Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Светлана Долгина

Перынь

Вчера я поехала в Перынский скит. Внезапно. Вышла из дома, открыла навигатор, подумала где погулять и поехала. Давно не была, наверное лет 15 прошло - с мужем ездила. Помню было лето, купались. Мне одной не хотелось и в этот раз хотелось на озеро, но до него далеко и там сыро. Мимо дорожек гулять так себе идея. В Юрьево можно было, но ездила этой осенью уже два раза. В парк можно, но впереди зима, еще успею. Вспомнила про скит, до него от меня буквально 15 минут. Полностью звучит так: Перынский Рождества Богородицы мужской скит - действующий. Проживает там один монах и четыре послушника - служительница в храме рассказала. Историю в Википедии можно почитать, я общие фразы копировать не буду, расскажу о своих впечатлениях и ощущениях. Когда-то это был остров, сейчас полуостров за счет дамбы, построенной в 1960. Приплывающие в Новгород со стороны Ильменя торговые гости (перекупы тогдашние), прежде всего видели вот это урочище Перынь на возвышенности, потом показывался Юрьев монастырь

Вчера я поехала в Перынский скит. Внезапно. Вышла из дома, открыла навигатор, подумала где погулять и поехала. Давно не была, наверное лет 15 прошло - с мужем ездила. Помню было лето, купались. Мне одной не хотелось и в этот раз хотелось на озеро, но до него далеко и там сыро. Мимо дорожек гулять так себе идея. В Юрьево можно было, но ездила этой осенью уже два раза. В парк можно, но впереди зима, еще успею. Вспомнила про скит, до него от меня буквально 15 минут. Полностью звучит так: Перынский Рождества Богородицы мужской скит - действующий. Проживает там один монах и четыре послушника - служительница в храме рассказала. Историю в Википедии можно почитать, я общие фразы копировать не буду, расскажу о своих впечатлениях и ощущениях.

Когда-то это был остров, сейчас полуостров за счет дамбы, построенной в 1960. Приплывающие в Новгород со стороны Ильменя торговые гости (перекупы тогдашние), прежде всего видели вот это урочище Перынь на возвышенности, потом показывался Юрьев монастырь на том же берегу, чуть дальше. Потом Рюриково городище, тоже на холме, на другом берегу, на высоком месте и только потом открывался Новгород с Кремником и хороводом храмов Торговой стороны. Если представить мысленно, не плоской картой, а в обьеме, то сразу понятно почему именно тут строились - места высокие, заметные, мимо не пройдешь-не проплывешь. Перынское урочище это холмик, бывший островок, небольшой, 200*400 метров примерно. Дорога туда ведет асфальтирована, стоянка есть для машин. С одной стороны Ильмень, с других кочковатые низинки, явно заливаемые паводком. Остров зарос соснами. Понятно что они не древние, возраст их лет 20, максимум 50. Некоторые посажены рядами - явно дело рук человеческих, но почему-то чуется что сосны росли тут испокон веков. Возможно еще с того времени когда монастыря и в помине не было, а стояло на острове капище Перуново. Такие места, козырные, обязательно бывают заняты чем-то для людей значимым, связанным с верой. Почему я про сосны так думаю: с сосновыми лесами в Новгороде Великом и ближайших его окрестностях сложно, точнее никак. Примерно как в моем Нижнем Прихоне - нет сосновых лесов рядом и даже отдельных сосен нет в лесу нет. Не растут дикие, только посаженные людьми у домов. В 10 километрах в сторону Любача сосен полно, у Прихона нет. Так и в Новгороде. Даже если сосны посажены людьми, то это традиция. Насколько я помню ближайшие к перынским сосны растут у церкви Благовещения в Аркажах - недалеко, там тоже храм старый и это одиночные деревья. Есть сосны дальше в деревнях, возле коттеджей посажены, на роднике лесок помню, но сосновых лесов рядом нет. Они есть в области, но ближе к Крестцам, Боровичам, Окуловке или в другую сторону, к Луге. Новгород он болотистый, леса все больше черные, лиственные или болота как в Лесной. А тут прямо роща.

