Таисия расправила передник и окинула взглядом дорогу. Вечерело. Обычно к этому времени её корзинки пустели, а сегодня пирожки остывали, так никем и не купленные. Странно — будний день, трасса оживлённая, водители всегда останавливались у их деревни Сосновки перекусить.
— Домой пора, девка, — окликнула её соседка Макаровна, проходя мимо с пустыми бидонами. — Или ночевать тут будешь?
— Сейчас, тётя Маша, — отозвалась Таисия. — Ещё чуть-чуть постою.
Старушка покачала головой и побрела дальше вместе со своей приятельницей Василисой Ильиничной. Таисия невольно уловила обрывки их разговора:
— Приехала из города с позором...
— Семёновне-то каково, дочка под сердцем принесла, отца у ребёнка нет...
— А моя-то Алёнка не такая! В городе работает, жених приличный...
Таисия сжала кулаки, но промолчала. Пусть говорят что хотят. Она знала правду — а правда была сложнее любых деревенских сплетен.
Дома её встретила мама, Анна Семёновна, вытирая руки о фартук.
— Как торговля?
— Плохо сегодня, — вздохнула Таисия, ставя корзинки на стол. — Но ничего, завтра повезёт.
Мама обняла её за плечи:
— Ты не переживай насчёт злых языков. Мы с тобой справимся. Главное — Ванечка растёт здоровеньким.
Таисия прижалась к матери. Хорошо, что хоть она не спрашивает лишнего, не осуждает. Когда полгода назад дочь вернулась в родную деревню с младенцем на руках, Анна просто раскрыла объятия и приняла обеих.
Той ночью, после того как уложили малыша, они долго сидели на кухне, и Таисия рассказывала. Не всё — некоторые вещи было слишком больно произносить вслух. Но достаточно, чтобы мама поняла: в городе всё пошло не так, как мечталось.
*
Три года назад Таисия окончила кулинарный техникум и устроилась поваром в небольшое кафе. Работа нравилась — готовить она любила с детства, ещё бабушка научила печь настоящие пироги, которые таяли во рту.
Валерий появился в её жизни неожиданно. Точнее, она его подобрала — в буквальном смысле. Поздним вечером, закончив смену, Таисия вышла из кафе и увидела парня, который сидел на асфальте, прислонившись к стене. Пьяный, растерянный, несчастный.
— Эй, вам помочь? — она присела рядом.
Он поднял на неё затуманенный взгляд:
— Всё... кончено. Она ушла. Сказала, что я... никчёмный...
Таисия вздохнула. Оставить его здесь означало обречь на неприятности — район был неспокойный. Против собственной осторожности она помогла ему подняться и довела до своей съёмной комнаты неподалёку. Уложила на диван, укрыла пледом, оставила на столе воду и таблетки от похмелья.
Утром Валерий проснулся с раскалывающейся головой и увидел записку на столе: "Чай в термосе. Не болейте". А рядом — тарелку с пирожками.
Он нашёл её через неделю в том же кафе. Пришёл нарочно, дождался окончания смены и пригласил поужинать. Таисия отказалась — она не привыкла к мужскому вниманию и немного стеснялась. Но Валерий оказался настойчивым.
Они встречались три месяца. Он был обаятельным, весёлым, совсем не похожим на деревенских парней, с которыми Таисия выросла. Рассказывал о своих планах, мечтах, о том, как хочет открыть собственное дело и не зависеть от родителей.
— У меня отец — бизнесмен, — говорил он. — Всё решает за меня. Даже невесту выбрал — дочку своего компаньона. Марину. Она красивая, но... пустая. Мне с ней скучно.
Таисия слушала и сочувствовала. Ей казалось, что она нашла родственную душу — человека, который тоже мечтает о простом счастье, а не о деньгах и связях.
Когда Валерий предложил пожениться, она сначала растерялась:
— Но твои родители... они же будут против...
— Наплевать, — отрезал он. — Я сам решаю, с кем мне быть.
Они расписались тихо, без свидетелей и торжеств. А потом Валерий повёз её знакомиться с родителями.
*
Виталий Викентьевич и Анжела Борисовна встретили невестку холодно. Они стояли в дверях своей просторной квартиры и смотрели на Таисию так, словно она была досадным недоразумением.
— Папа, мама, это Таисия, моя жена, — представил её Валерий.
Анжела побледнела и схватилась за сердце:
— Что ты натворил?!
Виталий молча прошёл в гостиную, налил себе виски и залпом выпил. Потом медленно повернулся к сыну:
— Завтра же разводись.
