— Владислав, я уже все решила. Двадцать девятого декабря бронируем столик в «Империале» на восемь персон, — голос Ирины Юрьевны звучал из телефона так, будто она зачитывала приказ.
Юлианна прижала трубку к уху сильнее. Оля плескалась в ванночке, а Дима уже вытирался большим махровым полотенцем, оставляя мокрые следы на кафеле.
— Подождите, какой ресторан? — растерянно переспросила Юлианна. — Мы вроде не договаривались...
— Вот именно что не договаривались, поэтому я и звоню. Приглашаю Светлану, Галину, Катю с девочками, и тебя. Со мной восемь человек получается. На Новый год меня в ресторан поведете, а потом все оплатите. Влад оплатит.
— Ирина Юрьевна, но у нас...
— Ничего не хочу слышать, — перебила свекровь. — Я мать, и имею право на красивый праздник. Всю жизнь детям отдала, теперь хоть раз в год могу попросить сына о приятном вечере. Влад поймет, что это его долг.
В трубке раздались короткие гудки. Юлианна медленно опустила телефон на край раковины и посмотрела на детей. Дима натягивал пижамные штаны, путаясь в штанинах, а Оля протягивала к ней мокрые ручонки.
— Мама, а деда Игорь завтра приедет? — спросил Дима, наконец справившись с одеждой.
— Приедет, солнышко, — рассеянно ответила Юлианна, вытаскивая дочку из ванночки.
Она заворачивала малышку в полотенце и судорожно считала в голове. «Империал» — это самый дорогой ресторан в городе. Восемь персон, новогоднее меню, наверняка будет не меньше десяти тысяч на человека. Восемьдесят тысяч рублей. А у них на счету ровно девяносто — они три месяца копили на новый холодильник. Старый сломался две недели назад, и они пока обходились маленьким, который принес Игорь Васильевич из своей квартиры.
— Юля, ты чего такая? — Влад появился в дверях ванной, еще в рабочей куртке, пахнущей машинным маслом.
— Твоя мама звонила.
Лицо мужа сразу стало настороженным.
— И что она хочет?
— Ресторан на Новый год. Восемь человек. Оплатить должны мы.
Влад тяжело вздохнул и прислонился плечом к дверному косяку.
— Опять... Слушай, ну она же раз в год просит. Может, правда сводим?
Юлианна посадила Олю на пол, и девочка тут же поползла к отцу. Она выпрямилась и посмотрела мужу прямо в глаза.
— Влад, у нас девяносто тысяч на счету. Это деньги на холодильник. Мы три месяца копили. А ресторан обойдется минимум в восемьдесят.
— Ну найдем еще как-нибудь...
— Как? — голос Юлианны сорвался на крик, и она сразу понизила тон, глянув на Диму. — В прошлом месяце мы дали твоей маме пятнадцать тысяч на ремонт. Ты забыл? А за два месяца до этого — двадцать на какие-то срочные нужды. Когда это закончится?
Влад поднял Олю на руки и отвернулся к окну.
— Она моя мать, Юль. Я не могу просто отказать.
— А Дима и Оля кто? — тихо спросила Юлианна. — Они твои дети. Им тоже деньги нужны. Или твоей маме важнее покрасоваться перед подругами, чем у твоих детей будет нормальный холодильник?
Влад молчал, покачивая дочку. Юлианна видела, как напряглись его плечи.
— Я поговорю с ней, — наконец сказал он. — Объясню, что сейчас не лучшее время.
Юлианна хотела добавить что-то еще, но промолчала. Она знала своего мужа. Он пойдет, поговорит, а Ирина Юрьевна скажет что-нибудь про неблагодарность, и Влад сдастся. Как всегда.
***
На следующий день, в субботу, в дверь позвонили ровно в десять утра. Юлианна открыла и сразу улыбнулась — на пороге стоял Игорь Васильевич с большим пакетом из детского магазина.
— Деда Игорь! — завопил Дима и бросился обнимать деда.
— Тише, тише, разбудишь сестренку, — засмеялся Игорь Васильевич, но крепко обнял внука. — Это вам с Олькой. Там конструктор и пирамидка.
— Проходите, Игорь Васильевич, — Юлианна взяла его куртку. — Влад только проснулся, сейчас выйдет.
— Да я не тороплюсь, — свекор прошел на кухню, по-хозяйски сел за стол. — Как живете?
