Душное пространство кузницы «Горн огненного дракона» рассекал резкий и тревожный звон металла. Воздух в ответ вздрагивал и вибрировал, наполняясь гулом, походившим на болезненный стон. Но вовсе не удары молота по добела раскалённой заготовке являлись причиной этому звону. Всему виной были демоны клана Безразличия. Именно они переворачивали и швыряли инструменты, с грохотом опрокидывая полки с заготовками, пока владелец кузни — по меркам демонов всего лишь жалкий смертный, — сидел на каменном полу, около наковальни, и беспомощно наблюдал, как незваные гости вероломно крушат его святилище.
Мо Линь, единственный сын и наследник самого Мо Дэшэна — владыки демонического клана, — стоял посреди кузницы. Его накидка, тёмная и плотная, как остывшая за окном ночь, покрывала широкие плечи и ниспадала до самого пола. Крошечная отметина алого цвета, напоминающая застывшую каплю крови, украшала его высокий гладкий лоб. Аспидно-чёрные волосы были убраны наверх, в тугой пучок, а холодный взгляд глаз, таких же чёрных и бездонных, скользнул по груде мечей, лежавшей у его ног. В тусклом свете фонарей, освещавших кузню, металл поблескивал, словно насмехаясь над тщетностью его попыток отыскать нужный клинок.
«Владыка девяти небес», легендарный меч, благословлённый самими богами, выкованный в пылающем жерле горы Цзецзюнь, к подножию которой одним своим боком жалась кузня. Меч, что некогда служил орудием кары и милости в руках Небесного императора Сунь Вэя. Клинок, способный рассечь саму ткань мироздания, и в чьей власти было склонить чашу весов в нужную его обладателю сторону. Артефакт, за которым, так или иначе, до сих пор вёл охоту каждый обитатель трёх миров. Даже отец, сколь бы тщательно он ни скрывал, повсюду разослал своих шпионов в надежде, что те отыщут ускользающий след клинка.
— Тёмный господин, мы не нашли здесь меч, — раздался твёрдый голос Хэ Яо, правого советника Мо Линя. Одежды цвета густой туши в чернильнице делали его похожим на тень — бесшумную и почти неразличимую.
— Ищите тщательнее, — прозвучал приказ Мо Линя, не терпящим возражения тоном. Он не намерен сдаваться так скоро. — Обыщите это место вдоль и поперёк. Переверните каждый камень на этой горе, если потребуется, но найдите его!
Получив приказ, Хэ Яо незамедлительно сложил руки в почтительном жесте и склонил голову. Он не посмел ослушаться. Господин был скор на расправу и не прощал непослушания.
— Будет исполнено, Тёмный господин! — отчеканил он, затем метнул пронзительный взгляд своих карих глаз в демонов, застывших в ожидании, и рявкнул что есть мочи: — Искать! Перекопать всё до последнего камня! Немедленно!
Тёмные фигуры демонов тут же бросились исполнять приказ. Они перемещались по кузне почти неразличимо, смазанными тенями, и лишь область вокруг глаз, не сокрытая чёрными масками, оставалась единственным светлым пятном в их безликом облике.
От досады Мо Линь заскрежетал зубами, едва не раскрошив их. Меч должен быть здесь, он чувствовал это. Энергия артефакта, пусть слабая и едва ощутимая, но она исходила из кузницы. Неужели он, ищущий клинок столь долго, снова стал жертвой иллюзии? Нет, такого не может быть. Наверняка этот ничтожный кузнец, прикрываясь мнимым благородством, столь ценимым смертными, скрывает его именно здесь. И если это так... Пусть не ждёт пощады.
Словно уловив ход мыслей демона, кузнец громко, от всей души рассмеялся, оскалив крупные передние зубы.
Мо Линь удостоил человечишку лишь уничижительным взглядом. Впрочем, жалкий смертный не стоил даже этого взгляда, — настолько он был ничтожен в глазах демона. Однако сейчас эта ничтожная тварь ведала куда больше, чем сам Мо Линь, что не могло не отравить его и без того скверное настроение. Наверняка человек знал, где меч, но упорно молчал, несмотря на все «расспросы» людей Мо Линя. Об этом красноречиво свидетельствовали ссадины и кровоподтёки, покрывающие его закопчённое от продолжительной работы в кузне лицо. Сам он стоял на коленях, заплевав кровью свой светло-серый ханьфу, пошитый из простой грубой ткани.
