Разиня / Le corniaud. Франция-Италия, 1964. Режиссер Жерар Ури. Сценаристы: Жерар Ури, Марсель Жюллиан, Андре Табе, Жорж Табе. Актеры: Бурвиль, Луи де Фюнес, Венантино Венантини, Беба Лончар, Ландо Будзанка, Алида Келли и др. Прокат в СССР – 1968. 30,9 млн. зрителей за первый год демонстрации. Кинопрокат во Франции: 11,7 млн. зрителей. Кинопрокат в Италии: 1,4 млн. зрителей.
Прежде чем оказаться по ту сторону камеры, Жерар Ури (1919-2006) целых двадцать лет жизни отдал актерскому ремеслу. После учебы у знаменитого Мишеля Симона он был принят в труппу театра «Комеди франсез». Однако проработал там недолго: вскоре после начала второй мировой войны эмигрировал в Швейцарию, где снова попытался найти свое место в артистическом мире.
Beрнувшись в Париж, Жepap Ури дебютировал в кино («Антуан и Антуанетта» и др.), в 1950-х написал несколько сценариев: «Двухстворчатое зеркало» для Андре Кайатта, «Бабетта идет на войну» для Кристиана-Жака...
Так или иначе, все пути вели Жерара Ури к режиссуре. «Горячая рука», «Угроза», «Преступление не окупается» неплохо прошли в прокате, хотя и не стали сенсацией.
Но уже в «Разине» Жерар Ури нашел свою палочку-выручалочку в дуэте Луи де Фюнеса и Бурвиля. Эта комедия побила все кассовые рекорды французского экрана. Зрители многих стран от души смеялись, видя, в какие забавные ситуации попадал застенчивый и наивный герой Бурвиля, которого пытался использовать в своих преступно-контрабандистских целях нервно-подвижный персонаж де Фюнеса.
Время от времени наше телевидение снова выпускает на экран неувядающих «Разиню» с «Большой прогулкой», и новые зрительские поколения по-прежнему весело смеются над похождениями героев Бурвиля и де Фюнеса.
Нельзя не согласиться с тем, что «герои Бурвиля обычные, заурядные, простые люди. Которых сотни тысяч, они глуповаты и смешны, они себе на уме и вечно попадают впросак, они достойны осмеяния, но не заслужили издевательств. Бурвиль очень тонко чувствует эту грань, эту меру юмора и сатиры, которая позволяет ему потешаться над недостатками, но не унижает человеческого достоинства» (Алова, 1997: 30).
Зато персонажи Луи де Фюнеса были всегда напористы в выстраивании своих хитроумных планов, которые, как правило, терпели крах, но все равно не сдавались и шли к своей цели…
Веселая комедия с участием Бурвиля и Луи де Фюнеса «Разиня» впервые в СССР была показана в июле 1965 года в рамках Московского международного кинофестиваля.
И газета «Советская культура» поспешила тут обвинить эту ленту в рекламе буржуазного образа жизни:
«Всем своим строем фильм зовет: «Купите! Купите! Посетите наш отель! Наш ресторан! … То, что увидели мы на экране – всего лишь одна из разновидностей детективно-приключенческого, туристко-рекламного жанра, столь распространенного в западном кинематографе» (Петрова, 1965: 4).
Правда, в год выхода «Разини» в советский кинопрокат литературовед, киновед и кинокритик Лев Аннинский (1934-2019) оценил эту картину иначе:
«Перед нами вольтеровская ситуация: хитрец и простак. На сей раз результат встречи— легкая комедия. Простак не сомневается, что ему доверили только перегнать машину, а ловкач тайно едет за ним следом и смотрит, чтобы он не сбежал. … именно они «держат» фильм: в главных ролях — Луи де Фюнес и Бурвиль со всеми вытекающими отсюда последствиями. Все остальное — красоты приморской Италии, показанные Жераром Ури в обычном рекламно-туристическом стиле, с новинками технического комфорта, знакомого нам по бесчисленным «Фантомасам». Сделано это не слишком навязчиво и — главное — не мешает нам следить за дуэтом двух комиков мирового класса» (Аннинский, 1968).
