Буся проснулся, как обычно, в пять утра. Его внутренние часы, отточенные до секунды, прозвенели тихим, моторчатым звонком где-то в глубине его белой грудки. Он потянулся, выгнув спину в совершенную дугу, прошёл по коридору и запрыгнул на кровать, уткнувшись влажным носом в ладонь спящей Кати. Его мурлыканье, сначала тихое, как шёпот, нарастало, пока она не открыла глаза и не улыбнулась.
- Доброе утро, будильник, - прошептала она.
День начался. Правильно. Как вчера. Как позавчера.
После Катиных сборов и ухода в Каменные Джунгли, он проводил короткую медитацию на подоконнике, а затем будил Костю - уже другим способом, осторожным тыканьем лапой в щёку. Совместный завтрак, проводы второго двуногого, и… наступало Его Время.
Буся выполнял свой дневной ритуал с безупречной точностью. Обход границ. Наблюдение за воробьиным парламентом за окном. Инспекция комнатных растений с обязательным рыхлением почвы в одном-двух горшках. Охота на солнечного зайчика, пойманного в лапу и прижатого к полу. Неспешная беседа с паучихой Адрианой, чья ажурная сеть за шкафом была образцом терпения и тихого упорства. Всё было знакомо, отлажено, предсказуемо.
И в этот раз, лёжа на тёплом пятне от солнца после всех дел, он поймал себя на странной мысли: «А зачем?»
Зачем он будит их каждое утро? Зачем сторожит квартиру? Зачем ловит световые пятна, которые всё равно ускользнут? В чём главный смысл всей этой прекрасно отлаженной машины его дня?
Он начал листать в памяти страницы, как книгу. Но книга оказалась без единого сквозного сюжета. Это были отдельные, яркие, разрозненные истории.
Вот первая история - тёплая и чуть колючая от уличного холода. История не борьбы с кем-то, а его собственного спасения. Рука Кати, протянутая к мусорному контейнеру. Голос Кости, сказавший: «Всё будет хорошо». Так началась его книга.
Вот история войны и перемирия - с жужжащим драконом-пылесосом, на спине которого он теперь гордо катался, как на троне. Вот история научного открытия - о законе пушистого падения. Вот история одиночества и возвращения - тот долгий день, когда он понял, что тишина без их шагов слишком громка. А вот - история непонимания и прозрения про бесполезные, но прекрасные цветы в вазе.
Одни истории заставляли его гордиться, распушив хвост. От других в груди оставался тёплый, сладкий комок. Третьи были просто смешными. Но были и такие, от которых на душе скреблись крошечные, невидимые коготки печали — как грусть после ухода гостей или лёгкая тоска по уличному ёжику, научившему его простоте.
«Если жизнь - это книга, - размышлял Буся, медленно перебирая лапками воздух, - то что это за книга? Где связь между этими историями? Где та одна, большая цель, к которой они все ведут?»
Он ждал, что в голове щёлкнет какой-нибудь простой и ясный ответ, как щёлкает замок на двери. Но ответ не приходил. Только тишина да солнечное тепло на боку.
И тогда, глядя на то, как пылинки танцуют в луче света, он начал чувствовать, а не думать. Он почувствовал не прямую линию с началом и концом, а что-то иное. Что-то похожее на ту самую паутину Адрианы - сложную, многосвязную, где каждая нить важна для целого, но где нет одного главного узла.
Его осенило не резко, а мягко, как наступают сумерки. Жизнь - это не роман с одной сюжетной линией, где герой идёт к одной великой цели. Нет.
Жизнь - это сборник рассказов.
Один рассказ нужен, чтобы научить тебя доверию. Другой - чтобы показать, что такое дружба с тем, кто покрыт иголками. Третий - чтобы доказать, что новое не всегда страшно, а иногда просто пахнет иначе. Четвёртый - чтобы просто рассмешить, когда ты гоняешься за собственным хвостом.
Они не пронумерованы. Не все весёлые. Некоторые - грустные или тревожные. Но все они - твои. Каждый из этих рассказов, как капля дождя на окне, чуть-чуть меняет рисунок твоего мира. Каждый лепесток, сорванный с цветка, каждый спасённый носок, каждый вечер, встреченный у порога, - это отдельная, маленькая, законченная история. И из них, как из мозаики, складывается не «смысл», а твоя собственная, уникальная картина.
Буся посмотрел на дверь. Скоро за ней раздадутся шаги. Начнётся история под названием «Возвращение». Потом будет история «Ужин», история «Игра в фантик», история «Сон на коленях».
Он больше не искал одной большой цели. Он понял, что цель - не в финале. Она - в каждом этом маленьком, отдельном рассказе. В том, чтобы прожить его честно: испугаться, если страшно, мурлыкать, если радостно, и задуматься, если непонятно.
Он сладко потянулся, отряхиваясь от тяжёлых мыслей, как от капель воды. За окном пролетела ворона, обещая новую историю для наблюдения. Паучиха Адриана доплетала свою за шкафом. А где-то в Каменных Джунглях Катя, возможно, скучала по нему, и это тоже была часть их общей, большой, сборной книги.
Жизнь не была романом. Она была библиотекой, полной маленьких, бесценных, живых историй. И он, котёнок Буся, был и их героем, и их внимательным читателем, и - самое главное - их бережным хранителем. И этого было достаточно. Более чем достаточно.