— Я не разведусь, — твёрдо ответил Валерий.
— Тогда можешь забыть дорогу в этот дом, — холодно произнёс отец. — И про моё наследство тоже забудь. Сам зарабатывай на свою... семью.
Таисия стояла в прихожей и чувствовала, как внутри всё холодеет. Она понимала, что родители Валерия могут не принять её — но не думала, что всё будет настолько жестоко.
— Пойдём, — Валерий взял её за руку. — Нам здесь делать нечего.
Они ушли. Таисия плакала в маршрутке, а Валерий угрюмо смотрел в окно.
— Не переживай, — сказал он наконец. — Мы справимся. Я устроюсь на нормальную работу, снимем квартиру получше...
Но справляться оказалось труднее, чем он думал.
*
Первые месяцы были счастливыми. Таисия работала в кафе, Валерий нашёл место менеджера в небольшой фирме. Они снимали однокомнатную квартиру на окраине, экономили на всём, но были вместе — и этого хватало.
Таисия готовила, убиралась, старалась создать уют. Валерий поначалу ценил это, хвалил её борщи и пироги, говорил, что дома ему намного лучше, чем в родительской квартире.
Но постепенно что-то менялось. Он стал задерживаться после работы, приходить поздно, часто в подпитии. Раздражался по пустякам.
— Опять эта деревенщина на столе, — бросил он однажды, глядя на тарелку с котлетами. — Закажи суши, что ли!
Таисия опешила:
— Валер, что случилось? Ты же любил мои котлеты...
— Достала со своими котлетами! — вспылил он. — Живём как колхозники какие-то!
— Мы экономим, ты же сам говорил...
— Замолчи! — рявкнул он и швырнул тарелку на пол.
Таисия похолодела. Так с ней ещё никто не разговаривал. Она выросла в деревне, где мужчины уважали женщин и не позволяли себе подобного тона.
— Не смей так со мной говорить, — сказала она тихо, но твёрдо.
Валерий злобно рассмеялся:
— А что ты сделаешь? Побежишь к родителям? Так у тебя только мать, которая в глухой деревне живёт! Некому тебя защитить!
Он схватил куртку и хлопнул дверью. Таисия опустилась на стул и заплакала. Первый раз с их свадьбы она задумалась: а не ошиблась ли она в нём?
Валерий вернулся через три дня. Извинился, сказал, что сорвался, что на работе проблемы. Таисия простила — ведь она любила его. Но что-то внутри надломилось.
Скандалы повторялись всё чаще. Валерий пропадал целыми днями, перестал давать деньги на хозяйство. Таисия узнала, что он снова встречается со старыми друзьями — теми, с которыми ходил по клубам до женитьбы.
А потом она поняла, что беременна.
*
Таисия долго не решалась сказать мужу. Боялась его реакции. Но молчать было нельзя — срок уже подходил к трём месяцам.
— Валер, нам нужно поговорить, — сказала она однажды вечером.
Он устало посмотрел на неё:
— О чём?
— Я жду ребёнка.
Повисла тишина. Валерий побледнел, потом покраснел:
— Что?! Ты с ума сошла?!
— Я беременна, Валер. Мы будем родителями...
— Какие родители?! — он вскочил с дивана. — У нас денег нет, живём в съёмной дыре, я еле концы с концами свожу! И ты ещё ребёнка решила завести?!
— Но он уже есть, — тихо сказала Таисия. — Я не специально...
— Избавься от него.
Таисия замерла:
— Что ты сказал?
— Я сказал — избавься, — холодно повторил Валерий. — Мне не нужны дети. Особенно сейчас.
Он ушёл, и больше она его не видела.
*
Прошла неделя. Валерий не появлялся, на звонки не отвечал. Таисия металась по квартире, не зная, что делать. Деньги закончились — последнее она отдала за коммунальные услуги месяц назад.
И вот однажды утром в дверь постучали. На пороге стояла хозяйка квартиры, Татьяна Васильевна, с суровым лицом.
— Где деньги за аренду?
Таисия растерялась:
— Но Валерий же платил...
— Платил три месяца назад в последний раз! — отрезала та. — Я ждала, надеялась, что рассчитаетесь. Но терпение моё лопнуло. Либо деньги, либо освобождайте квартиру!
— Подождите, я сейчас... я позвоню мужу, он...
— Твой муж неделю назад съехал к своим дружкам! — выпалила Татьяна Васильевна. — Соседи видели, как он вещи забирал, пока тебя не было. Так что разбирайся сама!
Таисия похолодела. Валерий съехал? Бросил её?