Уже в XXI веке кинокритик Денис Горелов пишет, что в «Разине» «один суетился – другой тупил. Один жестикулировал – другой давал флегму. Один химичил, жуковал, комбинировал – другой пел в душе (ударение произвольное). Спелись настолько, что казались неразлучным дуэтом – а сыграли вместе всего‑то три картины и в каждой тащили поперек Франции какой‑то стремный груз. «Через Париж» – контрабандный окорок мимо немецких патрулей, в «Разине» – золотые бамперы, в «Прогулке» – сбитых английских летчиков. Прятать еду, англичан и драгоценности ради кусочка славы, свинины и миллиона – это очень, очень, очень по‑французски» (Горелов, 2019).
«Разиня» и сегодня – одна из любимых комедий многих зрителей:
«Фильм прекрасный. Образчик классической французской кинокомедии с неподражаемыми Бурвилем и Луи де Фюнесом. Смотрел бесчисленное количество раз, и не надоедает. Этот фильм – отличное лекарство от плохого настроения» (Игорь).
«Блистательная комедия, один из лучших образцов золотого века французского кинематографа, дуэт де Фюнес-Бурвиль неподражаем: проходимец и честняга, масса смешных эпизодов, Жерар Ури мэтр кинокомедии прекрасной Франции!» (Дейгтон).
Киновед Александр Федоров
Любовь с первого взгляда / Amor a primera vista. Аргентина, 1956.Режиссер Лео Флейдер. Сценарист Абель Сантакрус (по пьесе Жана Картье). Актеры: Лолита Торрес, Освальдо Миранда, Рамон Гарай и др. В СССР – с 1960. 30,8 млн. зрителей за первый год демонстрации.
Режиссер Лео Флейдер (1913-1977) за свою карьеру поставил три десятка фильмов, в основном – развлекательных («Племянники Зорро», «Девушка на двоих», «Музыкальная шкала», «Влюбленные дебютанты», «Очарование любви» и др.). В СССР огромный успех имела его музкомедия с участием популярной певицы и актрисы Лолиты Торрес (1930-2002) «Любовь с первого взгляда».
Фильм «Любовь с первого взгляда» сегодня основательно подзабыт массовой аудиторией, но некоторые зрители все еще находят время для его просмотра:
«Вроде бы сюжет фильма простой, ничем не примечательный, лёгкая музыкальная комедия с зажигательными музыкальными номерами»(Т-Татьяна).
«Сюжет, конечно, настолько высосан из пальца... Нет, я не ждал от лёгкой музыкальной комедии закрученных сценарных коллизий, но и откровенного абсурда – с тоже» (Г. Воланов).
Киновед Александр Федоров
Бей первым, Фредди! / Slå først, Frede! Дания, 1965. Режиссер Эрик Баллинг. Сценаристы: Хеннинг Бахс, Эрик Баллинг, Петер Сандер. Актеры: Мортен Грунвальд, Ове Спрогёэ, Поул Бундгорд, Эсси Перссон и др. Прокат в СССР – с 1 июля 1969. 30,1 млн. зрителей за первый год демонстрации.
Режиссер Эрик Баллинг (1924-2005) поставил около пятидесяти фильмов, в основном – развлекательного свойства. В СССР имела большой успех его пародия «Бей первым, Фредди!».
В СССР, где в 1960-х годах не было в прокате ни одного фильма о Джеймсе Бонде, показывались только кинопародии на эту суперпопулярную франшизу (вспомним, например, чехословацкий «Конец агента»).
К числу таких пародий принадлежал и датский фильм «Бей первым, Фредди!», который посмотрело три десятка миллионов зрителей.
Интересно, что этот успех был, несмотря на то, что 1) советские зрители не были знакомы с оригиналом; 2) в датском фильме не было звезд, даже европейской величины; 3) картину прокатывали с возрастным ограничением «до 16 лет».
