Войдя в школьный двор, Полина остановилась. Школа выглядела совсем не так, как она ее представляла. Это было высокое здание, с круглым окошком на фронтоне, с четырьмя колоннами, выкрашенными в голубой цвет. Перед крыльцом была разбита большая клумба с цветущими бархатцами, ноготками и поэтому кажущаяся светящейся изнутри. Вокруг школы располагался сад из молодых, но уже плодоносящих деревьев – Полина увидела висящие на ветках яблоки. В клумбе возились три девочки, вырывающие сорняки среди цветов. Увидев Полину, они выпрямились и с интересом и любопытством посмотрели на нее.
- Здравствуйте, девочки! – поздоровалась Полина. –А где я могу увидеть директора школы?
Девочки переглянулись, старшая из них показала рукой на здание, сказала:
- Илья Федорович сейчас там.
Полина поднялась по широким ступенькам на террасу между колоннами, осмотрелась. Полы террасы были выкрашены свежей коричневой краской, рамы окон, выходящих на нее, - белой. Видно было, что школу недавно ремонтировали. Об этом говорил и запах краски, встретивший Полину в коридоре. Не спеша она прошла вдоль стен, на которых были видны следы от гвоздей, державших, видимо, какие-то плакаты, на полу у стены стояла Доска почета с фотографиями учеников.
Завернув налево, Полина увидела дверь с табличкой «Учительская», а ниже – «Директор». Она постучала, открыла дверь.
За столом у дальней стены, во главе длинного стола сидел пожилой седой мужчина в сером пиджаке с орденскими планками.
- Здравствуйте, - произнесла Полина, - я к вам по направлению. Вот мои документы.
Она прошла к директору, протянула ему диплом и направление.
- Садитесь, - сказал директор, указывая на стул за столом, принимая документы.
Полина села, положив руки на стол, ожидая, когда директор посмотрит ее диплом.
- С отличием. – сказал директор. – Молодец, Полина Львовна! А меня зовут Илья Федорович. Значит, так, Полина Львовна, место жительства мы вам определили.
- А можно мне жить, - перебила Полина директора, - у Матрёны Тимофеевны? Она звала меня к себе.
- Вы знакомы?
- Нет, то есть да, мы познакомились сегодня в автобусе, и она пригласила меня жить к себе. Можно?
Директор улыбнулся:
- Конечно, можно. Так даже будет лучше. Просто мы вам хотели предложить комнатку при школе. Она небольшая, там когда-то была комната для горничной.
Увидев удивление на лице девушки, директор рассмеялся:
- Ну, это было, когда в этом доме жил помещик. Сами понимаете, было это давно.
- А я и подумала, что здание похоже на помещичью усадьбу, дом с колоннами...
- Да, конечно, но с тех пор много воды утекло, и вот уже сорок лет здесь школа. Открыли ее в девятнадцатом, а до этого два года был детский дом для беспризорников, потом здесь жили переселенцы, а с сорокового года в этом здании опять школа. А в комнатке той, у нас была библиотека, но теперь у нас библиотека в пристройке – она стала большой, а туда мы хотели поселить вас. Мы поставили там электрическую печку, чтобы вы могли готовить себе, но если вас позвала Матрена Тимофеевна, то лучшего варианта и придумать невозможно: она вам и готовить будет.
- Спасибо, - ответила Полина. – А когда мне приступать?
- Да завтра, как предписано, так и приступайте. У вас будет четвертый класс. Ребята хорошие, Валентина Васильевна хорошо их воспитала. Они ее очень любили. Не успела она их выпустить из начальной школы, - вздохнул он.
- А я могу посмотреть школу и все вокруг?
- Конечно.
Полина прошла по классам, в которых было уже все побелено, покрашено, парты стояли ровными рядами. Выйдя во двор, она увидела тех же девочек. Они смотрели на нее с любопытством. Наконец старшая спросила:
- А вы к нам вместо Валентины Васильевны?
- Наверное, - ответила Полина. – Вы покажете мне школьный двор?
- Да! - дружно закивали девочки. – Пойдемте!
После того как Полина осмотрела школьный сад, угостилась яблоком, ее проводили к Матрене Тимофеевне. Девочки оказались говорливыми, рассказали все, что могли, и о селе, и о школе, и об учителях. Полина узнала, что не очень любят учителя химии и биологии, потому что он много задает и никогда не забывает того, что задает.
- А учитель истории забывает, мы ему скажем, будто он не задавал, он и поверит, не спрашивает, - рассказывала Аня, старшая из девочек.
Идя к Матрене Тимофеевне, Полина уже чувствовала себя почти жительницей этого села. А девочки побежали рассказывать, какая молодая и красивая учительница приехала к ним вместо Валентины Васильевны.