Юлианна поставила перед ним чашку и села напротив. Дима уже возился на полу с новым конструктором.
— Игорь Васильевич, — начала она осторожно, — а вы... в курсе, что Ирина Юрьевна хочет в ресторан на Новый год?
Свекор поднял на нее усталый взгляд.
— Опять? Сколько она хочет?
— Восемьдесят тысяч минимум. Восемь человек в «Империале».
Игорь Васильевич покачал головой и тяжело выдохнул.
— Юлианна, я сейчас скажу то, что, может, не должен говорить про бывшую жену. Но ты мне как дочь. Ирина всегда была такой. Считала, что Влад ей всем обязан. Когда он родился, она сразу решила, что сын — это ее пенсионный фонд. Я пятнадцать лет пытался это изменить, но не смог. Поэтому мы и развелись три года назад.
— Но почему она к Кате так не относится?
— Потому что Катя — девочка, а значит, ей самой нужна помощь. А Влад — мужчина, и он обязан матери помогать. Вот такая у нее логика, — Игорь Васильевич посмотрел в сторону спальни, откуда доносились звуки воды. — Он поговорит с ней?
— Обещал. Но я не верю, что он откажет. Ирина Юрьевна умеет давить на чувство вины.
— Умеет, — согласился свекор. — Послушай, давай я помогу. Скажу Владу, что дам денег на холодильник, если он согласится на ресторан. Хотя бы вы не останетесь без техники.
— Нет! — резко сказала Юлианна, и сама удивилась своей интонации. — Простите, я не хотела так резко. Но нет. Это не решит проблему. Ирина Юрьевна будет продолжать требовать деньги, а Влад будет продолжать отдавать. Это должно прекратиться. Сейчас.
Игорь Васильевич внимательно посмотрел на нее, и в его глазах мелькнуло уважение.
— Правильно мыслишь. Тогда держись, Юлианна. Если решила бороться — борись до конца. Ирина не сдастся просто так.
— Не сдамся, — твердо ответила Юлианна.
В кухню вошел Влад, в домашних штанах и старой футболке.
— Пап, привет, — он обнял отца за плечи. — Не ждали тебя сегодня.
— Внуков соскучился, — улыбнулся Игорь Васильевич. — Ну что, сын, как дела? Мать уже звонила насчет праздника?
Влад бросил быстрый взгляд на Юлианну.
— Звонила. Я собирался с ней поговорить сегодня.
— Тогда поговори правильно, — свекор встал и положил руку на плечо сыну. — Скажи, как есть. Что у тебя своя семья, свои дети, свои расходы. Мать должна это понять. Ты ей ничего не должен за то, что она тебя родила. Это был ее выбор.
Влад кивнул, но Юлианна видела сомнение в его глазах.
***
Влад звонил матери в понедельник вечером. Юлианна не подслушивала специально, но их квартира была маленькая, и через тонкую стену было слышно почти все.
— Мам, послушай, насчет ресторана... — начал Влад осторожно. — Это правда очень дорого. У нас сейчас сложная ситуация с деньгами.
Даже через стену был слышен возмущенный голос Ирины Юрьевны:
— Какая еще сложная ситуация?! Ты работаешь, Юлианна работает!
— Мам, у нас дети. Нам нужно купить холодильник, он сломался.
— Холодильник?! — голос свекрови стал еще громче. — Владислав, я всю жизнь тебе отдала! Работала на трех работах, чтобы ты ни в чем не нуждался! А ты теперь матери в празднике отказываешь из-за какого-то холодильника?!
— Мам, я не отказываю, я просто прошу понять...
— Ничего я не хочу понимать! Я просто хочу встретить Новый год красиво, как люди! У Светланы сын каждый год возит ее в санаторий! У Галины зять купил машину! А мой собственный сын не может один раз в ресторан повести!
— Хорошо, хорошо, мам, успокойся, — голос Влада стал примирительным. — Я подумаю, как найти деньги.
— Вот и подумай. И скажи своей Юлианне, чтобы не настраивала тебя против матери. Я все понимаю.
Трубку положили. Юлианна сидела на диване в гостиной и смотрела в одну точку. Влад вышел из спальни и виновато посмотрел на нее.
— Юль...
— Ты обещал отказать.
— Я пытался! Но она...
— Она устроила истерику, и ты сдался, — спокойно закончила Юлианна. — Как всегда.