В скиту всего четыре жилых здания(с первого взгляда) и церковь - одна из самых маленьких Новгородских домонгольский церквей, датируется 1230 годами. То есть чуть позже строена чем Георгиевский собор Юрьева монастыря. Зданий много больше на самом деле, но они из себя представляют развалины советского периода. С Северной стороны острова, буквально в кустах есть какие-то разрушающиеся то ли склады, то ли гаражи, судя по воротам, видны фундаменты. Жилые постройки, ближе к церкви со стрельчатыми окнами, из красного кирпича и кирпичными сводами в подвалы, а то, что в кустах, все утилитарно, без изысков, по советски. По сравнению с церковью даже кельи это новострой, но так-то они старые - кирпич уже крошится, в землю ушли порядком. Крыши складов провалены, ворота проржавели. Как же построена церковь, если она с 14 века стоит, удивительно и столько пережила и крохотная - а живее всего что построено позже. А что маленькая - так остров же был, толпы сюда не ходили. В сам храм зашла, свечи купила - крошечный, тесный изнутри. Иконостаса нет, стены внутри в основном просто беленые, вверху фрески невнятные. Церковка стоит посередине лужайки одинокая, смотрится как игрушечная, крохотная, невесомая, как будто выросла из земли, а не является творением рук человеческих. Впечатление от домонгольских Новгородских церквей у меня двоякое: они массивные, ни одного прямого угла, как оплывшие, стены толстенные, под штукатуркой камни розоватыми кажутся и все равно есть ощущение легкости и воздушности. Видно особенно на первом фото. Там есть тропа по окружности острова, вот я с нее ушла в сторону развалин и увидела церковь с необычного ракурса. Смотреть кроме нее особо нечего и в храме нечего - но мне хотелось почувствовать атмосферу. Так что я ходила кругами, рассматривала детали.

Тропа казалась бесконечной - кажется идешь в натуральном лесу и непонятно откуда тут столько пространства, если сам остров крохотный. Я понимаю что шла по кругу, но как-то выпала из потока времени, оно замедлилось. Сказывалось отсутствие туристов. Приехала - стояли две машины, я третьей встала и день выдался сумрачный. Снег ночью выпал, но таким тонюсеньким слоем что даже не прикрыл землю. Озеро без льда, серое, шуги немного у берега, ветер и пустота. Машины слышно едут по шоссе, цивилизация вроде рядом, но где-то там. Даже страшновато - я леса не боюсь, тут другое. Слишком много впитавшее и видевшее место - история давит. С северной стороны островка какие-то постройки брошенные, того же красного кирпича, с провалившимися крышами, явно советских времен и елки типично советские помпезные, как у входа в конторы сажали. Только они переросли и давят мрачностью. Кажется за угол завернешь, а там либо прошлое или какой-нибудь скандинавский детектив с уклоном в мистику. Я и пошла сфотографировать эти елки с фасада за угол и внезапно вышла к скиту с другой стороны. Елочный мрак остался за спиной и на лужайке белела новогодней игрушкой церковь, снежок и никакой мистики.

Летом все значительно веселее, народу больше приезжает, купаются, рыбу ловят, зелень, солнышко, подлесок прячет развалины, птички поют, газоны и клумбы ухоженные - видно. Птички и сейчас летают - кормушки возле тропы развешаны заботливо. То что я увидела и рассказываю - это настоящее, не приглаженное нейронкой и восторгами туристов. Это Россия как она есть, без прикрас. Не благоустроенный центр города, вроде Торговой стороны и Кремля, которые служат визитной карточкой города и посещаемы много больше. Денег сюда не вкладывают и посетителей мало - есть более интересные и доступные памятники совсем рядом., те же Витославлицы например. Там и ресторан и простите туалеты. Перынь одновременно и памятник, охраняемый Юнеско и место жительства для нескольких человек, родное, любимое и лелеемое. Не превратившееся в экспонат за стеклом. Это чувствуется в деталях: служительница, доставшая мне косынку из какого-то ящика, поленница дров, заботливо прикрытая полиэтиленом, житель скита в черной рясе, вышедший посидеть на крыльцо и поздоровавшийся со мной, как в деревне. Объект наследия Юнеско, в котором от статуса только стоянка асфальтированная и служительница с буклетами.

Цитата из романа "Младший сын" Дмитрия Балашова:

Солнце низилось и начинал стихать ветер, когда над ухом прокричали:

– Перынь видна!

Федор поднялся, вытягивая шею. На желтом палевом небе четко выделился берег в соснах и что-то розовеющее среди красных закатных стволов. Перынь! Он никогда не слышал этого слова, но что-то заставило пересохнуть горло и побледнеть щеки. Перынь! Лодьи, все так же мерно качаясь на волнах, шли друг за другом туда, где меж берегов уже начал обозначаться разрыв, и там, за этим разрывом, устьем Волхова, ожидал его город детской мечты, отцова родина – Господин Великий Новгород!