – Я маме такое расскажу про тебя!
– Рассказывай, – равнодушно пожала плечами Елена. – Главное, не забудь упомянуть про икру и вранье.
Дверь захлопнулась. В квартире воцарилась звенящая тишина. Сергей стоял посреди коридора, глядя на закрытую дверь.
– Лен, а если тещи дома нет? – тихо спросил он.
– Дома она, я на городской позвонила, пока такси вызывала. Сказала, что сюрприз везем. Она обрадовалась, говорит, давно внуков не видела, Жанна не пускает. Так что все там нормально будет.
Елена прошла на кухню, взяла тряпку и начала методично вытирать стол, хотя он был чистым. Адреналин отступал, и руки начинали мелко дрожать. Ей было неприятно. Гадко. Она никогда не хотела быть злой мачехой из сказки. Но позволять вытирать о себя ноги она тоже не собиралась.
Сергей зашел на кухню, подошел к ней сзади и осторожно обнял за плечи.
– Прости меня, – глухо сказал он. – Я тряпка. Я должен был сам...
– Должен был, – согласилась Елена, не прекращая тереть столешницу. – Но ты всегда чувствуешь вину перед ними из-за развода. И они этим пользуются. Жанна этим пользуется.
– Я больше не буду брать трубку, когда она звонит, – пообещал Сергей. – Честно.
– Будешь, Сережа. Это твои дети. Но правила теперь буду устанавливать я. Никаких внезапных визитов. Никакого хамства. И никакого вранья.
Телефон Сергея зазвонил через полчаса. На экране высветилось: «Жанна».
– Не бери, – сказала Елена.
– Не могу, вдруг с детьми что-то по дороге...
Он нажал кнопку ответа и включил громкую связь.
– Ты что себе позволяешь?! – визг Жанны, казалось, мог разбить стекло в смартфоне. – Ты зачем детей матери отправил?! У нее же сердце! Ты сорвал мне... то есть, ты нарушил договоренность!
– Жанна, – голос Сергея дрожал, но он старался говорить твердо. – Мы знаем про Эмираты. Катя проболталась.
В трубке повисла пауза. Слышно было только далекий шум моря и чью-то иностранную речь.
– И что? – тон Жанны мгновенно сменился с истеричного на наглый. – Я имею право на личную жизнь! Я устала, мне нужен отдых! А ты отец, ты обязан!
– Я обязан заботиться о детях, а не обеспечивать твой досуг за счет нервов моей жены, – Сергей посмотрел на Елену, и она ободряюще кивнула ему. – Дети у бабушки. Она им рада. А ты, когда вернешься, заберешь их оттуда. И больше не смей врать мне про потопы, пожары и метеориты.
– Да пошел ты! – рявкнула Жанна. – И мымре своей передай, что она...
Сергей нажал кнопку «отбой».
– Ну вот, – он выдохнул, словно сбросил с плеч тяжелый мешок. – Сказал.
Елена подошла к плите и включила газ под чайником.
– Садись, герой. Чай будем пить. С пирогами. Тесто как раз подошло.
Вечер опускался на город синими сумерками. В квартире снова пахло выпечкой и мандаринами. Напряжение, висевшее в воздухе последние сутки, постепенно рассеивалось, уступая место спокойствию.
Конечно, остался неприятный осадок. Конечно, будут еще скандалы, когда Жанна вернется. Но сейчас, в этот момент, Елена чувствовала, что одержала важную победу. Она отстояла свои границы, свой дом и свое право на уважение. И, кажется, муж наконец-то начал понимать, что быть хорошим отцом – это не значит позволять бывшей жене и детям садиться себе на шею.
– Лен, – Сергей откусил кусок горячего пирога с капустой. – Вкусно как. Ты у меня волшебница.
– Я не волшебница, Сережа, – улыбнулась она устало. – Я просто женщина, которая хочет нормального Нового года.
– Он будет, – твердо сказал муж. – Обещаю. Завтра купим ту елку, которую ты хотела. Большую, под самый потолок.
Елена посмотрела на мужа. В его глазах больше не было того испуганного выражения, с которым он встретил ее на кухне вчера. Там появилась осознанность.
– Елку – это хорошо, – согласилась она. – Но давай договоримся: в следующем году, если вдруг «прорвет трубу», мы сначала звоним в ЖЭК, а потом твоей маме или теще. Договорились?
– Договорились, – серьезно кивнул Сергей.
За окном начал падать крупный, пушистый снег, укрывая город белым одеялом, скрывая под собой грязь и следы суеты. Жизнь продолжалась, и в ней, как оказалось, всегда есть место для решительных поступков, даже если для этого приходится вызывать такси и отправлять чужих детей к бабушке. Главное – помнить, что твой дом – это твои правила.
Подписывайтесь на канал, ставьте лайк и делитесь в комментариях, случались ли у вас подобные ситуации с родственниками.