Наконец, дверь захлопнулась, и в квартире воцарилась зловещая тишина. Артём обернулся к жене, его голос прозвучал леденяще спокойно:
— Сегодня твоя спальня — ванная. И чтобы до утра не вылезала отсюда!
— Артём, умоляю, не надо! Я ведь ничего плохого не совершила? Только не ванная… — Лиза разрыдалась и кинулась к мужу, но он грубо оттолкнул её.
— В том-то и дело, Лиза, что ты ничего не сделала! — жёстко произнёс Артём. — А должна была! Напоминаю наши договорённости: провинилась — ночуешь в ванной.
— Артём, это же бесчеловечно! Я не животное. За что такая жестокость? — Лиза повалилась в кресло, сгорбилась и залилась слезами, прикрывая лицо ладонями.
— Ты до сих пор не осознаёшь, Лиза, — холодно парировал муж. — Правила просты: гуляешь с подружками — иди в ванную.
— Я же не напивалась, — сквозь рыдания ответила она, — мы с Ирой выпили всего по бокалу вина.
— Бокал… От тебя разит, как от забулдыги в портовом кабаке. А я терпеть не могу запах алкоголя, — резко бросил Артём.
— И чтобы я больше не слышал об этой Ирине! С сегодняшнего дня запрещаю тебе с ней видеться! — Он с силой шлёпнул ладонью по подоконнику. — Она всегда мне не нравилась.
— При чём тут Ира? — Лиза отняла руки от заплаканного лица.
— При том, Лиза…
— При том, Лиза, что сейчас десять часов вечера. Я вернулся с работы вымотанный. Ты пьяна. Ужина нет. В доме беспорядок. На завтра у меня не готова рубашка. — Артём резко распахнул окно. Ледяной февральский ветер ворвался в комнату.
— Холодно, — прошептала Лиза. — Закрой, пожалуйста.
— Нет! Проветривай свои мысли. Оказывается, Ира тебе важнее, чем ухоженный дом и благополучие мужа, — проворчал Артём.
— Артём, закрой окно, я всё сделаю. И приберусь, и приготовлю ужин, и рубашку поглажу! — взмолилась жена.
— Слишком поздно суетиться. Мне завтра вставать в шесть. Ты только мешать будешь и вонять на всю квартиру. Бери подушку и марш в ванную. Чтобы до утра тебя не было слышно, — отрезал Артём, не скрывая раздражения.
Лиза поняла, что спорить сейчас бессмысленно. Она молча поднялась и побрела в спальню за одеялом.
— И будь благодарна, что я разрешил взять подушку, — крикнул ей вдогонку муж.
Укрывшись в ванной, Лиза тихо плакала, пытаясь осознать, как некогда любящий муж превратился в чудовища. Когда-то Артём был для неё идеалом — галантным, внимательным, заботливым.
Всё изменилось после того, как он оплатил дорогостоящую операцию её матери. С тех пор его отношение стало грубым и пренебрежительным. Сначала это были мелкие упрёки, а затем… как минимум раз в неделю Лиза была вынуждена спать в ванной.
«Всего пара бокалов… Я же в сознании, говорю внятно…» — пыталась оправдаться она сама перед собой.
«Опоздала… не приготовила ужин, не прибралась… И что теперь? Я заслуживаю этого?» — Лиза всхлипывала, лёжа в холодной чугунной ванне.
— И включи вытяжку на полную! Чтобы выветрился твой перегар! — донёсся из-за двери голос Артёма. Мужчина, всё детство страдавший от запоев отца, на дух не переносил даже намёк на алкоголь.
«Раньше я могла выпить, и он не говорил ни слова… А теперь…» — Лиза беспокойно ворочалась, пытаясь устроиться поудобнее. Одно дело — принять ванну с ароматной пеной, другое — провести здесь ночь.
Она вспомнила, как пять дней назад он тоже отправил её в ванную — тогда Лиза забыла забронировать столик в ресторане для его встречи с партнёрами.
Артём хотел именно тот ресторан, с панорамным видом. У Лизы разболелась голова, и она не позаботилась о брони. Когда муж позвонил, свободных мест уже не было. Артём пришёл в ярость.
