Месяц уже Кордон жил слухами гнилыми, как зубы у кровососа: на заброшенной метеостанции, что за Свалкой чернеет, девушку видели. Не мутантку облезлую, не зомби — девчонку обычную, лет пятнадцати от силы. Да только ходила она, говорят… в кителе драном с офицерскими погонами.
— Брешут, сталкеры , – отмахивался Бармен из "100 Рентген", полируя стакан. – Кто б ей, соплюхе, на станцию ту дал залезть?
— А я говорю — видел! – хрипел какой-то оборванец в углу. – Сама по себе, как ворон в небе. Ни охраны, ни хрена. А погоны – настоящие, офицерские
Я, честно, не верил в эту ерунду собачью. Пока однажды вечером ко мне не подвалил Серый — тертый калач, ходок опытный, по пустому не болтает.
— Слышь, Шустрый, – сказал он тихо, буравил взглядом, будто я артефакт дорогущий. – Я её видел. На метеостанции той. Стоит у окна, в бинокль зыркает, будто за всем Кордоном приглядывает. И погоны… как у… полковника, что ли.
— Может, дочка какого из вояк на большой земле? – предположил я, пожав плечами.
— Вояк там лет десять не было, станцию бросили к черту, – отрезал Серый, будто ножом полоснул. – Аномалия эта, как её… временная, что ли. Сам понимаешь.
Спустя пару дней тоска меня скрутила, решил проверить. Взял свой "Винторез", аптечки с чем чёрт не шутит, бутыль воды мутной да пачку сухпая. Поднялся с солнцем, как положено.
До метеостанции шлепать часа полтора – по пустошам да болотам. Кругом ни души, только ветер злой в ржавых антеннах посвистывает, да карканье ворон над головой - как похоронный марш.
Поднялся по скрипучей лестнице, толкнул дверь гнилую. Внутри – пыль вековая, паутина, да осколки приборов разбитых. Но…
На подоконнике лежал платок чистый, будто только постирали. Рядом – стакан с водой. Свежей, аж испарина идет.
Я сразу напрягся. Кто-то здесь был, и совсем недавно.
Тут услышал шаги сверху, тихие, как у кошки.
Поднялся на второй этаж. В конце коридора – дверь покосившаяся. Из-под неё пробивается свет жалкий.
Тихо подошел, прижался к стене, прислушиваясь.
В комнате точно кто-то есть. Я услышал шёпот, тихий, но отчетливый:
— …не должны были сюда приходить. Не их это дело.
Голос детский, но в нем сталь звенит.
Собрался с духом, толкнул дверь.
У окна стояла она. Девчонка – лет шестнадцати максимум. Волосы темные заплетены в косу толстую. На плечах китель драный, а на нём - полковничьи погоны, явно не по её плечу. В руках – бинокль солдатский, старый.
Она резко повернулась. Глаза – холодные, взрослые, будто прожила тысячу лет.
— Тебе нельзя было сюда приходить, – сказала она без эмоций. – Теперь ты в игре, сталкер.
Я медленно опустил автомат. А что тут поделать?
— Кто ты такая? – спросил я, стараясь говорить спокойно.
— Я — та, кто следит.
— За кем?
— За всеми. За тобой, за ними, – она кивнула в сторону Зоны. – За теми, кто приходит, и уходит, ничего не понимая.
— А зачем тебе погоны эти?
— Это не просто погоны. Это метка.
— Чья метка?
Она не ответила. Вместо этого подошла к столу покосившемуся, взяла лист бумаги. На нём – карта Зоны. C пометками странными. Места некоторые обведены красным.
— Видишь? – указала она пальцем худым на точку возле Янтаря. – Там завтра бой будет знатный. Между "Долгом" и бандитами, как всегда.
— Откуда ты это знаешь?
— Я вижу всё, что должно случиться.
Я начал расспрашивать дальше, но она отвечала скупо, будто боялась лишнего сболтнуть.
— Как ты тут, на станции, оказалась?
— Меня привели… они.
— Кто они?
— Не могу сказать, сталкер.
