Платформы: PC (Steam), PlayStation 4, PlayStation 5, Xbox One, Xbox Series X|S, Nintendo Switch (NSW).
Иногда алхимия меняет не мир вокруг, а то, как ты на него смотришь. Atelier Yumia — как раз из таких опытов. Gust вместе с Koei Tecmo в этот раз не просто сварили ещё одно зелье «про девочку и котёл», а попытались перегнать саму суть серии через колбу памяти и воображения — и посмотреть, что останется на дне.
Юмия, юная алхимик из затерянной деревушки, с детства живёт с мыслью, что воображение — это не пустая фантазия, а настоящая материя. Так её учили старшие: «Подумай сильнее — и мир ответит». Пока Граница Воспоминаний цела, это звучит как красивая философия. Но в какой‑то момент невидимая оболочка, которая держит прошлое в порядке, даёт трещину. Воспоминания начинают высыпаться из мира, как песок из треснувшей колбы: где‑то люди вдруг забывают дороги, где‑то целые истории превращаются в туманное «что‑то было», а где‑то просто исчезают целые фрагменты ландшафта.
Алхимику с таким багажом выбора почти не оставляют. Юмия отправляется в Envisioned Land — место, которое любой старый мастер назвал бы «побочным продуктом коллективного сознания». Это пространство, сотканное из забытых вещей, детских грёз, недописанных историй, тех самых «потом как‑нибудь, не сейчас». Там ходят духи памяти, каждое существо хранит чей‑то обрывок жизни; странники, чьи мечты стали кусочками местности; хранители границ, пытающиеся хоть как‑то остановить распад полотна.
В этом мире алхимия больше не про «взял траву, взял руду». Основной ресурс — сами воспоминания. Любой предмет здесь существует сразу в двух видах: реальном и воображаемом. Камень, который ты держишь в руке, при нужном подходе становится кристаллом света; сухая ветка в чьих‑то воспоминаниях — это дерево, под которым когда‑то прятались от дождя, и её «эмоциональный заряд» меняет реакцию в котле куда сильнее, чем прописанное в справочнике качество. Юмии приходится изучать компоненты не только по плотности и цвету, но и по тому, чем они были для тех, кто их помнит: радостью, страхом, утратой, надеждой.
Синтез в такой мастерской превращается в «сборку образов». Ты комбинируешь не просто вещества, а истории: воспоминание о тёплом доме и о холодной дороге даёт зелье, которое согревает путников; соединяешь страх высоты и образ крыльев — получаешь артефакт, позволяющий ненадолго нарушить привычную гравитацию. Каждый эксперимент идёт по тонкой грани: рецепт может «распасться» — уйти из твоей памяти, на время исчезнув из списка, — или наоборот, раскрыться прозрением: открывается скрытое свойство, о котором не знал даже тот, кто первым придумал этот предмет.
Мир вокруг Юмии реагирует на неё не хуже, чем котёл. Ландшафт здесь пластичен: лес, по которому ты идёшь в приподнятом настроении, звучит светлыми красками, лучи пробиваются сквозь листву; та же самая роща, куда ты возвращаешься в состоянии горького воспоминания, туманится, деревья становятся выше, тени гуще. Envisioned Land как будто считывает эмоциональный фон алхимика и подстраивает под него декорации. Разломы воображения — отдельная история: это порталы в альтернативные версии уже знакомых мест, где реки текут вверх, корни деревьев смотрят в небо, а привычные ориентиры внезапно перестают быть надёжными.
Чтобы не заблудиться окончательно, Юмия учится ставить в мире «маркеры памяти» — вещи, которые она и другие могут помнить одинаково. Поставила фонарь, скамейку, странный тотем — и это место становится узлом, к которому можно вернуться быстро, даже если остальное пространство слегка переписалось. Некоторые тропы открываются только при определённых состояниях — эмоциональных или алхимических: где‑то нужен предмет, который «помнит воду», где‑то — настроение чистого любопытства, без страха и злости.
Растёт Юмия тоже не по сухим таблицам. Помимо привычных навыков алхимии, сбора, боя и дипломатии, у неё есть эмпатия — умение слышать духи памяти и резонировать с ними. Чем сильнее эта сторона, тем глубже диалоги, тем охотнее мир открывает свои секреты. Экипировка здесь не просто «шлем +10 к защите», а вещи с собственным прошлым: меч, который «помнит» былую силу, и в нужный момент вдруг выдаёт старое качество; перчатки, когда‑то принадлежавшие другому алхимику, и потому добавляющие бонус, если ты работаешь с похожими рецептами.
Союзники Юмии — это не только помощники в бою, но и ключи к новым слоям реальности. Каждый NPC приносит с собой свою историю, свой кусочек Envisioned Land, свои рецепты и свои вопросы. А лаборатория постепенно превращается в настоящий зал зеркал воображения: здесь можно устраивать сложные трансмутации, буквально «собирать» образы из осколков, играть в мини‑игры по восстановлению разбитых воспоминаний, как пазл.
