Вблизи она оказалась поразительной. Чистая кожа, россыпь веснушек у переносицы, яркие серые глаза и вздёрнутый нос — она напоминала не голодную беглянку, а студентку, забредшую на чужую вечеринку. Алексей потряс головой, пытаясь сохранить деловой тон.
— Это я у тебя хотел спросить: что ты делаешь в служебном помещении?
Он потянул её за локоть к выходу, но девушка вцепилась в его рукав.
— Можно не через зал? Я не хочу, чтобы он меня увидел.
— Твой мужчина? — уточнил Алексей и сам удивился, что употребил слово «твой».
Она кивнула, и её лицо покрылось румянцем.
— Хочешь от него сбежать, хотя сама пришла, сидела, ела за его счёт?
— Я всё объясню, обязательно! Только не сейчас, он не должен меня видеть.
— Ладно, — Алексей открыл дверь в подсобку. — Жди здесь. Посмотрю, что в зале.
Вернувшись через пару минут, он застал её стоящей у полок с крупами. Скандал в зале утих — мужчина в плаще, судя по довольному лицу Алёны, оплатил счёт и удалился.
— Как ты справляешься? — спросил Алексей, прислонившись к косяку.
— Практика, — усмехнулась Оксана. — Не впервой. Ты думаешь, я просто кидаю несчастных?
— А что ещё думать? Ты ведь из тех, кто пользуется мужчинами с деньгами, сама ничего не давая взамен.
— Может, я сама себе секрет, — она посмотрела на него серьёзно. — Обещала рассказать — расскажу. Но не для твоего осуждения, а для… помощи.
Алексей неожиданно для самого себя кивнул.
— Ладно. Слушаю. Но здесь не место — пойдём на кухню, пока шеф в офисе.
Она шла за ним, сгорбившись, будто несла невидимый груз.
— Меня зовут Оксана. Я из многодетной семьи. Старшая. У меня две сестры и два брата. Всю жизнь я только и делала, что помогала — детям, дому, потом маме в магазине. Я хотела свою жизнь. Поэтому сбежала. Учусь в техническом.
— А почему такая… голодная? — спросил Алексей, разогревая на плите остатки супа.
— Денег нет. Стипендии не хватает даже на хлеб. А мама уже искала для меня «нормальную» работу у дома — чтобы я бросила институт и вернулась. Если бы я не уехала, я бы просто… перестала быть собой.
Она говорила тихо, но в её словах была стальная решимость.
— Ты не пробовала найти работу здесь? — спросил Алексей, ставя перед ней тарелку.
— Пробовала. Везде нужен полный день, а я учусь. Где-то требуют опыт. Я не смогла.
— И решила вот так? — Алексей жестом обозначил её «схему».
— Нет! Я не… не сплю с ними, не даю номер, не обещаю встреч. Я просто… позволяю им накормить меня. Иногда — выслушать. Это плохо?
— Если ты не грабишь и не убиваешь… — Алексей вздохнул. — Но это тупик, Оксана. Рано или поздно они поймут. Или попадешь к тому, кто не остановится на ужине.
Она молча ела суп, избегая его взгляда.
— Я могу уйти, если ты против.
— Подожди, — Алексей неожиданно поймал себя на мысли, которая зрела в нём с того вечера, когда он увидел её рисунок. — У меня есть идея. Может, поработаем вместе?
Она подняла глаза, насторожённая.
— Что нужно делать? И что мне за это будет?
— Видишь ли, — Алексей сел напротив, — у нас в меню есть блюда, которые сами по себе недорогие, а себестоимость у них и вовсе копеечная. Но их реализация… приносит хорошую накрутку. Если бы ты заказывала их у своих «поклонников», часть разницы могла бы оставаться у тебя.
— Это… слишком сложно.
— Да ладно, ты же в техническом учишься. Ничего сложного. Вот, например, наша фирменная пицца «Амбер». Себестоимость — рублей сто, продаём за восемьсот. Если бы ты заказывала её, разница в семьсот делилась бы пополам. Ты получаешь деньги, кафе — выручку, клиент — иллюзию.
— Это же обман, — прошептала Оксана.
— Нет. Это игра. Ты даёшь им то, за чем они приходят, — общество красивой, загадочной девушки. А они платят за ужин. Всё честно.
Она смотрела на него, и в её глазах мелькали сомнение, расчёт, а потом — проблеск интереса.
— И… как это будет работать?
— Ты приходишь сюда, как обычно. Заказываешь определённые блюда. Я ставлю их в чек, а потом… корректирую стоимость. Разницу делим. Ты не воруешь, не обманываешь клиента — он платит за то, что выбрал. Просто часть этих денег идёт тебе как… агентская комиссия.
Оксана медленно кивнула, будто просчитывая риски.
— А если кто-то узнает?
— Никто не узнает. Я здесь три года, я знаю все схемы. И у меня есть причины тебе доверять.
— Какие? — она наклонилась вперёд.
— Потому что, — Алексей улыбнулся впервые за весь разговор, — я тоже когда-то был голодным студентом. И мне никто не помог. Может, пора это исправить?
Оксана смотрела на него, и в её взгляде появилось что-то новое — не благодарность, а уважение. И понимание, что перед ней не просто бармен, а союзник. Возможно, первый в её жизни.
— Ладно, — сказала она тихо. — Я попробую.