— Что ты хочешь от меня?! — вспылил Влад. — Это моя мать! Я не могу просто послать ее!
— Нет, можешь. Просто не хочешь, — Юлианна встала и подошла к окну. За стеклом падал снег. — Влад, а когда твоя мать последний раз интересовалась Димой и Олей?
Муж молчал.
— Я тебе напомню, — продолжила Юлианна. — Когда Дима родился, она приехала один раз, посмотрела и уехала. Сказала, что у нее нет времени сидеть с младенцами. Когда Оля родилась, вообще не приехала — у Кати как раз был день рождения двойняшек. Диану и Арину она видит каждую неделю. А наших детей — дай бог раз в два месяца.
— Ну у Кати...
— У Кати тоже есть муж! — Юлианна повернулась к нему. — Но почему-то твоя мать не требует от зятя водить ее по ресторанам. Только от тебя.
Влад сел на диван и устало провел руками по лицу.
— Что мне делать, Юль? Скажи.
Юлианна села рядом.
— Позвони ей завтра и скажи, что мы не поедем в ресторан. Просто и четко. Без объяснений и оправданий.
— Она меня возненавидит.
— Влад, она уже тебя не любит. Она любит твои деньги. Разве ты не видишь разницу?
Муж молчал, и Юлианна поняла, что видит. Просто не хочет признавать.
***
Утром Юлианна проснулась с четким решением. Влад не позвонит матери. Не откажет. Он будет тянуть до последнего, а потом они все равно окажутся в этом проклятом ресторане, и их деньги на холодильник уплывут в карман Ирины Юрьевны.
Пока муж был в душе, Юлианна набрала номер Игоря Васильевича.
— Добрый день, Игорь Васильевич. Можно с вами встретиться сегодня? Наедине?
— Конечно, Юлианна. Что-то случилось?
— Расскажу при встрече. В два часа в кафе на Центральной подойдет?
— Подойдет. Буду ждать.
***
Игорь Васильевич уже сидел за столиком у окна, когда Юлианна вошла в кафе. Она заказала себе просто воду и сразу перешла к делу.
— Влад поговорил с матерью. Точнее, попытался. Она устроила истерику, и он снова согласился искать деньги на ресторан.
Свекор кивнул, словно ожидал этого.
— Я не удивлен. Ирина умеет манипулировать. Что ты хочешь сделать?
— Мне нужна ваша помощь, — Юлианна наклонилась вперед. — Я понимаю, что прошу о многом, но вы — единственный человек, который может это остановить.
— Я слушаю.
— Пригласите Ирину Юрьевну к себе на Новый год. Скажите, что хотите провести праздник с детьми и внуками. Она не откажет — это же ее шанс показать подругам, что бывший муж до сих пор ее ценит. А мы с Владом и детьми проведем праздник отдельно. Без ресторана и лишних трат.
Игорь Васильевич откинулся на спинку стула и задумчиво посмотрел в окно.
— Хитрый план. Но сработает ли? Ирина сразу спросит про Влада.
— Скажете, что он с семьей приедет позже. После двенадцати. А мы просто не приедем.
— И устроишь скандал.
— Устроит. Но хотя бы Влад наконец увидит, кто его мать на самом деле, — Юлианна сжала руки на коленях. — Игорь Васильевич, я выхожу замуж за Влада пять лет назад. Я люблю его. Но я не могу больше смотреть, как его мать выжимает из нас каждую копейку и даже не пытается быть нормальной бабушкой для наших детей. Дима растет, и скоро он начнет замечать, что бабушка Ира к нему никогда не приезжает, а к тетиным девочкам — каждую неделю.
— Ты права, — тихо сказал свекор. — Я согласен. Позвоню Ирине сегодня вечером.
Юлианна выдохнула и почувствовала, как напряжение отпускает плечи.
— Спасибо.
— Только учти, — добавил Игорь Васильевич, — после этого Ирина объявит тебе войну. Она никогда не прощает тех, кто испортил ей планы.
— Я готова.
***
Вечером того же дня Игорь Васильевич позвонил Ирине. Юлианна знала это, потому что свекор сразу написал ей сообщение: «Все сделано. Ирина согласилась. Спросила про Влада, я сказал, что они с семьей приедут после полуночи».
На следующий день позвонила сама Ирина Юрьевна. Влад был на работе, и Юлианна взяла трубку.
— Алло, Владислав дома?
— Здравствуйте, Ирина Юрьевна. Нет, он на работе.