Битвы в таком мире редко бывают просто дракой. Да, формально система пошаговая, но акцент смещён на управление окружением и состояниями. Иллюзорные преграды, которые существуют только для одних врагов; зоны, где «резонанс» усиливает или связывает эффекты; статусы вроде забвения, когда противник теряет ход, забыв, что вообще собирался делать, или прозрения, когда краткий всплеск ясности делает удар вдвое сильнее. Многих врагов можно не убивать: с духами памяти чаще хочется договориться, отдать им предмет, который заменит утерянный фрагмент, и тем самым отпустить их дальше.
Крупные боссы — Стражи Границы — словно проверяют Юмию на то, насколько она поняла двойственную природу мира. Почти каждое столкновение с ними требует не только хороших чисел в характеристиках, но и умения работать с дуальностью: использовать и реальный, и воображаемый аспект предметов, переключать эмоциональный фон, комбинировать очевидное и скрытое.
Время здесь течёт мягко, как чернила в воде. Есть задания «до заката» — условный срок на восстановление нескольких фрагментов памяти или стабилизацию какой‑то зоны, — но это не те старые жёсткие таймеры, что подгоняли из игры в игру. Скорее деликатное напоминание: слишком долго медлить — тоже выбор, и последствия у него будут. Хочешь — неделями сидишь в мастерской, оттачивая синтез; хочешь — бродишь по локациям, слушая, как шуршат обрывки чужих историй.
Визуально Yumia выглядит так, будто художнику позволили рисовать прямо по воздуху. Мягкая акварель сочетается с 3D‑графикой, а элементы воспоминаний буквально парят в пространстве: куски старых домов, застывшие в небе, светящиеся осколки, странные силуэты. На современных консолях и мощном ПК всё это работает плавно, в 4K и 60 FPS, на Switch выглядит скромнее, но идея не теряется: мир кажется хрупким, будто его в любой момент можно случайно разбить ещё сильнее.
Музыка под стать: оркестровые темы перемешаны с электронной легкой «дымкой» и этническими мотивами. В одних сценах ощущения такие, словно ты листаешь старый дневник; в других — будто стоишь на границе сна и яви, и любое движение определит, куда тебя унесёт. Для тех, кто скучает по старому звучанию Atelier, дали опцию переключиться на более классические аранжировки.
Жить в этой лаборатории удобно: авто‑сохранения, фильтры ресурсов по эмоциональному заряду, чёткий журнал задач с метками, опциональная ускоренная прокачка и достаточно гибкая сложность — от расслабленного «пусть истории сами разворачиваются» до режимов, где каждая ошибка в синтезе или бою чувствуется довольно остро. Коллекционерская жилка здесь разгуляется: редкие рецепты, костюмы, декор для мастерской, записи о духах памяти, события «Эха Прошлого», когда мир на время меняется под воздействием давно забытых событий.
Кросс‑прогресс работает как хорошее заклинание переноса: начал игру на ПК, продолжил на консоли в гостиной, взял Switch в дорогу — и все записи, рецепты, решения следуют за тобой через аккаунт Gust. Технически к 2025‑му всё выглядит прилично: на ПК есть поддержка ультра‑широких мониторов и подробные настройки графики, на PS4 и Xbox One подольше грузятся локации и встречаются более долгие переходы, но без фатальных просадок; на PS5 и Series X|S игра раскрывается полностью; Switch тянет это всё с урезанными эффектами, но не теряя общего рисунка.
Разумеется, у такого зелья есть и осадок. Механики, завязанные на эмоциях и памяти, для новичков могут показаться слишком расплывчатыми: без желания разбираться или подсказок можно просто «тыкать по меню» и не понимать, почему что‑то срабатывает. На слабых системах в тяжёлых зонах FPS проседает, на старых HDD загрузки затягиваются. Официального русского перевода традиционно нет, и тем, кто предпочитает играть на нашем языке, снова приходится искать фанатские решения. А если вы уже проходили Ryza или Sophie, базовые принципы алхимии покажутся знакомыми — просто одетыми в другой, более философский костюм.
Но в целом Atelier Yumia ощущается именно как алхимический трактат о памяти. Здесь ты не просто варишь зелья, а постоянно общаешься с прошлым — своим, чужим, общим. Перемешиваешь радость и боль, страх и надежду, чтобы получить что‑то, что поможет кому‑то сделать ещё один шаг вперёд. И в этом смысле игра очень точно про серию в целом: Atelier всегда была про маленькие истории и тихие перемены, просто теперь это не фон, а сама суть формулы.
Если смотреть на Yumia глазами алхимика, это не взрывной прорыв и не скучное повторение старого рецепта, а аккуратный, продуманный синтез: берём традиции, добавляем щепотку эксперимента, вливаем настой из чужих воспоминаний — и смотрим, как всё это меняется в свете нового дня. И, возможно, главный её эффект даже не в том, что происходит на экране, а в том, что ты сам невольно начинаешь вспоминать: о своих любимых играх, людях, местах. Алхимия, как ни крути, всегда была про это.
Спасибо за прочтение! И, если понравился материал – подписывайтесь на канал!
Канал в Дзен https://dzen.ru/id/68dbad628708355f37ddf30b?share_to=link
ВКонтакте https://vk.com/settings#:~:text=https%3A//vk.com/id1070875361
Однокласники: https://ok.ru/profile/910333695756?utm_campaign=web_share&utm_content=profile
VK Видео: https://vkvideo.ru/@club234143489