Уже в XXI веке кинокритик Денис Горелов, как всегда, иронично напомнил читателям, что «задолго до фон Триера и «Мести» Дания‑тюрьма стала равноправной кинодержавой с помощью одного‑единственного фильма. Страна… поучаствовала в травестии шпионского жанра случайным фриком‑дилетантом. Первым этот прикол продал Хичкок в «Север – Северо‑Запад» – с той поры клиент‑лопух, шляпа в перьях, фраер в галстуке атласном стал классической острой приправой к постной войне сверхдержав. Средь высоких блондинов в разных ботинках немудрено было и затеряться – но Фредди Хансен не затерялся, нет. Ему помог дивный саундтрек Бента Фабрициуса‑Бьерре: стоило вступить первым пяти аккордам темы рыжего в тылу врага – дуболом в мокром смокинге и ластах 45‑го размера вставал перед глазами, как живой. Он ржал, как Лелик, правильно отвечал на конспиративный вопрос: «Не вас ли я видел в среду с блондинкой?» («Это была брюнетка») – и гасил плевком бикфордовы шнуры, а между делом спасал мир от третьей мировой войны. Войну предстояло разжечь специально дрессированными голубями, пущенными на Москву в крылатых ракетах, – но Москва об этом не узнала. Непочтительные отзывы о родине вырезались из комедий начисто, с китайской непримиримостью, – а голубей слали на «районы, где у русских радарные установки слабее» (Горелов, 2019).
Многие зрители XXI века и сейчас вспоминают эту пародию с удовольствием:
«Сейчас-то понятно, что «Бей первым, Фредди!» – пародия на "бондиану", причём очень остроумная. А тогда-то мы, не видя фильмов о Бонде, воспринимали "Фредди" просто как весёлую кинокомедию. Пересмотрел недавно – нет, ничуть не устарел!» (Кроша Ру).
«Одно из приятных воспоминаний детства. Да и сейчас с удовольствием иногда пересматриваю этот фильм, вот и совсем недавно тоже. Кроме прочего, очень нравится саундрек… В принципе, как мне кажется, этот фильм не столько пародия на бондиану, сколько из той же серии фильмов, что и наша «Бриллиантовая рука», французские «Разиня» и «Высокий блондин в чёрном ботинке»… – о том, как некий вроде бы простак попадает в центр интересов каких-то криминальных или полицейских структур. И постепенно выясняется, что он на самом деле совсем не такой уж простак. И выходит победителем» (Сергас).
«Этот фильм шел под рубрикой «Дети до 16». И это был первый фильм из этой рубрики, который я посмотрел. До сих пор не пойму, почему он в нее попал. Наверно из-за симпатичных официанток в ресторане в соблазнительных декольтированных трико. Но фильм запомнился не этим – действительно, добрая комедия, и актеры сыграли с добродушной иронией. Лет через 20-25 после его выхода я приобрел кассету с фильмом – посмотрел с не меньшим удовольствием» (А. Вятич).
Киновед Александр Федоров
Лев готовится к прыжку / Az Oroszlán ugrani készül. Венгрия, 1969. Режиссер и сценарист Дьёрдь Ревес (по мотивам романа Джордже Лебовича и Драгана Ивкова «Чума XX века»). Актеры: Андор Айтаи, Ирен Пшота, Иштван Буйтор, Илона Медвецки и др. Прокат в СССР – с 14 июня 1971. 29,4 млн. зрителей за первый год демонстрации. Прокат в Венгрии: 1,8 млн. зрителей.
Венгерский режиссер Дьёрдь Ревес (1927-2003) на фоне Миклоша Янчо (1921-2014), Золтана Фабри (1917-1994), Иштвана Сабо и Марты Месарош был не столь заметен, однако многие его фильмы («В полночь», «Четверо по течению», «История одной любви», «Три ночи любви», «Как дела, молодой человек?» и «Лев готовится к прыжку») все-таки попали в советский прокат.
«Лев готовится к прыжку» – динамичная пародия на шпионские ленты и, в частности, на фильмы о Джеймсе Бонде.