— У меня нет денег, — прошептала она. — Совсем...
— Тогда собирайся и уходи. Даю тебе два часа.
Хозяйка ушла, громко хлопнув дверью. Таисия опустилась на пол и разрыдалась. Что ей делать? Куда идти?
Она вспомнила про родителей Валерия. Да, они не любили её, но ведь она беременна их внуком! Может, они помогут?
*
Ноябрьский день выдался промозглым. Дождь со снегом хлестал в лицо, ветер пробирал до костей. Таисия добралась до дома Виталия и Анжелы и позвонила в дверь.
Открыл Виталий Викентьевич. Увидев невестку, нахмурился:
— Что тебе нужно?
— Я ищу Валеру. Он у вас?
— Нет его здесь, — отрезал тот. — И вообще, не приходи больше. Мы просили же — решайте свои проблемы сами.
— Но мне некуда идти, — в отчаянии выдохнула Таисия. — Хозяйка выгоняет, денег нет... и я жду ребёнка!
Виталий замер. За его спиной появилась Анжела:
— Какого ребёнка?!
— Вашего внука, — Таисия положила руку на живот. — Я беременна. Пожалуйста, помогите мне...
Анжела побледнела, но Виталий только сильнее нахмурился:
— Это не наши проблемы. Нечего было рожать, не подумав.
— Но...
— До свидания, — он захлопнул дверь.
Таисия осталась стоять на площадке, не веря в происходящее. Они даже не впустили её, не выслушали. Прогнали, как нищенку.
Делать было нечего. Она вернулась к квартире, забрала свои вещи, которые хозяйка уже вынесла в подъезд, и пошла куда глаза глядят.
*
Всю ночь Таисия просидела на автобусной остановке. Холод пробирал до костей, она кутала в тонкую куртку, пытаясь согреться. К утру поднялась температура, началась ломота в теле.
Прохожие находили её без сознания. Вызвали скорую.
В больнице врачи боролись за её жизнь две недели. Двустороннее воспаление лёгких, осложнения... Ребёнка спасти не удалось.
Когда Таисия пришла в себя, первое, что она спросила:
— Малыш?
Медсестра молча покачала головой.
Таисия отвернулась к стене и беззвучно заплакала. Её ребёнок, её малыш... его больше нет. И всё из-за того, что её бросили в самый тяжёлый момент.
Валерий так ни разу и не навестил. Хотя в больнице ему сообщили, где находится жена.
*
После выписки Таисия вышла в больничный сквер подышать воздухом. Села на лавочку и смотрела на пожелтевшие деревья. Зима уже близко — как и тогда, когда её жизнь рухнула.
— Тася? — раздался удивлённый голос.
Она обернулась и увидела Алёну, свою подругу детства. Они вместе уехали из деревни в город, вместе учились, но потом разошлись — у каждой своя жизнь, свои заботы.
— Алён? — Таисия поднялась. — Ты чего здесь?
Подруга как-то неловко потупилась:
— Да так... была тут по делам...
— По каким делам в роддоме? — усмехнулась Таисия.
— Откуда знаешь, что роддоме?
— Табличка на входе висит.
Алёна вздохнула и опустилась на скамейку:
— Родила я, Тась.
— Что?! — та села рядом. — И где же ребёнок?
— Здесь. Я его... оставила.
Повисла тишина. Таисия не верила своим ушам:
— Как оставила?!
— Ну как... в детдом пойдёт. Мне его растить не на что, отец не признаёт, а я... не справлюсь одна. Карьера, работа... — Алёна всхлипнула. — Понимаешь, мне нельзя сейчас с ребёнком! Я только начала подниматься, шеф обещал повышение...
Таисия смотрела на подругу и не узнавала её. Та самая Алёнка, с которой они в детстве играли в дочки-матери, мечтали о большой семье... бросает собственного ребёнка ради карьеры?
— Ты понимаешь, что делаешь? — тихо спросила она.
— Понимаю, — Алёна вытерла слёзы. — И мне тяжело, Тась! Но у меня нет выхода!
В этот момент к ним подошла медсестра:
— Так вы всё-таки уходите? А малыш ваш плачет, зовёт...
Таисия вдруг почувствовала, как внутри что-то щёлкнуло. Ребёнок. Крохотный, беззащитный, которому нужна мама. Её собственный малыш погиб — но она может спасти другого.
— Алён, — она взяла подругу за руку. — Отдай мне его.
— Что? — та непонимающе посмотрела на неё.
— Я возьму твоего сына. Воспитаю, как своего. Всё равно домой уезжаю, в деревню. Мне здесь больше делать нечего.