— Почему ты одна?
— Так надо.
Я увидел: на стене висят фотографии. Сталкеры, вояки, даже мутанты зубастые. У некоторых – красные кресты зловещие.
— Это…твои жертвы? – спросил я, чувствуя, как по спине мурашки бегут.
— Нет, это предупреждения.
— Для кого предупреждения?
Она молчала долго, будто внутри себя боролась. Потом вдруг выпалила:
— Уходи отсюда. Сейчас же.
— С чего вдруг?
— Потому что они скоро будут здесь, и тебе это не понравится.
Если Вас не затруднит, можете прямо сейчас подписаться на канал🔔.Оставляйте комментарии, для меня важно видеть обратную связь! Оцените новую рубрику - Короткие рассказы из Зоны. Пальцы вверх, так же приветствуются. Спасибо всем моим людям!
Кто эти "они", я спросить не успел. Внизу раздался грохот, будто стадо кабанов ломится.
— Быстро! – девка схватила меня за рукав и потащила к люку. – Через чердак уходим!
Мы выскочили на крышу. Внизу – силуэты мрачные маячат. Много. Все с оружием.
— Бандюги, – прошептал я, вскидывая "Винторез".
— Нет, ты ничего не понимаешь, – она покачала головой.
Мы спрыгнули на соседнее здание, побежали по ржавым крышам, будто крысы затравленные. За спиной – выстрелы, свист пуль над головой.
— Зачем ты им нужна?! – прокричал я, сбиваясь с дыхания.
— Потому что я знаю слишком много, сталкер. Слишком многое вижу.
Мы укрылись в старом ржавом складе, в зарослях травы. Девчонка тяжело дышала, будто не крышами, а лесом вековым прошла.
— Они хотят меня забрать, – сказала она, задыхаясь. – Но если я к ним пойду… Зоне конец придет.
— Кто эти "они"?
— Те, кто притворяется. Те, кто носит маски, скрывая свою истинную сущность.
— Вояки что ли? Я видел их частенько.
— Не только. Есть и другие силы, что давно за Зоной следят.
Она достала из кармана медальон старинный, ржавый – на нём знак выгравирован, мне непонятный.
— Это ключ от тайника.
— Где тайник этот?
— В самом сердце Зоны. Но сейчас я не могу туда идти.
— Почему не можешь?
— Потому что я… не совсем человек.
Я замер, как громом пораженный.
— Что ты сейчас сказала?
— Я — память. Память тех, кто здесь полег. Их голоса во мне, знания их у меня в голове. Я – как страж. Охраняю всё, что осталось тут.
— И они хотят забрать тебя, чтобы…?
— Чтобы стереть память эту. Чтобы Зону под контроль взять, и плевать им на сталкеров, на мутантов, на всех. Всё подотрут, как будто и не было ничего.
За стеной снова послышались шаги тяжелые, недобрые.
— Время пришло, – сказала она, не глядя на меня. – Ты должен уйти, сталкер. Уходи и забудь, о чем ты говорил, и чего вообще тут видел. И помни: не все, кто ходит в погонах – враги. И не все, кто другом кажется – им на самом деле является.
— Но как я могу помочь тебе?
— Просто… не забывай эту историю. Запомни меня.
Она всучила мне медальон, подтолкнула меня к разбитому окну – прыгать, бежать, спасаться.
— Беги. И если встретишь кого из них, скажи им: «Девушка в погонах ждет». — Там, где правду ищут. Где не боятся смотреть в глаза.
Я прыгнул вниз, побежал. Оглянулся лишь раз – её уже не было. Только у меня в руке медальон этот старый. Знак на нём до сих пор помню.
Вернулся на Кордон, всё Серому выложил, как на духу. Он молча только кивнул, будто всё это давно знал.
Медальон храню до сих пор, как самое дорогое. Иногда кажется — он теплый. Будто шепчет тихо-тихо:
«Помни, сталкер… Помни».
И кто знает, может она до сих пор там прячется, на станции той гнилой, ждет. Следит за всей Зоной.