В 1777 году юная Евдокия Лопухина, едва достигнув 21 года, вступила в брак с 48‑летним графом Алексеем Григорьевичем Орловым — героем Чесмы, прославленным военачальником и одним из самых влиятельных людей екатерининской эпохи.
Евдокия представала воплощением скромности и тихой красоты: она избегала пышных нарядов и не носила драгоценностей, предпочитая сдержанность и простоту. Спустя год после свадьбы у супругов родилась дочь — Анна, которой суждено было стать центром отцовской вселенной.
Императрица Екатерина II так отзывалась о семействе Орлова:
«…Я свиделась в Москве с героем Чесмы, славным графом Орловым. Он ухаживал за своей молодой женой, лежавшей в родах первым ребёнком; к несчастью, у него родилась дочь: я не считаю его особенно способным воспитывать девочек и поэтому желала ему сына, которому он мог бы служить примером».
Трагедия настигла семью спустя полтора года: при родах сына Ивана Евдокия скончалась, а новорождённый мальчик прожил лишь год. Отныне смыслом жизни графа стала дочь Анна, которую он нежно звал «Нинушкой».
Блеск детства и юность при дворе
Алексей Григорьевич окружил дочь небывалой роскошью и заботой. Для маленькой графини он возвёл собственный дворец, где регулярно устраивал:
- пышные балы‑маскарады;
- театральные представления;
- фейерверки, озарявшие ночное небо.
Стремясь дать Анне лучшее образование, Орлов пригласил к ней самых выдающихся педагогов и наставников. Уже в ранние годы девочка овладела четырьмя европейскими языками — французским, английским, итальянским и немецким.
В 11 лет Анна Алексеевна была представлена императрице и поступила на службу фрейлиной. О её первом появлении при дворе Андриан Моисеевич Грибовский писал:
«Видел я, когда он представил государыне в Зимнем дворце дочь свою, графиню Анну. Отец был в военном аншефском мундире с шитьём, а дочь — в белом кисейном платье и бриллиантах. Государыня приласкала её рукой за подбородок, похвалила и в щёчку поцеловала. Когда они вышли, то государыня сказала бывшим тут: „Эта девушка много доброго обещает“».
Красавица, покорившая свет
К 16 годам Анна Орлова превратилась в настоящую красавицу. Её изящество и благородство восхищали мужчин, поэты слагали в её честь стихи, а светские дамы не скрывали зависти.
Среди претендентов на руку графини были самые знатные женихи:
- князь Куракин;
- граф Зубов;
- два князя Голицына — сын князя Сергея Фёдоровича и прославленный князь Борис Вестрис.
Однако ни один из них не затронул сердца девушки. Фёдор Растопчин отмечал:
«У Орлова полон дом претендентов на дочь; к прежним приехали два Голицына, сын князя Сергея Фёдоровича и славный князь Борис Вестрис».
Любовь, утрата и духовный путь
Спустя время Анна всё же дала согласие на брак с графом Николаем Каменским — человеком, о котором говорили как о добром, но вспыльчивом и бесстрашном воине. Свадьба казалась решённым делом, но 5 января 1808 года скончался Алексей Григорьевич Орлов.
Потрясённая потерей отца, Анна разорвала помолвку и обратилась к религии. В минуты скорби она молилась:
«Господи! Ты взял мою мать, которой я не знала, теперь Тебе угодно взять моего отца, будь мне вместо матери и отца, руководствуй всеми поступками моей жизни».
Организацией похорон занялся брат Алексея Григорьевича — Владимир. Он предложил племяннице переехать к нему, но Анна отказалась. Вместо этого она назначила управляющим незаконнорождённого сына отца — Александра, а своим духовным наставником избрала старца Амфилохия.
После кончины старца её духовником стал иеромонах Фотий. Их близкие отношения породили в свете множество слухов. Желая быть рядом с наставником, графиня переехала в Петербург, но в 1820 году Фотия перевели в монастырь Нижнего Новгорода. Анна не прекратила поддержки: отправляла ему обозы со свечами, ладаном и вином.
Когда Фотия назначили настоятелем Юрьева монастыря, графиня последовала за ним. Она приобрела землю неподалёку, построила усадьбу и обосновалась там. В обществе продолжали сплетничать о её связи с Фотием, но иные утверждали:
«Душа графини девственна, как у младенца».
Последний акт жизни
В 1838 году Фотий скончался от продолжительной болезни на руках Анны Алексеевны. В память о нём она возвела усыпальницу, а рядом с его мраморным саркофагом распорядилась поставить гробницу для себя.
Графиня Орлова‑Чесменская ушла из жизни в возрасте 63 лет. В 1932 году её гробницу вскрыли и обнаружили, что останки лежат в неестественной позе, а одежда разорвана. Это навело исследователей на мысль, что Анна могла впасть в летаргический сон и очнуться уже в гробу — трагический финал жизни, полной блеска, потерь и духовных исканий.