Поезд мчался в Симферополь. Обычный плацкарт, ничего выдающегося. Июльская ночь обволакивала вагон теплом и духотой. Банка пива, карты и мой друг, патологоанатом, составляли мою компанию. Бессонница терзала нас обоих, поэтому мы коротали время за разговорами о жизни и партиями в дурака.
После двадцатой партии, он вдруг резко вскочил и выглянул в коридор. Затем, с маниакальным блеском в глазах, вернулся на место и томно произнес:
– Красота-то какая!
Я, наивно полагая, что он заприметил симпатичную попутчицу, решил проверить. Выглянул в коридор, но там ничего, кроме торчащих в разные стороны ног спящих пассажиров. Пожав плечами, я уселся поближе к окну и принялся разглядывать пролетающие мимо фонари.
Спустя некоторое время, мой друг снова поднялся, схватил свой портфель и направился в сторону туалета. Я не придал этому особого значения. Лишь позже выяснилось, что этот остряк, посетив уборную, достал из портфеля бирки, те самые, которые обычно привязывают к телам в морге, и надел их на большие пальцы ног всех спящих в вагоне.
Обозвав его кретином, я все же прилег и уснул.
Проснулся я от жуткого крика проводницы. Она направлялась в другой вагон и увидела эту "замечательную" картину: спящие пассажиры, каждый с биркой на ноге, словно покойники в морге.
Взглянув на друга и снова увидев его маниакально довольную улыбку, я понял, что у патологоанатомов довольно-таки своеобразное чувство юмора.
Утро выдалось напряженным. Проводница, заикаясь, пыталась объяснить начальнику поезда, что произошло. Пассажиры, проснувшись и обнаружив бирки на своих ногах, были в шоке и гневе. В вагоне стоял гул возмущения и недоумения.
– Что это такое?! – кричал толстый мужчина с заспанным лицом, тряся биркой перед носом моего друга. – Кто это сделал?
Мой друг, невозмутимо попивая чай, делал вид, что ничего не происходит. Я же пытался сдержать смех, понимая всю абсурдность ситуации.
– Я требую объяснений! – продолжал возмущаться мужчина. – Я буду жаловаться!
Проводница, бледная как смерть, пыталась успокоить пассажиров.
– Простите, пожалуйста, это какая-то ошибка, – лепетала она. – Сейчас мы все исправим.
Начальник поезда, прибывший на место происшествия, был в ярости. Он кричал на проводницу, на пассажиров, и, конечно же, на нас.
– Кто это устроил?! – гремел он. – Признавайтесь немедленно!
Мой друг продолжал молчать, лишь изредка поглядывая на меня с хитрой улыбкой. Я понимал, что сейчас настанет мой черед.
– Это… это он, – промямлил я, указывая на друга.
Начальник поезда перевел взгляд на моего друга.
– Это правда? – спросил он грозно.
Мой друг, наконец, оторвался от чая и посмотрел на начальника поезда с невинным видом.
– Я? – удивился он. – Что вы такое говорите? Я всю ночь спал.
– Но… но бирки! – воскликнул начальник поезда.
– Какие бирки? – продолжал играть свою роль мой друг. – Я ничего не понимаю.
Начальник поезда был явно сбит с толку. Он посмотрел на меня, потом на моего друга, и, наконец, махнул рукой.
– Ладно, – сказал он устало. – Уберите эти бирки и забудьте об этом инциденте.
Проводница, вздохнув с облегчением, принялась снимать бирки с ног спящих пассажиров. В вагоне постепенно воцарялась тишина.
Я отвел друга в сторону и тихо спросил:
– Зачем ты это сделал?
Он пожал плечами и ответил:
– Просто захотелось немного развлечься.
– Развлечься?! – возмутился я. – Ты чуть не довел проводницу до инфаркта!
– Ну и что? – беспечно ответил он. – Зато было весело.
Я покачал головой, понимая, что с ним бесполезно спорить. У патологоанатомов свой взгляд на мир.
Оставшуюся часть поездки мы провели в тишине. Пассажиры старались избегать нас, а проводница бросала на нас испепеляющие взгляды.
Когда мы прибыли в Симферополь, я почувствовал огромное облегчение. Наконец-то этот кошмар закончился.
– Ну что, – сказал мой друг, выходя из вагона, – повторим как-нибудь?
– Ни за что, – ответил я, – больше никаких поездок с тобой.
Он засмеялся и похлопал меня по плечу.
– Не зарекайся, – сказал он. – Жизнь полна сюрпризов.