— Что показалось тебе смешным, смертный? — тихим голосом поинтересовался Мо Линь, делая шаг по направлению к кузнецу. Того звали Фань Бэй, и он был потомком великого Фань Чжэня — того самого, кто во времена, когда миры были молоды, выковал легендарный клинок.
— Твои тщетные потуги найти здесь меч — вот что смешно, — ничуть не смутившись, хрипло ответил Фань Бэй.
На его губах выступила кровавая пена, но на лице, что поразительно, не было и тени страха. Или же он его мастерски скрывал. Мо Линь, будь ему дело до смертных, возможно, даже проникся бы должным уважением к этой непоколебимости. Однако в данном случае слепая убеждённость Фань Бэя играла против него.
— Как видишь, твои многовековые поиски не привили к результатам, хотя твоему упорству стоит позавидовать, — потешался смертный.
Мо Линь слегка сощурил глаза. Как смеет эта ничтожная падаль давать оценку его действиям?! Кем он себя возомнил?
— Но боюсь, это не поможет тебе, демон.
— О, я найду этот меч, — без тени сомнения заявил Мо Линь. В его словах звучала лишь холодная непоколебимость в собственном успехе. — В этом можешь не сомневаться.
— Твои руки коснуться рукояти клинка лишь в твоих демонских снах, — снова усмехнулся Фань Бэй и сплюнул кровавую слюну на каменный пол. — Меча здесь нет. Мой предок и Небесный император спрятали его настолько надёжно, чтобы он никогда не достался такому вероломному негодяю, как ты! Я то знаю, что в вашем мире демонов каждый представитель тёмного клана сбился с ног в его поисках. Все так отчаянно жаждут власти! Но сильнее всех той власти жаждешь именно ты, Мо Линь.
Он откинул голову назад, отчего выбившиеся из пучка пряди упали на лицо, и разразился хриплым, надрывным смехом. Фань Бэй не был глупцом. Он знал, что жить ему оставалось недолго, но перед смертью он сполна насладится зрелищем поражения этого демона.
— Кузнец, ты полагаешь, небожители остались в стороне? — спросил Мо Линь, не отводя от мужчины взгляда, способного заморозить реки. — Не будь так наивен. Они ищут куда яростнее, чем все демонические кланы и культы вместе взятые.
Во взгляде Фань Бэя на миг вспыхнуло понимание, от чего уголок губ Мо Линя дёрнулся в кривоватой усмешке. Значит, даже жалкие, никчёмные людишки уже прознали, что небожители ввязались в охоту за клинком. И уж наверняка им известно, что случилось в те седые лета, когда звёзды светили иначе, с дерзкой и глупой Лю Лань, посмевшей возжелать его для себя.
— Власть развращает любого, в ком теплится искра алчности, — согласился кузнец, не отрицая очевидного. Он знал, что даже среди небожителей хватало тех, кто продал бы душу и пролил кровь родных за обладание этим клинком. — И всё же меча ты здесь не сыщешь. Неужели ты думаешь, что Небесный император был настолько глуп, чтобы прятать меч именно здесь? В том самом месте, где его выковали? — Он снова сплюнул, но теперь прямо к ногам Мо Линя, открыто демонстрируя демону своё презрение. — Ты просто дурак, если поверил этим сказкам!
Пока тот в очередной раз заходился в хриплом хохоте, Мо Линь сжал кулаки, и лишь ледяной самоконтроль позволил ему удержать вспышку ярости внутри. Как бы ни был ничтожен этот смертный, сейчас он не солгал. Меча здесь действительно не было. Пока демоны крушили кузню в поисках клинка, и без того слабая энергия артефакта, исходившая от этого места, испарилась, словно последние лепестки с персикового дерева, унесённые ветром.
Проклятый Сунь Вэй! Проклятый Фань Чжэнь! Три сотни лет Мо Линь гоняется за тенью «Владыки девяти небес». Меч, словно впитавший в себя характер своего прежнего владельца, был необычайно хитёр и умён. Под стать почившему Небесному императору. Сигналы его силы вспыхивали то тут, то там в разных уголках трёх миров. В первый раз уловив такой сигнал, Мо Линь был так окрылён, что немедленно собрал отряд верных ему демонов и ринулся к источнику. Они перерыли всё в округе на сто ли (1) — и ничего! Затем сигнал появился в другом месте, и история повторилась. И снова разочарование — ни клинка, ни следов. Вскоре ему стало ясно: Небесный император и кузнец, ценою своих жизней, создали гениальную ловушку, водя за нос всех охотников за клинком. Они не просто спрятали меч, но рассеяли ложные маячки по всем трём мирам, усложнив и без того сложный поиск.