— Передай ему, что мы с Катей будем встречать Новый год у Игоря Васильевича. Папа позвал, отказать неудобно. Но вы приедете после двенадцати. Я уже и Светлане, и Галине сказала, что перенесли встречу. Они тоже придут к Игорю.
Юлианна едва сдержала смех. Значит, Ирина все же решила совместить — и к бывшему мужу, и подруги рядом будут.
— Хорошо, передам.
— И еще, — голос свекрови стал жестче. — Скажи Владу, чтобы привез пятьдесят тысяч. Я же бабушка, не могу без подарков внучкам на Новый год прийти.
Юлианна почувствовала, как внутри все закипает.
— Ирина Юрьевна, у вас есть зарплата. Вы сами можете купить подарки.
— Что?! — в голосе свекрови прозвучало неподдельное возмущение. — Ты мне указываешь?!
— Я просто говорю факты. У нас двое маленьких детей, нам самим нужны деньги.
— Вот это да! Владислав женился на жадине! Я всю жизнь...
— Всю жизнь работали, мы знаем, — перебила Юлианна. — Но это не значит, что теперь сын обязан вас содержать. До свидания, Ирина Юрьевна.
Она положила трубку, и руки дрожали. Впервые за пять лет она так резко ответила свекрови. И это было страшно, и одновременно невероятно освобождающе.
Влад вернулся поздно вечером, усталый и измученный. Юлианна рассказала ему о звонке матери. И о том, что она ответила.
— Ты что, с ума сошла?! — Влад побледнел. — Ты положила трубку на мою мать?!
— Да. И знаешь что? Я ничуть не жалею.
— Юль, она теперь меня съест!
— Пусть попробует, — Юлианна скрестила руки на груди. — Влад, я больше не могу. Каждый месяц она придумывает новые причины, чтобы вытянуть деньги. Ремонт, подарки, какие-то срочные нужды. А нам что, не нужны деньги? У нас двое детей! Оле через полгода в садик, нужно будет платить. Диме скоро в школу. Нам нужна одежда, обувь, нормальная еда. А мы отдаем последнее твоей матери, которая даже не удосужилась ни разу приехать и посидеть с внуками!
Влад молчал. Юлианна видела, как его лицо меняется — сначала гнев, потом растерянность, потом что-то похожее на понимание.
— Она действительно никогда не сидела с Димой и Олей, — тихо сказал он. — А с Дианой и Ариной сидит постоянно.
— Потому что они дети ее любимой дочери, — жестко добавила Юлианна. — А наши дети ей не интересны. Мы ей не интересны. Интересны только твои деньги.
Влад сел на диван и закрыл лицо руками.
— Господи, как же так получилось...
Юлианна села рядом и положила руку ему на колено.
— Получилось, потому что ты позволял. Но это можно остановить. Прямо сейчас.
— Как?
— Не поедем к ней на Новый год. Встретим праздник дома, с нашими детьми. Купим холодильник. Начнем жить для себя, а не для твоей матери.
Влад поднял на нее глаза, и в них было столько боли и сомнения, что Юлианне стало его жалко. Но она знала — если сейчас отступить, будет только хуже.
— Ладно, — наконец выдохнул муж. — Ты права. Не поедем.
***
Следующие несколько дней прошли относительно спокойно. Ирина Юрьевна не звонила, и Юлианна почти поверила, что свекровь смирилась. Почти.
Двадцать девятого декабря, в три часа дня, в дверь позвонили. Юлианна открыла и застыла — на пороге стояла Ирина Юрьевна. В дорогой шубе, с тяжелой сумкой в руках и лицом, перекошенным от ярости.
— Где Владислав? — спросила она, даже не поздоровавшись.
— На работе. Ирина Юрьевна, вы бы предупредили...
— Ничего я не должна предупреждать! — свекровь прошла в квартиру, даже не разуваясь. — Это моего сына дом!
— Наш дом, — поправила Юлианна, но свекровь не слушала.
Она прошла в гостиную, увидела Диму, игравшего на полу с машинками, и даже не поздоровалась с внуком. Мальчик поднял голову, удивленно посмотрел на бабушку, но она его словно не заметила.
— Мама, это бабушка Ира? — тихо спросил Дима.
— Да, солнышко.
— А почему она не здоровается?