— Неужели из-за такой мелочи я снова здесь? — в тот раз она попыталась возразить.
— Это не мелочь! Это неуважение к тому, что для меня важно! — закричал он в ответ.
Тогда Лиза впервые пригрозила разводом. В ответ он показал ей нотариально заверенную расписку на пять миллионов рублей — долг её матери.
«Да, развестись будет непросто…» — Лиза вернулась из воспоминаний в суровую реальность.
«Совместного имущества нет. Его доходы тщательно скрыты. И я останусь с долгом матери, который он не требует, пока я его жена…» — Елизавета чувствовала, что попала в ловушку.
«Цена моей свободы — пять миллионов… Как только отдам, сразу уйду», — уставясь в потолок, думала она.
Лизу разбудил стук в дверь.
— Я разрешал тебе закрываться? Немедленно открой, я опаздываю! — Артём снова был в ярости.
«Боже, я надеялась, что он остынет за ночь…» — осторожно открыла дверь Лиза.
— Воняет так, будто ты выпила не один бокал! — Артём двинулся к умывальнику, больно задев её плечом. — Быстро на кухню, готовить завтрак. У тебя пять минут.
Тяжело вздохнув, Лиза побрела на кухню.
«Как же я его ненавижу», — думала она, взбивая яйца.
— Что там так долго? — с недовольным видом появился на кухне Артём.
— Сейчас, всё почти готово. — Лиза поставила тарелку на стол и вернулась к плите.
— Так, слушай сюда, — начал муж. — Раз ты не работаешь, бездельничаешь с подругами и живёшь за мой счёт… С сегодняшнего дня будешь помогать мне с делами.
— В каком смысле? — удивлённо посмотрела на него Лиза.
— В прямом! — буркнул Артём. — Я отправил тебе список заданий. — Он достал телефон и отправил сообщение.
— Найти типографию, проверить документы, позвонить насчёт выставки… Аркаша, ты серьёзно? Я не разбираюсь в твоей работе! — Лиза смотрела на него в изумлении.
— Серьёзнее некуда. Бери и делай. Всё расписано. — Артём чавкал, жадно поглощая омлет. — Возникнут вопросы — пиши.
— Артём, это обязанности секретаря. Я готова помочь, но давай зачтём это в счёт маминого долга, — спокойно сказала Лиза.
— Долга? — взорвался Артём. — Ты живёшь в моей квартире, ешь мою еду, носишь купленную мной одежду. Ты за пять лет не заработала ни рубля!
— Помогать мне — твоя прямая обязанность! Не нравится — уходи к чёрту.
— Но помни: долг я с твоей матери взыщу. Поскольку денег у неё нет, заберу её квартиру. И будете жить в сарае.
— Или где-нибудь в дыре. На что хватит ваших грошей… После продажи её жилья, которое покроет мой долг… Не смей даже заикаться о долге! — крикнул он.
Артём швырнул тарелку на стол. Остатки еды разлетелись.
— Неблагодарная! — он направился в прихожую. — Чтобы к вечеру всё было сделано!
— Иначе снова пойдёшь в ванную. С твоим отношением тебе там самое место! — громко хлопнул дверью.
Лиза с трудом прибралась на кухне. Тревога и обида сдавили грудь.
— Ирина. Я больше не могу, — набрала подругу Лиза.
— Артём опять отправил меня в ванную и грозит сделать своей рабыней… — дрожащим голосом пересказала она последние события.
— Он в себе? Это же настоящее насилие! — возмутилась Ирина.
— Он хотя бы не бьёт. Только кричит и толкается, — вздохнула Лиза.
— И ты готова это терпеть? — выпалила подруга.
— А что делать? Денег нет. Он заберёт мамину квартиру.
— Заначка в сейфе, квартира, машина — всё его, заработано до брака. Сейчас мы ничего не копим. Или он скрывает доходы. У меня нет выхода. Только терпеть и подчиняться. — Лиза расплакалась.
— Выход есть всегда. Через суд договоришься о выплатах. Устроишься на работу. Возьмёшь кредит. Лучше быть должной банку, чем этому тирану.
