В. Суколинский работает в центре дополнительного образования детей и молодежи «Эврика» и скромно называет себя человеком, который просто пишет песни.
— Композиторы — это Чайковский, Мусоргский, Бах, Бетховен, Моцарт, — скромничает В. Суколинский. — Я же немножко творю. Хотя, по мнению большинства, как раз слишком много: мол, в год должно выходить не больше 1—2 песен.
Можно и кофемолке песню посвятить
Количество музыкальных произведений собеседника уже превысило 500. При том, что до определенного времени он вел счет только песням «под ключ»: где и слова, и музыка — его авторства.
— Потом решил, что можно включать в список и те, где чужие стихи положены на мои мелодии, — смущенно пожимает плечами В. Суколинский. — Хотя нередко тексты все равно приходится переделывать, так как не каждый автор понимает, что стихи и песенный текст — понятия разновеликие. Последний должен быть небольшим, емким, где каждая строчка — это зеркало смысла. А просто дюжина столбиков, написанная в рифму убористым почерком, не всегда гармонично ляжет на музыку. Технически, даже к инструкции к кофемолке можно написать музыку, но песней она от этого не станет.
Тянет пошутить: смотря кто будет автором. У В. Суколинского есть песни, написанные для джиперов — тех, кто апгрейдит авто и потом ездит по бездорожью. Соответственно, и слова, и звуки в них характерные — рев мотора, визг тормозов и даже чавканье увязших в грязи колес можно расслышать.
По образованию В. Суколинский руководитель оркестра — дирижер. За плечами у него полный цикл — от музыкальной школы через училище до Института культуры. В арсенале маэстро — набор звуков абсолютно всех инструментов: от ударных до духовых, от смычковых до клавишных. А иногда и невероятный экспромт.
— Для одной песни был необходим звук марша: вот идут солдатики и поют, — вспоминает В. Суколинский. — Роту взять неоткуда, да и плац тоже. Более того, нужны именно исполнители-непрофессионалы. Вызываю друга—гитариста, он наигрывает похожий «отбивающий такт». Записываю себя, выхожу в коридор, ловлю первых попавшихся, прошу напеть припев, сводим все воедино — и получается красота!
Тут был старт
Музыкальная карьера В. Суколинского началась еще в 1998-м. Тогда они сколотили коллектив и начали играть то, что сейчас называют каверами.
— Затем возникла идея записать свой репертуар, тем более что были 1990—е, когда группы возникали как грибы после дождя, — вспоминает собеседник. — А дебют случился в тот момент, когда тогдашний глава администрации Фрунзенского района попросил подучить его дочь играть на фортепиано и написать песню. По факту, это была самая первая песня, записанная в студии и которая впоследствии прозвучала на телевидении! Для меня это был праздник и восторг не меньше, чем день рождения!
Дальше — больше. В. Суколинский творил, затем перешел в центр «Эврика» заведующим отделом, попробовал бумажную работу, окончательно убедился, что это — не его, и с головой окунулся в творчество.
— Именно в этой студии в начале нулевых появился интересный проект — патриотическая группа «СССР», — рассказывает композитор. — Воины-интернационалисты, выступление которых покорило российскую Госдуму настолько, что их потом в хорошем смысле переманили. Знаю, что ребята с концертами объездили буквально весь бывший Союз.
В этой студии В. Суколинский писал «Параллельные линии» для Полины Смоловой, сотрудничал с Галиной Шишковой, Дмитрием Кочеровским, Инной Афанасьевой. Песни известных исполнителей, которые мы знаем наизусть, — из-под его пера.
— Многие сразу шли на «Песню года», и было так удивительно и приятно, что песенка не просто удалась, а сразу звучит с большой сцены, — с улыбкой отметил В. Суколинский.
Композитор пишет не только для людей поющих, но и для тех, кто, казалось бы, к музыке отношения не имеет. Например, он сделал альбом доктору Сайкову для участия в проекте «Две звезды». Шутит, что после этого закралась мысль: «А может, самому попробовать исполнить? Хотя, где я, а где петь».
Гастроли в Мьянме
Этой осенью В. Суколинский с коллективом давал серию концертов в Мьянме. А началась яркая история с того, что собеседник написал Гимн партии Солидарности и Развития Республики Союз Мьянма под впечатлением от предыдущего путешествия. Своим творчеством композитор восхитил не только простых жителей, но и высокопоставленных лиц. Настолько, что его пригласили выступить с серией концертов.
— Гимн — не единственная песня, которую я посвятил удивительной Мьянме, — рассказывает В. Суколинский. — Программа, которую мы привезли (вся концертная группа — трио, состоящее из самого композитора и двух исполнительниц. — Прим. авт.), включала и блок белорусской песни, и патриотический, и посвященный дружественным отношениям наших государств. Одна композиция и вовсе была полностью на бирманском. А в песне о Беларуси мы сделали такую «фишечку» — привезли с собой буханку хлеба и выносили его на ручнике в начале выступления. Наивные, думали, что этот хлебушек отъездит с нами все гастроли. Благодарный и впечатленный зритель съел его до крошки, не успели мы песню допеть. И что делать? Спасло посольство Российской Федерации: оперативно откликнулись, предоставили повара, который напек нам хлеба на все время выступлений!
