После позора, который испытал Тимур, он долго думал о мести, но ничего путного в голову не приходило. Либо изрубить всех братьев на куски мечом, либо опоить ядом, либо сжечь вместе с дворцом. Но братья в огне не горели, и яд на них не действовал. Все они были мастерами боя на мечах, а проклятый лук Белозора не оставил бы шансов любому врагу. Бессилие злобы бесило Тимура чрезвычайно. Он рычал словно лев, и мерил широкими шагами свои покои, расшвыривая всё, что мешало его ноге. В таком состоянии застал племянника дядя Пахом. - Что с тобой, дорогой племянник? - Ох, дядя. Что со мной было! Тимур рассказал Пахому о том, что увидел и испытал во дворце Константина. - Я готов убить таничей, разорвать их на куски. Они унизили меня, дядя! - Тимур, будь осторожней в своих желаниях, тем более берегись высказывать их в слух. У стен есть уши, а у занавесок глаза. Кроме Белозора, ну, и, наверное, Аглая, никто из братьев не сможет противостоять тебе в бою. И в одиночку. Но нечего думать уничтожить их