— Или сходишь на ток-шоу, расскажешь, как он тебя в ванной держал. Люди помогут.
— Или напишешь книгу «Как я жила у мужа в ванной». Станешь знаменитой! Главное — действовать.
— Ты живёшь с психопатом, — вздохнула Ирина. — Нормальный муж так не поступает.
— Ты права, я живу с психопатом, — с горечью признала Лиза.
— Так борись же! Хочешь, я приеду?
— Нет, я справлюсь. Мне нужно собраться с мыслями. — Лиза положила трубку и задумалась.
Нужно придумать план и набраться терпения. А чтобы не вызывать подозрений — сделать то, что просит Артём. — Она открыла интернет и начала искать типографию.
Вечером Лиза отчиталась о выполненной работе. Муж сухо поблагодарил её и после ужина отправился в ванную.
— Почему полотенце несвежее? Опять за домом не следишь? — раздался его крик.
— Стирала два дня назад, им никто не пользовался, — подойдя к двери, ответила Лиза.
— А гель для душа? Почему так мало? Я предупреждал: когда остаётся десять процентов, ты покупаешь новый! — его голос дрожал от раздражения.
— И поставь мой телефон на зарядку.
— Я весь день делала твои задания и убиралась. Когда мне выходить? — с обидой сказала Лиза, забирая телефон.
— Надо всё успевать! — крикнул он. — Я зарабатываю, ты следишь за домом.
— Я была занята твоей работой, — стоя у двери, ответила она.
— Не смей перечить! Не прибрала ванную — значит, ночуешь здесь.
— Как раз у тебя будет время подумать о полотенце и геле, — злорадно добавил он.
В тот момент Лиза поняла: у неё нет времени на раздумья.
— Ещё один день с этим тираном я не выдержу. Это край! — она притащила из гостиной кресло и с силой подперла им дверь в ванную. Затем добавила швабру и другие предметы.
— Что ты там возишься? Завари мне чаю, — буркнул Артём из-за двери, не слыша её действий.
— Сейчас, дорогой, доглажу рубашку и всё сделаю, — трижды солгала Лиза, чтобы выиграть время.
Она спокойно пошла в спальню, собрала вещи, забронировала отель и разослала контактам мужа сообщение: «Уехал в другой город по семейным обстоятельствам. Вернусь — напишу».
Оделась, выставила в прихожей два чемодана, проверила сумку и документы. Елизавета взяла все деньги, которые нашла, выключила телефон мужа и бросила его на диван.
Подойдя к ванной, проверила конструкцию. Дверь была надёжно заперта. Ремонт Артём делал на совесть.
— Ты где? Где чай? — недовольно проворчал он. — Телефон зарядился? Неси его.
— Не принесу я тебе телефон, Артём. И чая не будет, — усмехнулась Лиза.
— Ты в себе? Быстро принеси! Иначе неделю будешь жить в ванной!
— Нет, Артём! Неделю в ванной будешь жить ты! — твёрдо сказала она и направилась к выходу. Перед уходом Лиза дёрнула рубильник. В квартире погас свет.
«Наконец-то, я свободна. И неважно, что будет дальше. Главное — этот человек больше не сможет меня обижать», — её распирало от счастья. Она не помнила, когда последний раз дышала так легко.
---
На следующий день Лиза приехала к матери и с помощью подруг за два дня продала её квартиру. Вместе они исчезли в неизвестном направлении.
Лишь несколько подруг знают, где Елизавета начала новую жизнь. Там солнечно и пахнет морем. Но они никому не расскажут.
Артёма нашли спустя семнадцать дней в ванной. Он чудом остался жив, едва двигаясь и готовясь к худшему.
Выйдя из больницы, он обнаружил, что Лиза забрала все его деньги — больше двадцати миллионов рублей в иностранной валюте, которые годами лежали в сейфе. Увидев пустой сейф, Артёму стало не до смеха.
Семнадцать дней он провёл в полной темноте. Теперь, выходя на улицу, он щурится и инстинктивно прикрывает глаза от солнца — того самого солнца, что одинаково ласково светит и хорошим, и плохим людям.