Юлианна не успела ответить — из спальни раздался плач Оли, проснувшейся от шума. Она пошла успокоить дочку, но Ирина Юрьевна остановила ее:
— Подождет. Мне нужно поговорить с тобой.
— Моя дочь не может ждать, — холодно ответила Юлианна и ушла в спальню.
Когда она вернулась с Олей на руках, Ирина Юрьевна сидела на диване, и ее лицо было красным от гнева.
— Ты настраиваешь моего сына против меня, — начала свекровь без прелюдий. — Он никогда не отказывал мне в помощи, пока не женился на тебе.
— Ирина Юрьевна, Влад не отказывал вам. Он просто сказал, что ресторан — слишком дорого.
— Слишком дорого?! — свекровь вскочила с дивана. — Для родной матери слишком дорого?! Я всю жизнь на него угробила! Не спала ночами, работала, чтобы он ни в чем не нуждался!
— Но это был ваш выбор, — спокойно сказала Юлианна, покачивая Олю. — Никто вас не заставлял рожать ребенка.
Лицо Ирины Юрьевны исказилось.
— Как ты смеешь! Неблагодарная! Ты разлучаешь меня с сыном!
— Я не разлучаю. Я просто не даю вам вытягивать из нас деньги, — Юлианна подошла ближе. — Ирина Юрьевна, когда вы последний раз интересовались, как живут ваши внуки? Когда в последний раз спрашивали, здоровы ли они? Как дела в садике у Димы? Как растет Оля?
Свекровь открыла рот, но ничего не сказала.
— Я вам отвечу, — продолжила Юлианна. — Никогда. Вы ни разу не спросили. Зато Диану и Арину вы видите каждую неделю. С ними гуляете, в цирк водите, подарки дарите. А наши дети вам не внуки, да?
— Не смей мне указывать!
— Я не указываю. Я говорю правду. И Влад тоже начинает ее видеть.
— Вот как?! — Ирина Юрьевна схватила сумку. — Значит, ты его уже полностью настроила! Тогда передай своему мужу — пусть выбирает. Или я, или ты!
Она развернулась к двери, но Юлианна окликнула ее:
— Ирина Юрьевна, погодите.
Свекровь обернулась.
— Вы правда хотите поставить сына перед таким выбором? Вы понимаете, что если он выберет меня и детей, вы останетесь вообще без него?
— Он меня выберет! Я его мать!
— Нет, — тихо сказала Юлианна. — Не выберет. Потому что мы — его семья. А вы... вы для него уже давно не мама. Вы просто человек, который требует денег.
Ирина Юрьевна побледнела, открыла рот, но слова застряли в горле. Несколько секунд она стояла неподвижно, потом резко развернулась и выбежала из квартиры, хлопнув дверью так, что задрожали стекла.
Дима испуганно прижался к маме.
— Мам, а почему бабушка кричала?
— Она расстроилась, солнышко. Все будет хорошо.
Но Юлианна знала — все только начинается.
***
Влад пришел домой в восемь вечера. Юлианна сразу увидела по его лицу, что мать уже успела ему позвонить.
— Она была здесь, — сказала он вместо приветствия.
— Была.
— И ты... ты правда сказал ей все это?
Юлианна выпрямилась.
— Да. Каждое слово. И знаешь что, Влад? Я не жалею. Она пришла сюда, даже не поздоровалась с твоим сыном, который сидел прямо перед ней. Она устроила скандал при детях. Она поставила тебя перед выбором — или я, или она. И если ты сейчас скажешь, что я не права, что я должна была молчать, то, может, правда пора выбирать.
Влад молчал. Долго молчал. Потом медленно сел на диван и посмотрел на сына, собиравшего пазл на полу.
— Дима, иди сюда.
Мальчик подбежал, и Влад взял его на колени.
— Скажи, ты помнишь, когда бабушка Ира последний раз приезжала к тебе?
Дима задумался.
— На мой день рождения. Там было много шариков, и дядя Игорь подарил мне велосипед.
— Это было полгода назад, — тихо сказал Влад. — А бабушка Ира после этого приезжала?
— Нет. Но деда Игорь приезжает часто! Он мне конструктор подарил!
Влад обнял сына и посмотрел на Юлианну. В его глазах было что-то новое — понимание, злость на себя, боль.
— Юль, ты права. Прости меня. Я просто не хотел это видеть.
Юлианна подошла и села рядом.
— Я не прощу, пока ты не докажешь делом, что действительно понял.
— Что ты хочешь?
