Американцы часто удивляются Московскому метро, но наш сегодняшний герой — итальянец. Алессандро Бьянки, архитектор из Милана. Человек, который всю жизнь строил стеклянные башни для банков, дизайнерские виллы для богачей и галереи, где главное — пустота и белые стены. В его голове красота всегда была эквивалентом огромных денег.
Алессандро приехал в Москву на конференцию. Вечером друзья — Миша и Катя — решили показать ему «сердце города». Итальянец ожидал ресторан с видом на Кремль. Но друзья привели его к красной букве «М».
— Вы точно не шутите? Метро? — скривился он.
Но спустился всё же. И уже через минуту его мир рухнул на станции «Комсомольская».
Перед ним открылись восьмиметровые своды, расписанные как в настоящем храме. Бронзовые люстры, мраморные колонны, огромные мозаики. Люди в пуховиках куда-то спешили, а он стоял будто в зале дворца.
Он дотронулся до колонны, поднял голову к потолку, оглянулся по сторонам и прошептал:
— Это музей? Национальный? Сколько стоит вход?
Миша рассмеялся:
— 83 рубля. А если по «Тройке» — ещё меньше.
Алессандро отвернулся и… заплакал.
Не истерично — тихо, в платок. Потом сказал:
— Мы сейчас строим дом для шейха. Один зал с похожим мрамором и люстрами — полмиллиарда евро. Чтобы по нему ходила одна семья. А вы сделали это для всех.
И тут до друзей дошло: дело не в красоте. Дело в идее.
В его стране подобные пространства — символ богатства. То, что доступно немногим. А в Москве эти залы созданы для обычных людей: для рабочего, который едет на смену, для студентки с конспектами, для бабушки с тележкой.
Алессандро потом ещё полтора часа ездил по Кольцевой. Рассматривал витражи на «Новослободской», гладил скульптуры на «Площади Революции», фотографировал «Маяковскую». И только повторял: «Гениально. Невероятно».
Мы же ходим здесь каждый день, глядя в телефон. Спешим. Злимся на толпу. Уже не замечаем, где находимся.
Иногда нужен взгляд со стороны, чтобы вспомнить: московское метро — не просто транспорт. Это настоящий народный дворец, по которому мы ходим бесплатно. Нужно всего лишь поднять голову.