По окончании концерта В. Суколинский удивил местных игрой на баяне, исполнив «Катюшу», понятную каждому в любой точке земного шара.
— А в столице Мьянмы Нейпьидо выступили перед главой государства, — рассказывает собеседник. — Одна из песен концерта написана на тему землетрясения весной 2025-го. Своего рода реквием, что сопровождал соответствующий видеоряд. Мне потом сказали, что многие высокопоставленные лица украдкой вытирали слезы.
Высоким стилем
В гимнах, а также в маршах, по мнению композитора, есть своя необъяснимая притягательность. Интересно, что они очень нравятся маленьким детям. Хотя и слова, и бравурное, возвышенное сочетание смычковых, клавишных и ударных инструментов ориентированы больше на восприятие взрослых.
— При всем этом гимн не всегда сопровождает набор серьезных скрипичных, смычковых, ударных, духовых инструментов, — рассуждает В. Суколинский. — Иногда это самая обычная лирическая песня. Как та, что была написана к юбилею Фрунзенского района.
— «Пусть цветут каштаны и смеются дети», — мелодично напевает композитор, отбивая пальцами ритм по столешнице. — Она впоследствии стала гимном района. Ода Национальному аэропорту, академии наук… А Минску хвала написана? И такая песня, хоть и без приставки «гимн», есть.
Собеседник колдует над пультом — и из динамиков льется: «Город есть на земле, этот славный город Минск, родины моей столица. И нигде не встретишь города прекраснее, нет его дороже и родней!». Тут нет тревожных ударных, нагнетающего плача скрипки. Песня, наоборот, будто окутывает, настраивает на душевный лад.
Без души не поется
— Знаете, что самое интересное и одновременно странное? Зачастую для песни не столь важны вокальные данные и чистота исполнения, сколько душа, которую ты вкладываешь в напев. Много артистов с изумительными данными, высоким диапазоном голоса, но при этом не могут передать настроение. Условно, вспомним творчество Михаила Боярского. Будем честны, к вокальным данным — сто и один вопрос. Но! Любой кавер на его творчество всегда вчистую проигрывает оригиналу, — поделился В. Суколинский.
Раз уж заговорили о М. Боярском и днях минувших… Многие откровенно ругают, мол, скатились не пойми куда, а местами вообще дно пробили. Раньше, правда, было лучше?
— Не согласен с теми, кто считает, что раньше было «ух», а сейчас стало «ох», — категоричен собеседник. — Раньше было по-другому, как минимум, потому что не было такого выбора. Музыкальное пространство было менее открытым и варилось, в большей степени, в своем котле, пусть туда и просачивались на радость меломанам новомодные веяния. Сейчас же музыкальный мир открыт в своем многообразии, и это дает исключительную возможность тренировать слух и вкус. Казалось бы, звучит как вседозволенность, которая развращает. На самом деле — нет.
Песня должна цеплять
— Не зацикливаюсь на жанрах, пишу и патриотику, и детские песни, но ближе и душевнее всего мне шансон. Его очень и очень зря заклеймили низкосортной музыкой, потому что именно она играет на струнах души. Ведь если песня не цепляет, значит, весь труд в топку. И главная ошибка многих артистов — они неправильно выбирают репертуар. 99,9 % из них поют то, что нравится им. А нужно выбирать то, что по душе публике. Кроме того, должна быть гармония между песней и, образно говоря, манерой исполнителя. Иначе получается дисгармония, которую замечает даже неискушенный слушатель, и самая классная песня просто не зацепит, — рассказывает автор песен. — Несколько лет назад на запись приезжала Наташа Королёва. Включаем, начинаем запись, и через три секунды я останавливаю именитую певицу. Спрашиваю, кто поет. Она в недоумении смотрит на меня и отвечает, мол, я, разве не очевидно. А я и объясняю, что сейчас звучит очередная Лобода, а нужна Наташа Королёва, с теми «фишечками» и манерой, которые любят и знают миллионы. Правда, не все такие сговорчивые и терпимые к советам. Часто воспринимают в штыки.
В. Суколинский убежден: песни нужно писать под исполнителя. Условно: если это детская песня, то и слова, и смысл должны быть на соответствующем уровне.
— Многие авторы часто пытаются мерить взрослыми категориями и переносят свои переживания на этих еще неоперившихся птенцов, — объясняет собеседник. — Из детских уст взрослые фразы и мысли звучат странно, а иногда и комично. Если я пишу о водителе-дальнобойщике, то и манера должна быть соответствующая. Согласитесь, эффектные и сложносочиненные фразы в духе Льва Николаевича Толстого будут звучать странно.
Завершим классическим моментом про вдохновение. Что двигает автора к новым свершениям?
— Люди, события, впечатления, — отвечает В. Суколинский. — Причем не обязательно это что-то звучное. Хотя… вот проходил я мимо Национального футбольного стадиона — красота же! Как подумаешь, сколько кропотливого труда вложено… Под впечатлением сел и за вечер написал песню. И мысли сами собой в слова складываются, и мелодия вырисовывается стройно. Как бы это лирично и одухотворенно ни звучало.
Таких обычно называют самородками и гениями. В. Суколинский смущенно отмахивается в привычной манере, мол, я просто пишу песни и искренне люблю это делать.
Фото Ирины Малиновской