И всё же Мо Линь должен найти его первым. Только вот где этот меч? В какую недосягаемую бездну его упрятали?
Мо Линь отогнал тучную мысль прочь и улыбнулся. Улыбка вышла ледяной и пугающей. Впрочем, иной в арсенале Мо Линя не водилось. Лицо кузнеца лишь на миг дрогнуло, выдав страх, но тут же вновь обрело прежнее бесстрастное выражение.
— Я найду этот меч, — тихо пообещал Мо Линь, глядя на кузнеца. — Жаль только, что ты этого не увидишь. Постой… нет. Ничуть не жаль.
Он медленно поднял затянутую чёрной кожей перчатки ладонь, раскрыл её и резко сжал в кулак. Смех кузнеца внезапно оборвался, сменившись булькающим хрипом. Тот впился пальцами в собственное горло, словно ему перестало хватать воздуха, глаза налились кровью, и в следующее мгновение его тело безжизненно рухнуло на каменный пол кузни, уже забрызганный его же кровью и слюной. Взгляд остекленевших глаз уставился в пустоту.
Мо Линь даже не взглянул на бездыханное тело, направляясь к выходу. Эхо его тяжёлых шагов разносилось по кузне, затихая где-то под покрытым сажей потолком.
— Тёмный господин, вы уверены? — осмелился спросить Лу Шен, его левый советник. Шрам, рассекающий почти прямую чёрную бровь и тянущийся к правому виску, искривился, выдавая напряжение демона. — Возможно, стоило оставить кузнеца в живых. Мы могли бы развязать ему язык...
— Он не знал, где меч, — отрезал Мо Линь ледяным тоном, от которого у Лу Шена всё похолодело внутри. Тёмный господин явно пребывал в дурном расположении духа, а значит, стоило попридержать язык за зубами. — Так на что он мне? Кроме того, я знаю таких людей, как Фань Бэй. Они скорее умрут, чем нарушат данное слово. Честь и верность для них важнее жизни. Жалкие глупцы.
— Тёмный господин... — начал было Хэ Яо, но Мо Линь резко прервал его.
— Уходим, — властно бросил он. Чёрная накидка взметнулась вверх, как только Мо Линь развернулся. Его лицо с высокими скулами и бледной кожей сейчас напоминало изысканную маску, выточенную из холодного нефрита. — Меча здесь нет, а я лишь зря потратил время.
Мысль о том, что Мо Цзыци может каким-то образом прознать об очередной неудаче, постигшей Мо Линя, заставила его поторопиться.
Массивные деревянные двери кузни распахнулись перед ним. Мо Линь вышел в ледяную ночь и поднял взгляд к почерневшему небу. На нём уже зажглись далёкие блеклые звёзды, но их холодный свет казался ему теперь лишь жалкой насмешкой. Снова Небесный император и кузнец оставили его ни с чем. Мо Линь сжал челюсти, и без того хмурое выражение лица стало ещё мрачнее. Впрочем... всё это не имеет значения. Мо Линь обладал безграничным терпением. Он потратил не одну сотню лет, пытаясь отыскать клинок. И он знал, что рано или поздно его упорство должно увенчаться успехом. Обязательно увенчается. Он найдёт то, чего так отчаянно жаждет.
Гора Цзецзюнь вытянулась перед ним огромным серым массивом, подпирающим своей вершиной тяжёлое небо. В воздухе пахло снегом.
Не оборачиваясь, он взметнул руку, и в тот же миг кузня за его спиной вспыхнула ослепительным пламенем, безжалостно пожирая все следы постигшей его неудачи. Пусто. Но он найдёт «Владыку девяти небес». И тогда пусть содрогнутся все три мира.
________________
(1) Ли — мера длины в Китае, равная 500 метрам.
Продолжение следует...
Друзья, напоминаю, что роман «Однажды в Чжунтяне...» пишется для конкурса «Когда цветёт сакура», который стартовал совсем недавно на Литнет.
Ссылка на роман: https://litnet.com/ru/book/odnazhdy-v-chzhuntyane-b592120
Буду рада видеть Вас на своей страничке 🤗