Алёна молчала, переваривая услышанное. Потом медленно кивнула:
— Ты уверена?
— Абсолютно.
*
Так в жизни Таисии появился Ванечка. Крохотный, с пушистыми светлыми волосиками и огромными голубыми глазами. Она забрала его из роддома, оформила все документы и уехала к маме в Сосновку.
Анна Семёновна встретила дочь с пониманием:
— Раз решила — значит, так надо. Вырастим вместе.
Деревня же встретила Таисию сплетнями и пересудами. Все считали, что она вернулась с собственным незаконнорождённым ребёнком. Старушки качали головами, шептались за спиной. Особенно усердствовала Василиса Ильинична, бабушка той самой Алёны.
— Опозорилась девка, — говорила она всем. — А моя внучка — умница! В городе работает, жених приличный нашёлся!
Таисия терпела. Ей было всё равно, что о ней думают. Главное — Ванечка рос здоровым и счастливым.
*
Прошло полгода. Таисия освоилась в деревне, начала печь и продавать на трассе пирожки. Денег хватало на жизнь, мама помогала с внуком.
И вот однажды вечером, когда она стояла у дороги, дожидаясь последних покупателей, из кустов вышел человек. Он был раздет, шатался, еле держался на ногах.
Таисия испугалась и хотела бежать, но человек упал, простонав:
— Помогите...
Она подбежала, перевернула его — и обомлела. Это был Виталий Викентьевич, её бывший свёкор.
— Что с вами?! — она попыталась привести его в чувство.
— Избили... — прохрипел тот. — Конкуренты... в лес вывезли... бросили...
Таисия позвала на помощь Фёдора, местного выпивоху, и вместе они дотащили Виталия до дома. Мама ахнула, увидев их, но помогла уложить мужчину на кровать. Таисия вызвала скорую.
Когда врачи увезли Виталия, Анна Семёновна покачала головой:
— Зачем ты это сделала? После всего, что они тебе устроили...
— Не могла я бросить человека умирать, мам, — устало ответила Таисия.
*
Виталий пролежал в больнице три недели. За это время успел многое переосмыслить. То, как Таисия спасла его, человека, который выгнал её на улицу, беременную и беспомощную... Это перевернуло его сознание.
Когда он выписался, первым делом приехал к Таисии. С ним был Валерий.
— Мы хотим поблагодарить тебя, — начал Виталий. — Ты спасла мне жизнь. И я понимаю, что мы совершили ужасную ошибку...
— Тася, вернись, — встрял Валерий. — Прости меня, я был идиотом. Мы всё наладим, я клянусь!
Таисия посмотрела на них спокойно:
— Я уже дома. Здесь моё место. А тебе, Валер, я не жена. Мы развелись, и это правильно. Ты мне чужой человек.
— Но у нас же ребёнок! — воскликнул Валерий. — Маленький Ваня!
— Это не твой сын, — тихо сказала Таисия. — Нашего ребёнка я потеряла. Из-за вас.
Повисла тишина. Виталий побледнел:
— Как... потеряла?
— В ту ночь, когда вы захлопнули передо мной дверь, я просидела до утра на остановке. Простыла, попала в больницу. Врачи не смогли спасти малыша.
Валерий опустился на скамейку, закрыв лицо руками. Виталий стоял, не в силах вымолвить ни слова.
— Идите, — устало попросила Таисия. — Забудьте меня. Я вас простила, но возвращаться не хочу.
Они ушли. А Таисия вернулась в дом, где её ждали мама и маленький Ванечка, тянущий к ней ручонки.
*
Ещё через неделю к Таисии пришла Алёна. Она плакала, обнимала подругу, благодарила:
— Я помирилась с Денисом, Тась! Он простил меня, мы подали заявление в ЗАГС! И я всё ему рассказала про Ванечку. Он хочет усыновить его!
Таисия обрадовалась за подругу:
— Значит, заберёшь малыша?
— Если ты не против...
— Конечно нет! Он твой сын, Алён. Ты должна быть с ним.
Они вместе склонились над кроваткой, где спал Ванечка. Алёна гладила его по голове, шептала что-то нежное.
— Спасибо тебе, — она взяла Таисию за руку. — Ты спасла нам жизнь. И мне, и ему.
— Я просто сделала то, что должна была, — улыбнулась Таисия.
Василиса Ильинична, узнав правду, пришла извиняться. Плакала, просила прощения за все злые слова. Таисия обняла её:
— Не держу зла, тётя Вася. Бывает.