Я проводил его взглядом и поспешил прочь от вокзала. Мне нужно было как можно скорее забыть эту безумную ночь в поезде.
Но, как ни странно, несмотря на все произошедшее, в душе остался какой-то странный осадок. Смесь ужаса, раздражения и… веселья. Наверное, в этом и заключается суть дружбы с патологоанатомом. Он постоянно ставит тебя в неловкие ситуации, но с ним никогда не бывает скучно.
Прошло несколько лет. Я давно не виделся со своим другом. Жизнь развела нас в разные стороны. Но я до сих пор помню ту ночь в поезде. И каждый раз, когда вижу бирку, у меня невольно появляется улыбка на лице.
Однажды я получил от него письмо. Он писал, что работает в морге в другом городе и скучает по нашим безумным приключениям. В конце письма он приписал: "Кстати, я тут придумал новую шутку. Представь себе…"
Я не стал читать дальше. Просто скомкал письмо и выбросил его в мусорную корзину. Я знал, что если прочитаю, то снова ввяжусь во что-нибудь безумное. А мне это было совсем не нужно.
Но, несмотря на это, я не мог сдержать улыбку. Мой друг, патологоанатом, всегда останется в моей памяти как самый безумный и непредсказуемый человек, которого я когда-либо встречал. И я ни за что не променял бы наши приключения ни на что другое в мире. Даже на спокойную ночь в поезде.
Вечером того же дня, я сидел в кафе и пил кофе. Вдруг мой телефон зазвонил. На экране высветился незнакомый номер. Я колебался, стоит ли отвечать. Но любопытство взяло верх.
– Алло? – сказал я.
– Привет, старина! – услышал я знакомый голос. – Это я.
– Ты?! – воскликнул я. – Как ты узнал мой номер?
– Это неважно, – ответил он. – Слушай, я тут подумал…
– Только не говори, что у тебя есть новая шутка, – перебил я его.
– Ну… почти, – ответил он. – Я просто хотел узнать, не хочешь ли ты навестить меня в морге?
Я закашлялся от неожиданности.
– В морге?! – переспросил я. – Ты шутишь?
– Нет, – ответил он. – Я совершенно серьезен. У нас тут сейчас очень интересно.
– Интересно?! – возмутился я. – Что может быть интересного в морге?
– Ну… например, у нас тут недавно появился новый экспонат, – ответил он. – Очень интересный случай.
– Какой еще экспонат?! – спросил я с подозрением.
– Не буду рассказывать, – ответил он. – Лучше приезжай и сам все увидишь.
Я задумался. С одной стороны, я не хотел иметь ничего общего с его безумными идеями. С другой стороны, мне было очень любопытно, что он там задумал.
– Ладно, – сказал я, наконец. – Я приеду.
– Отлично! – обрадовался он. – Жду тебя завтра.
Я повесил трубку и вздохнул. Я знал, что ввязываюсь во что-то безумное. Но я не мог устоять перед его обаянием.
На следующее утро я поехал в город, где работал мой друг. Мой мозг рисовал самые ужасные картины. Я представил себе, как мой друг показывает мне труп с отрубленной головой или что-нибудь в этом роде.
Когда я приехал в морг, меня встретил мой друг. Он был одет в белый халат и улыбался во все тридцать два зуба.
– Ну что, готов к приключениям? – спросил он.
– Не уверен, – ответил я. – Но я здесь.
Он повел меня в морг. Внутри было холодно и пахло хлоркой. На столах лежали тела, накрытые белыми простынями.
Я почувствовал себя некомфортно.
– Что ты хотел мне показать? – спросил я.
Он остановился возле одного из столов и снял простыню.
Под простыней лежал… манекен.
– Это что? – спросил я с недоумением.
– Это новый экспонат, – ответил он. – Я назвал его "Жертва пластической хирургии".
Я посмотрел на манекен. Он был изуродован до неузнаваемости. Губы были накачаны до невероятных размеров, нос был перекошен, а на лице красовались огромные шрамы.
– И что тут интересного? – спросил я.
– Посмотри внимательнее, – ответил он.
Я присмотрелся к манекену. И вдруг я заметил… бирку на ноге.
На бирке было написано: "Анекдотов нет".
Я рассмеялся.
– Ты сумасшедший! – воскликнул я.
– Может быть, – ответил он. – Но зато я не скучный.
Мы стояли и смеялись в морге. И я понял, что дружба с патологоанатомом – это не всегда приятно и комфортно. Но это всегда весело и незабываемо.
