Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Как найти ответ на самый детский вопрос?

Знаете, какой самый страшный вопрос можно задать человеку? Не «кто ты такой?» и не «в чем смысл?». Самый страшный, самый неудобный, самый детский вопрос: «А чего ТЫ хочешь?».
Не «надо», не «прилично», не «пора». А хочешь. Глубинно, по-настоящему, может, даже постыдно. Мы взрослеем и хороним свои «хочу» под тоннами обязанностей, приличий и страхов. Они превращаются в смутное недовольство, в фоновый шум тоски, в зависть к чужим историям. А потом мы идем в кино или включаем сериал. И плачем. Непонятно почему.
А причина проста: на экране ожил кто-то, кто ОСМЕЛИЛСЯ хотеть. Яростно, истерично, глупо, прекрасно. Тони Монтана хотел всего и сразу. Райан Гослинг в «Ла-Ла Ленде» хотел спасти джаз. Элен из «Рассказа служанки» хотела свободы. И глядя на них, плачет та часть нас, которая свое «хочу» замуровала в подвал.
Так вот, написание сценария - это не про «стать сценаристом». Это легальный, безопасный и чертовски эффективный способ устроить допрос самому себе. Вы садитесь за чистый лист и со

Знаете, какой самый страшный вопрос можно задать человеку? Не «кто ты такой?» и не «в чем смысл?». Самый страшный, самый неудобный, самый детский вопрос: «А чего ТЫ хочешь?».
Не «надо», не «прилично», не «пора». А хочешь. Глубинно, по-настоящему, может, даже постыдно.

Мы взрослеем и хороним свои «хочу» под тоннами обязанностей, приличий и страхов. Они превращаются в смутное недовольство, в фоновый шум тоски, в зависть к чужим историям. А потом мы идем в кино или включаем сериал. И плачем. Непонятно почему.

А причина проста: на экране ожил кто-то, кто ОСМЕЛИЛСЯ хотеть. Яростно, истерично, глупо, прекрасно. Тони Монтана хотел всего и сразу. Райан Гослинг в «Ла-Ла Ленде» хотел спасти джаз. Элен из «Рассказа служанки» хотела свободы. И глядя на них, плачет та часть нас, которая свое «хочу» замуровала в подвал.

Так вот, написание сценария - это не про «стать сценаристом». Это легальный, безопасный и чертовски эффективный способ устроить допрос самому себе. Вы садитесь за чистый лист и создаете персонажа. И первое, с чем сталкиваетесь: а чего ОН хочет? Или ОНА?

И вы упираетесь в стену. Потому что чтобы наделить персонажа настоящим, движущим желанием, вам придется порыться в себе. Вы будете прикидывать: «Хм, пусть хочет мести…» - и спросите: «А я сам никогда не хотел отомстить? О, оказывается, было дело, в седьмом классе…». «Пусть хочет признания!» - и вспомните, как тщательно вы стирали последний пост в соцсети, потому что он не набрал лайков.

Ваш персонаж становится вашим альтер эго, вашей лабораторной крысой. Вы даете ему то «хочу», которое сами боитесь озвучить, и смотрите, что из этого выйдет. Он действует, ошибается, получает по щам или, наоборот, побеждает. А вы сидите и анализируете: «Блин, а я бы так смог? А я бы на его месте сломался? А это вообще мое желание или навязанное?».

Это терапевтический беспредел. Вы осознаете, что ваше зарытое «хочу» может быть не великолепно и не эпично. Не «спасти мир», а «уехать в глухую деревню и неделю молчать». Не «добиться власти», а «чтобы меня наконец-то УСЛЫШАЛИ за семейным ужином».

Написав десятки сценариев, я понял одну вещь: самые сильные, самые «цепляющие» истории рождаются не из ума, а из этой самой раны желания. Из личного, частого, стыдного. И прописывая его для героя, вы как будто достаете себе занозу, которую много лет носили. Смотрите на нее. И либо выбрасываете, понимая, что она вам не нужна, либо, наконец, идете к хирургу ее вырезать.

Поэтому пишите. Не для славы, не для денег. Пишите, чтобы встретиться со своим запертым «хочу» лицом к лицу. Пусть он будет у вашего героя. Это безопасно. А потом, глядишь, вы и сами решитесь его на волю выпустить. Хотя бы в самой маленькой сцене вашей собственной жизни. Это и есть главная сила, которую дает это ремесло. Сила осознания. Всё остальное - техника. Её выучите в мастерской.

ОТКРЫТ НАБОР НА КУРС
"СЦЕНАРИЙ ПОЛНОМЕТРАЖНОГО ФИЛЬМА"
СЛЕДУЙТЕ ЗА БЕЛЫМ КРОЛИКОМ!

Ваш

Молчанов