Однако в годы выхода «Льва…» в советский кинопрокат рецензент «Спутника кинозрителя» Раиса Зусева, по-видимому, не смогла разобраться в жанре этой развлекательной ленты и отнеслась к ней слишком серьезно:
«Честно говоря, фильм этот по ряду причин производит весьма сложное и даже, пожалуй, обескураживающее впечатление. Ему предпослана вступительная надпись, напоминающая нам… о живучести нацизма и его расистских идей, о необходимости быть бдительными и не допустить возрождения фашизма, принесшего миру неисчислимые бедствия. … Между тем, вся атмосфера этого антифашистского по теме фильма… являет собой, на наш взгляд, нечто среднее между вполне эффектным цирковым представлением и отчаянно плохим водевилем с кровавыми мотивами, но счастливым концом. … Фильм поставлен вполне профессионально, он изобилует эффектно снятыми драками и погонями, ритм повествования не ослабевает и «не провисает» в нем ни на минуту, актеры играют очень живо и, даже, можно сказать, увлеченно, и всё же это кинематографическое зрелище скорее забавляет, чем радует, скорее, удивляет, чем волнует – уж слишком несовместимыми кажутся нам тема фильма и выбранный авторами жанр, идея фильма – и её воплощение на экране!» (Зусева, 1971: 20).
С большим пониманием к этой ленте отнесся другой рецензент:
«В венгерском фильме «Лев готовится к прыжку» речь шла о профессоре, выделившем в чистом виде не что иное, как «раковую бактерию». Выделил он ее давно, еще в годы экспериментов в фашистских концлагерях. Теперь, отсидев положенное, герр профессор спешит к назначенному месту, чтобы отрыть припрятанную бациллу, а за ним спешат бывшие друзья его и соратники, реваншисты и мракобесы, мечтающие заразить бациллой весь земной шар, и, если надо, пусть погибает человечество; по тому же следу устремилась полиция некоей неназванной страны, в которой развертывается действие.
По ходу сюжета возникают ситуации одна безумнее другой, головорезы полицейские ничуть не уступают головорезам бандитам, мотивы отбрасываются, как не имеющие большого значения, а повороты действия на сто восемьдесят градусов становятся главным приемом. Добавьте еще эксцентриаду, все заполняющую, все выворачивающую наизнанку, все вышучивающую и доводящую до бреда, — и вы получили представление об этом необыкновенном коктейле.
Когда я выходил из зала, сосед справа сказал: «Такая важная тема! И совершенно бестактное выполнение!» А сосед слева все хохотал, наклоняясь к уху своей подружки, и все никак не мог сказать, что же ему понравилось больше всего в этом каскаде почти абсурдистских комедийных штучек» (Русич, 1972).
А вот зрители XXI века, как правило, вспоминают об этом фильме с удовольствием:
«Мы были маленькими, и нас не хотели пускать на этот "взрослый фильм". Но мы все-таки проскочили. Очень понравился!» (Андрей).
«Один из любимых фильмов советских подростков, которых привлекала надпись «детям до 16», шпионская тематика, драки с погонями и импортная музыка… Бестия – эдакий венгерский Джеймс Бонд. Он красив, смел, галантен с дамами, умеет драться и пользоваться оружием. Фильм наполнен стрелами с радиомаяками, диктофонами в курительных трубках, попытками травмировать жертву ультразвуком по телефону, усыпляющими сигарами и отравляющими чернилами» (Анкокс).
«Невероятно смешная пародия на "бондиану", не уступающая чехословацкой "Конец агента"… И оба этих фильма вышли на советский экран намного раньше пародируемого оригинала. Финал, вообще, потрясающий. Суперагент, разделавшись со всеми врагами и главным злодеем, выходит из воды на берег, а там его встречают сразу три решительно настроенных девицы. Всех их он до этого соблазнил с помощью одной коронной фразы: "Ты моя единственная!" И при виде "единственных" во множественном числе бедняга поднимает руки...» (Б. Нежданов).
Киновед Александр Федоров