Матрена готовилась к встрече своей квартирантки. Девчонка чем-то сразу приглянулась ей – такая открытая, простая, серьезная. А ей одной совсем стало плохо: по ночам не спится, все Ваня приходит, уговаривает не спешить к нему. А сын приехал один раз, когда отмечали девять дней отцу, побыл три дня и опять уехал. И что у него за работа такая – жены нету, детей, конечно, тоже. Все, говорит, будет, только попозже. А куда позже? Уже за тридцать, когда ж детей заводить? Их же еще и вырастить нужно.
Когда пришла Полина, Матрена уже сварила борщ, курицу выложила на тарелку, огурчики выбрала в огороде, помидорчики, лучок – все положила на тарелку. И откуда силы взялись! Что значит, для кого-то готовить, а не для себя!
- Ну что, познакомилась с директором, со школой? – встретила она девушку.
- Да, Матрена Тимофеевна, познакомилась. А еще с девочками - они мне показали и сад школьный, и двор, и рассказали много чего.
- Ну, вот и хорошо. А теперь мой руки вон там, под рукомойником, -показала Матрена, подавая девушке полотенце.
Когда Полина увидела стол, она ахнула:
- Вот это да! А как пахнет!
- Садись, садись, небось, в столовке-то не так кормили?
Через некоторое время она откинулась от стола, вздохнув:
- Я объелась, Матрена Тимофеевна!
- Ну вот и ладно! А знаешь, можешь меня звать так, как детишки меня здесь зовут: баба Мотя. Или просто бабушка.
- У меня никогда не было бабушки, - произнесла Полина.
- Ну вот и называй меня так. А то пока выговоришь мои имя-отчество!
Полина кивнула. Она даже не предполагала, что ее так встретят, что она с таким человеком познакомится, который сразу стал таким близким.
- А теперь ложись отдохни. Вон там будет твоя кровать, - показала она на кровать в спальне – с высокой горкой подушек, накрытых кружевной накидкой. – А вечером в клуб сходишь, сегодня там кино дают. Соседка говорила, что хорошее кино – «Кубанские казаки» называется. Про нас, про кубанских казаков и не казаков посмотришь.
Полина разделась, легла в постель, приготовленную Матреной, и даже охнула, когда почти утонула в перине и подушках. Матрена улыбнулась, увидев ее лицо. Готовила перину сыну да невестке, да, видно, не успеет передать им.
Полина уснула почти сразу. Матрена смотрела на девушку и думала, что хорошо бы такую внучку иметь. Лучше бы, конечно, вырастить ее, маленькую понянчить, но не судьба.
Около пяти часов вечера Матрена разбудила Полину:
- Вставай, Полечка! На закат нельзя спать - голова разболится. А ты пока молочка выпей с блинчиками, я свежих напекла.
- Ой, Матрена Тимофеевна, я у вас так растолстею!
- Ничего, работать будешь – не растолстеешь. В кино-то пойдешь?
- Не знаю. Одной как-то неудобно, а никого еще не знаю здесь.
- Ну, вот и познакомишься. Только смотри, наши ребята бойкие, горячие. Конечно, сразу на такую красавицу клюнут.
- Нет, я, наверное, не пойду. Я просто прогуляюсь по селу, на речку схожу, можно?
- Конечно, можно, - засмеялась Матрена, - чего ж нельзя?
Полина причесалась, надела свое синее платье, белую шляпку и вышла на улицу. Она была очень довольна селом, людьми, хотелось сразу поделиться этим с подругами, но пока не знала их адреса. Свой она им дала сразу, как только получила направление.
Ее обогнали двое парней на велосипедах, оглянулись, остановились. Когда она поравнялась с ними, один спросил:
- Девушка, вас не подвезти? Вы куда идете?
Парни были одеты в рабочую, даже замасленную одежду. Полина смутилась на мгновение, потом проговорила:
- Я просто гуляю. Хотела посмотреть речку.
- А вы новая учительница?
- Да. А вы?
Парни переглянулись:
- А мы комбайнеры, убираем хлеб. Слышали про такое?
- Конечно, слышала, сейчас в селе идет страда, битва за урожай. А почему вы на велосипедах? Где ваши комбайны?
- Мы едем за запчастями. Трактор один встал, нужно отремонтировать.
- Жека, пора ехать, - отозвался другой.
- Приходите сегодня в клуб, кино будет, - сказал Женька, садясь на велосипед, - приходите!
Они поехали дальше, а Полина остановилась на мосту и стала смотреть на воду, прозрачной струей текущую под мост. У нее начиналась новая жизнь – с людьми, которые еще вчера не знали о ее существовании, а она не предполагала, что бывают такие красивые села, где на улице растут яблоки, где в каждом дворе – цветы, где на речке плавают стада гусей, а на проводах гирляндой сидят ласточки...