Страх потерять свет
Старый учёный сидел на веранде медресе, согревая ладони о маленькую пиалу горячего чая. Солнце медленно опускалось за купол мечети, бросая золотистые блики на его лицо. Рядом стоял молодой человек — не ученик, но искатель. Он пришёл за тем, что сейчас редко ищут вслух: понять, что такое богобоязненность, о которой так много говорят и почти никто не объясняет.
— Учитель… — начал он, — люди говорят: «бойся Господа». Но в сердце — другое. Люди боятся начальников, судей, охранников, которые могут испортить жизнь. Но как бояться Того, Кто… любит?..
Учёный чуть улыбнулся — мягко, как улыбаются те, кто уже пережил много вопросов, похожих между собой.
— Видишь ли, сынок, — тихо сказал он, — мы слишком привыкли к человеческому страху. Человеческий страх — это когда у кого-то есть власть над тобой, и он может навредить. Ты сгибаешься перед ним, потому что боишься потерять покой, работу, свободу… Иногда даже достоинство.
Он отхлебнул чай, вдохнул аромат мяты и продолжил:
— Но страх перед Господом — не из этой земли. Он ближе к любви, чем к ужаса. Это страх потерять Его расположение, ту тихую невидимую поддержку, без которой душа пустеет. Это не дрожь. Это бережность. Это когда ты оглядываешься на свои поступки так же, как человек оглядывается на случайно сказанное слово, боясь ранить любимого.
Молодой человек задумался. Ветер тронул страницы книги на столе, как будто подчеркивал услышанное.
— Но почему, учитель, — спросил он, — именно учёные лучше понимают эту богобоязненность?
— Потому что знания расширяют видение. — Учёный чуть наклонился вперёд. — Чем больше человек узнаёт о мире — о строении клетки, о законах небес, о тайнах материи — тем яснее он видит: перед ним не хаос. Перед ним Творец. И учёный, который добрался до границ своих знаний, один из первых замечает, что дальше — бездна. Бесконечность. Он — песчинка, но Господь знает её. Он маленький, но Господь дал ему возможность понять хотя бы малую часть.
Он сделал паузу.
— Когда учёный видит, как устроен этот мир, его сердце само становится смиренным. Не из унижения — а из величия Того, Кто всё это сотворил. И из осознания, что истинной силы нельзя ни купить, ни обмануть, ни обойти. Можно только любить и беречь связь с Ним.
Молодой человек молчал. Даже не заметил, как зажглись первые звёзды.
— Значит… — тихо произнёс он, — бояться нужно так… как боятся потерять близкого?
— Да, сынок, — мягко ответил учёный. — Точно так. Это не страх тюрьмы. Это страх пустоты. Страх, который рождается от любви. Именно он и ведёт человека к вере, которая живёт в душе, а не в словах.
На миг оба замолчали. Вечер становился тёплым и глубоким, словно сам Господь приблизился, чтобы послушать их беседу.
И молодой человек понял: богобоязненность — это не страх перед властью. Это страх потерять свет.