В битве литературных титанов: И.С. Тургенева и Н.А. Некрасова – ответный ход я предоставляю И.С. Тургеневу с его рассказом в эпистолярном жанре "Фауст".
О своеобразии стиля этого произведения
Вот давеча в комментарии к публикации Юли "Ветер в книгах" написала, что "Несчастная" написана в духе С. Цвейга, то есть : любовь и смерть неразделимы, смерть не оставляет героям никаких шансов.
У Тургенева – те же убеждения в восприятии жизни и смерти. Смерть у Тургенева АБСОЛЮТНА. Это полная отмена не только земного существования, но и земного возрождения (в отличие от Толстого и Достоевского, например. У этих писателей допускается возможность духовного перерождения человека, возрождения из пепла заблуждений и ошибок, как Раскольников, например, или Болконский) Смерть у Тургенева – это растворение души и тела в природе, это навсегда, как уход Базарова…
И только память любви удерживает безвозвратно ушедший образ человека в другом любящем сердце.
Память не лжёт, она беспощадна к тому, кому, она принадлежит. Она принимает характер искренней исповеди, когда кто-либо захочет поделиться своими воспоминаниями. Поэтому Тургенев и выбирает такую своеобразную форму своему рассказу – девять писем другу, к которому испытывает глубочайшее доверие.
Сюжет рассказа
Павел Николаевич, главный герой рассказа, после девятилетнего отсутствия возвращается в родное имение. Всё вокруг кажется ему изменившимся: и дом обветшал, и любимые слуги постарели, и сад разросся... и только Вера Николаевна осталась всё такой же хрупкой, наивной, несмотря на троих детей родившихся у неё во внешне благополучном браке. Воспитанная строгой матерью, она почти не знакома с художественной литературой, которую мать считала вредной для женского воображения. Отчасти от скуки, отчасти из мстительного чувства к старухе, отказавшей когда-то Павлу Николаевичу и разрушившей его планы на общую судьбу с Верой Николаевной, но главное, чтобы пробудить в молодой женщине любовь к книге и расширить её кругозор, Павел Николаевич предлагает молодой женщине, а теперь уже жене своего давнего приятеля, вместе читать трагедию Гёте "Фауст". Вера соглашается, и чтение становится своеобразным ритуалом их встреч.
Постепенно Павел Николаевич меняется. В начале рассказа он заботится только о себе, своих ощущениях, возникающих эмоциях при наблюдении во время чтения за своей подопытной :
...после первой встречи Фауста с Гретхен она отделилась от спинки кресел, сложила руки и в таком положении осталась неподвижной до конца.
По мере того, как они знакомятся всё с новыми и новыми произведениями, Павел Николаевич замечает, что молодая женщина становится всё более живой, она часто бывает взволнованной, щёки её розовеют, глаза блестят, она задаёт вопросы о любви, судьбе, смысле жизни. Книги пробуждают в Вере Николаевне дремлющие чувства и заставляет задуматься о собственной жизни.
Наблюдая, как оживает душа Веры Николаевны, как она меняется внутренне, Павел Николаевич и сам превращается в человека эмпатичного, не прощающего себе своего эгоизма, и даже наказывающего себя так по-детски наивно : не возвращается в столицу осенью, как собирался, а остаётся навсегда в родовом имении.
О! этот чистый художественный мир Тургенева!
Однажды Вера Николаевна просит героя перечитать ей сцены из "Фауста" Гёте. Павел Николаевич даже точно запомнил дату –7 сентября 1850 года. Во время чтения Вера внезапно признаётся ему в любви. Вечером того же дня они тайно встречаются в китайском домике, где происходит их единственный поцелуй, который прерывается странным видением : Вера Николаевна видит призрак своей матери, она в ужасе отстраняется от Павла Николаевича, убегает... Позднее у неё начинается горячка : она бредит "Фаустом" и матерью, называя её то Мартой, то матерью Гретхен. Через две недели Вера Николаевна умирает.
Герой винит себя в её смерти и сравнивает Веру с хрупкой алебастровой вазой, которую он неосторожно разбил в детстве.
Как не похож этот человек, потрясённый произошедшими с ним событиями, на того, с кем мы встречаемся в начале рассказа.
У Роберта Маршалла Блаунта Фулфорда (известного канадского журналиста, эссеиста и пр.) есть интересные рассуждения по поводу чеховской "Дамы с собачкой". Он утверждает, что "любовь радикально меняет картину мира". И эти его слова, относящиеся к образу Гурова, можно вполне отнести и к тургеневскому герою. И в этом смысле очень примечательны последние строки рассказа:
Прежде я прибавил бы: будь счастлив; теперь скажу тебе: старайся жить, оно не так легко, как кажется.
Несколько слов о суждении Р. Фулфорда
Роберт Маршалл Блаунт Фулфорд считает, что историю "дамы с собачкой" можно рассматривать как "духовное путешествие Гурова — его превращение из ценителя женщин в мужчину, нежно привязанного к одной-единственной обычной женщине" или как "игру с парадоксом, что ложь (муж, обманывающий жену, или жена, обманывающая мужа) может быть основой искренних чувств, средством самовыражения".
С утверждением, что "ложь может быть основой искренних чувств," трудно согласиться. Как-то уж очень не вяжутся эти два антонима : ложь/искренность друг с другом. Должны быть, на мой взгляд, очень весомыми причины лжи – вот просто на грани жизни и смерти.
Однако мы видим, что согласно утверждению Фулфорда и чеховский , и тургеневский персонажи совершил путешествие в свой внутренний мир и увидели там того, кого раньше не знали, "того, кто способен на чувства, о существовании которых <они> едва ли подозревал<и>".