— Позвони ей. Скажи, что на Новый год мы не приедем. Что мы встречаем праздник своей семьей. И что впредь она не получит от нас ни копейки, пока не начнет относиться к нашим детям так же, как к детям Кати.
Влад кивнул.
— Хорошо. Позвоню сейчас.
Он взял телефон, и Юлианна видела, как дрожат его руки. Но он все-таки нажал на вызов.
— Мам, это я... Нет, послушай, не перебивай. Мы не приедем на Новый год. Встретим праздник дома, с детьми... Мам, прекрати. Я все понял. Юлианна права. Ты постоянно просишь у меня деньги, но никогда не интересуешься моими детьми. Последний раз ты видела Диму полгода назад. А Олю вообще видела только когда она родилась... Нет, не говори про работу. У деда Игоря тоже работа, но он находит время для внуков. А ты... ты находишь время только для Дианы и Арины.
Голос Ирины Юрьевны был слышен даже без громкой связи — она кричала, что сын предатель, что Юлианна его купила.
— Мам, если ты сейчас не остановишься, я положу трубку и не возьму телефон, пока ты не извинишься, — голос Влада был твердым, и Юлианна впервые за пять лет услышала в нем настоящую силу. — Мне тридцать лет. У меня своя семья, двое детей. Я люблю тебя, но я не обязан отдавать тебе все свои деньги. И я не обязан терпеть твое отношение к моим детям. Либо ты начинаешь относиться к Диме и Оле так же, как к Диане и Арине, либо... либо общаться мы будем только по праздникам.
Он положил трубку. Юлианна обняла его за плечи, и почувствовала, как он дрожит.
— Господи, я сказал это. Я правда сказал.
— Ты сказал правильные вещи, — Юлианна поцеловала его в висок. — Я горжусь тобой.
Телефон зазвонил снова. Это была Ирина Юрьевна. Влад посмотрел на экран, но не взял трубку.
— Пусть звонит. Я пока не готов разговаривать.
Юлианна улыбнулась. Впервые за долгое время она почувствовала надежду.
***
Тридцать первого декабря Юлианна проснулась с легким сердцем. В квартире пахло хвоей — вчера они с Владом наряжали елку вместе с детьми. Дима повесил все игрушки на нижние ветки, и елка получилась смешная и кособокая, но такая родная.
Влад уже был на кухне, готовил завтрак. Оля сидела в стульчике и размазывала кашу по столу. Диме он разрешил съесть по шоколадке из новогоднего набора.
— Доброе утро, — Юлианна обняла мужа сзади.
— Доброе, — он повернулся и поцеловал ее. — Спала хорошо?
— Отлично. Мама звонила?
— Нет. И не позвонит, думаю. Вчера вечером написала Катя, спросила, что случилось. Я ей объяснил. Она промолчала.
— Думаешь, поняла?
— Не знаю. Но это уже не важно.
В дверь позвонили. Влад открыл — на пороге стоял Игорь Васильевич с огромным пакетом подарков.
— С наступающим! — он внес пакет в квартиру и обнял сына. — Ну что, все решили?
— Все, пап. Спасибо тебе. И Юле тоже спасибо.
Игорь Васильевич посмотрел на невестку с теплотой.
— Ты молодец, Юлианна. Не каждая решится на такое.
— А как Ирина Юрьевна? — осторожно спросила Юлианна. — Она злится?
— Еще как. Вчера звонила, кричала, что я подговорил Влада бросить ее. Я сказал, что просто устал врать и покрывать ее манипуляции. Она положила трубку. В общем, Новый год я встречу с вами, если не против.
— Только за! — улыбнулась Юлианна.
День прошел в приятных хлопотах. Готовили, накрывали стол, украшали квартиру. Дима и Оля носились по квартире, распаковывая подарки от деда. Игорь Васильевич принес им новую настольную игру, конструктор для Димы и мягкую игрушку для Оли.
В одиннадцать вечера они сели за стол. Дети уже спали, и взрослые могли спокойно поговорить.
— Знаешь, сын, — начал Игорь Васильевич, наливая компот в бокалы, — я хочу сказать тебе спасибо. За то, что нашел силы остановить это. Когда мы с твоей мамой развелись, я думал, она одумается. Что поймет, как неправильно себя вела. Но она только ожесточилась. Стала требовать еще больше.
— Пап, а почему ты раньше не сказал мне об этом?
