Утром Алина неслась прочь из города, методично обгоняя один автомобиль за другим. Давя на газ, она пыталась оставить позади давящую серость офиса, требовательный взгляд психолога, холодное сообщение матери.
Запах кожи салона и слабый аромат дорогого парфюма смешались в знакомую, успокаивающую формулу контроля.
Мысли возвращались к работе, как назойливые мухи. Эта Семенова... Кто она вообще такая? Алина пролистала в памяти всех возможных кандидаток — ни одна не тянула даже на половину ее компетенций. Они там, в головном офисе, совсем с ума посходили? Кто будет вести переговоры с «Инвест-Проектом»? Она месяц готовила почву, изучила каждого члена совета директоров, знала их болевые точки. Эта... Семенова... даже не сможет правильно произнести фамилию председателя. А отчетность за квартал? Там же целый пласт нестандартных операций, которые она лично выстраивала с налоговой. Они за пару дней развалят все, что она создавала месяц. Горькая, ядовитая уверенность поднималась комом в горле: они все пожалеют. Пожалеют, когда увидят, во что превратится филиал без нее.
Тревога накатывала новой волной, сжимая виски. Сердце застучало чаще, в ушах зазвенело. Рука сама потянулась к телефону — позвонить психологу, услышать ее спокойный голос... Но нет, она же сама решила справляться. Чтобы унять дрожь в руках, она сильнее сжала руль и надавила на газ. Скорость ненадолго заглушила внутренний гул, и в этой оглушительной тишине она почувствовала себя почти спокойно.
На загородном перекрестке зажегся красный. Алина с раздражением ударила ладонью по рулю. Как же все медленно, как все сложнее справляться с непрошеными эмоциями. Она закрыла глаза на секунду, представляя, как давит на тормоз не в машине, а в собственной голове, пытаясь остановить этот навязчивый внутренний монолог.
И тут она услышала. Сначала — глухой, хриплый бас, пробивающийся сквозь закрытые стекла. Она опустила окно. Поток свежего осеннего воздуха, вперемешку со звуками спешащих в разные стороны машин, ворвался в салон.
Из соседней, видавшей виды рыжей «Лады» неслась какая-то знакомая песня. За рулем сидел парень, симпатичный, светловолосый и, как ей показалось, безумный. Он пел. Не подпевал радио, а именно пел — во все горло, с закрытыми глазами, отбивая ритм по рулю. Он был целиком поглощен этим моментом, этим порывом, ни на кого не обращая внимания. Казалось, весь мир для него свелся к этой песне и дороге.
«Больной, наверное», — мысленно усмехнулась Алина, тут же поймав себя на том, что не отводит взгляда, подспудно чувствуя тихую зависть, что у некоторых психические отклонения явно поприятнее чем у нее. И странное дело — та свинцовая тяжесть, что давила на плечи секунду назад, вдруг отступила. Словно кто-то открыл окно в душной комнате.
Зажегся зеленый. «Лада» с воем мотора рванула с места, продолжая свой шумный концерт. Алина на секунду задержалась, глядя вслед тающему в потоке рыжему пятну, и тоже вжала газ в пол. Она легко обогнала «Ладу» — тот парень даже не пытался соревноваться.
Но через несколько минут тревога снова начала подкрадываться, тихая и настойчивая. Мысли о работе, о предательстве Виктора Андреевича, о матери... Правая нога сама потянулась сильнее давить на газ. 90... 100... 110... Машины мелькали как смазанные кадры. Скорость заглушала внутренний гул, но ненадолго.
Тут она увидела свободную полосу для общественного транспорта, пустующую в этот час. Всего пару километров — и она сможет вырваться вперед к своей цели и подальше от своих мыслей. Без лишних раздумий, почти на автомате, подчиняясь импульсу бегства, она рванула на выделенную полосу.
Это стало роковой ошибкой. Из-за поворота, как по заказу, показалась машина ДПС. Сначала мигающие огни в зеркале, потом резкий, неприятный сигнал, от которого сжалось сердце. Она плавно притормозила и перестроилась на свою полосу, с ужасом осознавая всю безнадежность ситуации.
Читать роман "Обгоняя тишину"в процессе написания можно, перейдя по этой ссылке: "Обгоняя тишину" Елена Белова