Вы думаете, Каннский фестиваль родился для искусства? На самом деле его зачали в фашистской Италии, а крестной матерью стала... проституция. История главных киносмотров — это зеркало всех войн, идеологий и скандалов XX века. Сейчас расскажем, как это было.
Первый в мире: Венеция, диктатура и золотой лев
Первый международный кинофестиваль появился в 1932 году на острове Лидо в Венеции. Идея принадлежала фашистскому режиму Муссолини. Цель была не художественной, а пропагандистской: показать миру мощь и культурное превосходство Италии.
Победителей выбирали не жюри, а зрители — фашистски настроенная публика. Главный приз назывался «Кубок Муссолини». Золотого льва вручили только в 1949 году, уже после падения режима.
Именно на Венецианском фестивале в 1934 году произошёл первый крупный международный киноскандал. Нацистская Германия требовала снять с конкурса антивоенную ленту «Нивель» (Франция). Организаторы уступили — и этот прецедент показал, как политика может диктовать правила игры.
Ответ Запада: как Канны победили Венецию
После Второй мировой войны Франция и США решили создать альтернативу прогитлеровской Венеции. Первый Каннский фестиваль планировали на 1939 год, но открытию помешала война — в день старта, 1 сентября, Германия напала на Польшу. 20 сентября 1946 года. Это был триумф жизни над разрухой. Гостей селили в бараках, но на набережной царила невероятная роскошь. Фестиваль стал символом возрождения европейской культуры и мощным инструментом мягкой силы США, которые активно продвигали там голливудское кино.
Имидж «гламурного скандала» Канны создали не звезды, а... куртизанки. В 1950-х богатые мужчины привозили в Канны спутниц, которые одевались роскошнее принцесс. Пресса снимала их, принимая за актрис. Родился миф о фестивале как месте, где красота и скандал важнее искусства.
Берлин: кино как оружие холодной войны
Западноберлинский фестиваль (Berlinale) создали в 1951 году по прямому указанию американской администрации. Он проходил в нескольких километрах от советского сектора. Каждый кинотеатр был идеологической трибуной.
В 1953 году премию получил голливудский мюзикл «В джазе только девушки». В 1956-м — советский фильм «Сорок первый». Это был культурный обмен через баррикады.
Даже после постройки Берлинской стены (1961) фестиваль оставался одним из немногих мест, где встречались кинематографисты с Востока и Запада. Здесь вручали призы Тарковскому и Антониони.
Современные фестивали: от рыночных площадок до инклюзивности
Сегодня фестивальная карта — это сложная экосистема с чёткими правилами.
1. Санденс (США, 1978). Родился как фестиваль независимого кино, куда Голливуд не пускали. Теперь это главная стартовая площадка для инди-режиссеров, которых здесь покупают Netflix и Amazon.
2. TIFF (Торонто, 1976). Изобрели формулу «народного фестиваля» без жюри, где главный приз определяет зрительский голос. Это сделало его ключевой ступенькой к «Оскару».
3. Фестивали инклюзивности. Фестивали вроде Sundance теперь имеют квоты для режиссёров из разных групп. А с 2020 года появились онлайн-фестивали (как We Are One), стёршие географические границы.
А вот, кстати, интересный молодой кинофестиваль "Антарес", среди победителей которого можно найти много небанальных фильмов на вечер:
https://antares.film/antares-winners-2025
Почему это больше, чем просто кино?
Фестивали давно переросли кинопросмотры. Это культурные, экономические и политические институты. В Каннах за неделю совершают сделок на $1 млрд. В 2018 году на Каннском фестивале создали Хартию против домогательств — ответ движению #MeToo. Именно фестивали определяют, какие темы (экология, миграция, гендер) станут главными в мировом кино на ближайшие годы.
Культура начинается не в тишине музеев, а в гуще таких событий, где сталкиваются идеологии, эстетики и капиталы. Именно на этих красных дорожках, в тёмных залах и кулуарных спорах рождается та система координат, по которой мы оцениваем искусство завтрашнего дня.
Ставьте лайк и подписывайтесь на наш молодой канал, чтобы не пропустить новые материалы.
Здесь мы не просто пересказываем события — мы расшифровываем культурный код эпохи, находя связи между кинокадрами, книжными страницами и историческими моментами, которые формируют наше настоящее.