— Говорил. Много раз. Но ты не слышал. Тебе нужно было самому это увидеть. Пройти через это, — свекор посмотрел на Юлианну. — И слава богу, что рядом с тобой оказалась такая умная женщина.
Юлианна покраснела.
— Я просто защищала свою семью.
— Вот именно, — кивнул Игорь Васильевич. — Семью. А Ирина до сих пор думает, что Влад — ее собственность.
В полночь они вышли на балкон, смотреть салют. Город сверкал огнями, в небо взлетали разноцветные ракеты. Влад обнял Юлианну за талию.
— С Новым годом, любимая. Спасибо, что не дала мне сдаться.
— С Новым годом. И это только начало. Мы справимся.
***
Второго января, когда все немного улеглось и город начал просыпаться после праздников, позвонила Ирина Юрьевна.
Влад взял трубку, и Юлианна услышала, что голос свекрови спокойный. Совсем не такой, как был в последний раз.
— Владислав, я подумала. Много подумала за эти дни.
— Я слушаю, мам.
— Возможно, я была не права. Немного не права, — поправилась она. — Но я правда не понимала, что ты так это воспринимаешь. Для меня это было естественно — просить помощь у сына.
Влад молчал, и Юлианна видела, как он борется с желанием сразу простить. Но он держался.
— Мам, ты не просила помощь. Ты требовала деньги. И делала это постоянно. А к моим детям относилась так, будто их не существует.
— Я... я не специально, — в голосе Ирины Юрьевны появилось что-то похожее на раскаяние. — У Кати девочки такие шумные, требовательные. А у тебя... ну, ты всегда был самостоятельным.
— Мам, Диме четыре года. Оле год. Они еще не самостоятельные. Им нужна бабушка.
Долгое молчание.
— Можно мне приехать? Посмотреть на них?
Влад посмотрел на Юлианну. Она кивнула.
— Приезжай, мам. Но с одним условием — никаких разговоров о деньгах.
— Хорошо. Я приеду завтра.
Когда Влад положил трубку, Юлианна обняла его.
— Думаешь, она изменится?
— Не знаю. Наверное, нет. Но мы хотя бы поставили границу. И если она перейдет ее снова, я теперь знаю, что делать.
***
На следующий день Ирина Юрьевна действительно приехала. Она принесла подарки для Димы и Оли — не очень дорогие, но подходящие по возрасту. Села на пол рядом с Димой и помогала ему собирать конструктор. Взяла Олю на руки, когда та потянулась к ней.
Юлианна наблюдала за этим с кухни, и не могла поверить. Это была какая-то другая Ирина Юрьевна. Или просто та, которой она могла быть, если бы захотела.
Перед уходом свекровь задержалась в прихожей.
— Юлианна, можно с тобой поговорить?
— Конечно.
Ирина Юрьевна нервно теребила ручку сумки.
— Я хотела сказать... Возможно, ты была права. Я действительно много требовала от Влада. И мало интересовалась внуками. Это неправильно.
Юлианна ждала продолжения.
— Я не обещаю, что сразу изменюсь. Это сложно. Но я попробую. Попробую быть нормальной бабушкой.
— Это все, чего мы хотим, — мягко сказала Юлианна. — Не денег. Просто нормального отношения к нашим детям.
Ирина Юрьевна кивнула и ушла.
Вечером, когда дети уже спали, Влад и Юлианна сидели на диване. Он обнял ее, и она положила голову ему на плечо.
— Знаешь, я все думаю, — сказал Влад. — Если бы ты не настояла, я бы до сих пор отдавал матери все деньги. И мы бы до сих пор жили без холодильника.
— Завтра едем его покупать, — улыбнулась Юлианна.
— Едем. И знаешь что еще? Я понял, что быть хорошим сыном — это не значит выполнять все прихоти матери. Это значит жить свою жизнь и не чувствовать вину за это.
— Ты молодец, — Юлианна повернулась и поцеловала его. — Мы справились.
— Справились, — согласился Влад. — И знаешь что самое главное? Теперь я действительно чувствую себя свободным. Впервые за тридцать лет.
Юлианна крепче обняла мужа. Она знала, что впереди еще будут сложности. Ирина Юрьевна не изменится за один день, и, возможно, снова будут конфликты. Но главное — они прошли через это вместе. И теперь они сильнее.
А завтра они купят новый холодильник. На свои деньги. Для своей семьи.