Звонок раздался в субботу утром, когда я ещё даже кофе не допила. На экране высветилось имя Олега, брата моего мужа Сергея.
— Алло, Оль, привет, — голос у него был какой-то суетливый. — Слушай, у нас тут такое дело. Мы с Ирой ремонт затеяли, срочный. Сантехники сегодня приедут, всё менять будут. А Ксюшу не с кем оставить. Можешь посидеть с ней? Ну хотя бы денёк?
Я посмотрела на Сергея. Он пожал плечами, мол, решай сама.
— На сколько? — спросила я.
— Ну день-два. Максимум три. Пока самое страшное не переделаем. Понимаешь, там воду отключат, унитаз снимут. С ребёнком никак.
Ксюше четыре года. Девочка шустрая, но послушная. Я её люблю, хоть и вижу нечасто. Олег с Ирой живут на другом конце города.
— Хорошо, привозите.
— Спасибо огромное! Ты нас выручаешь! Через час будем.
Они приехали ровно через час. Ира выглядела уставшей. Волосы собраны в хвост, на лице ни грамма косметики. Ксюша держала в руках плюшевого зайца и сумку с игрушками.
— Оля, ты святая, — Ира обняла меня на пороге. — Мы так быстро, как только можно. Вот вещи её, вот памперсы на ночь, она иногда описывается. Кушает всё, только молоко не давай, животик болит от него.
— Хорошо, не волнуйся.
— Ксюш, будь умницей, слушайся тётю Олю, — Ира присела перед дочкой. — Мы скоро вернёмся, ладно?
— Ладно, — Ксюша кивнула и прижала зайца к груди.
Олег пожал мне руку.
— Спасибо, сестрёнка. Мы тебе должны.
— Да ладно, езжайте уже.
Они уехали. Я закрыла дверь и посмотрела на Ксюшу. Она стояла посреди прихожей и смотрела на меня большими глазами.
— Ну что, пойдём мультики смотреть?
— Можно про котят?
— Конечно можно.
Первый день прошёл нормально. Ксюша оказалась удивительно спокойным ребёнком. Смотрела мультики, рисовала, играла со своими игрушками. Я готовила обед, она сидела рядом на стуле и болтала про свой садик.
— А у нас Миша Воронов всех кусает, — рассказывала она. — Воспитательница говорит, что он невоспитанный.
— Да ну?
— Ага. И ещё он Лизе косичку отрезал.
— Вот хулиган.
Вечером я попыталась дозвониться до Иры. Хотела спросить, во сколько Ксюшу укладывать спать. Телефон не отвечал. Ну ладно, думаю, занята. Уложила девочку в девять, она и не сопротивлялась.
На следующий день в обед Ира сбросила мне сообщение.
— Оль, извини, что не отвечала. Тут такой кошмар творится. Трубы все менять надо, оказалось. Посиди ещё пару дней, а? Потом заберём обязательно.
Я вздохнула. Ну ещё пару дней, ладно. Ксюша не напрягает особо.
Прошло ещё три дня. Ира выходила на связь редко. Писала коротко: ремонт, грязь, всё сложно. Я начала волноваться, но Сергей успокаивал.
— Да нормально всё. У них там действительно полный разбор, Олег мне говорил. Потерпи немного.
— А сколько это — немного?
— Ну неделю, наверное.
Неделя превратилась в полторы. Ксюша освоилась у нас окончательно. Я водила её гулять во двор, она подружилась с соседскими детьми. По вечерам рисовала, я вешала её рисунки на холодильник. Один раз спросила:
— Ксюш, ты по маме не скучаешь?
Она пожала плечами.
— Скучаю. Но тут тоже хорошо.
Я позвонила Ире сама. Трубку она взяла не сразу.
— Алло?
— Ир, привет. Как у вас дела? Когда заберёте Ксюшу?
— Ой, Оль, ты знаешь, мы тут совсем замучились. Ещё чуть-чуть осталось. Дня три-четыре.
— Ира, у вас уже почти три недели ремонт идёт. Что там такое делается?
— Да всё! Всё делается! Стены, полы, сантехника. Кошмар просто. Потерпи, пожалуйста.
Она повесила трубку. Я стояла с телефоном в руке и чувствовала, что что-то не так. Сергей ушёл на работу, Ксюша спала. Я зашла в соцсети, открыла страницу Иры.
И обомлела.
На фотографии Ира с Олегом стояли на фоне моря. Оба загорелые, в купальниках, с коктейлями в руках. Подпись: «Наконец-то отдыхаем! Турция, ты прекрасна!»
Дата публикации — вчера.
Я пролистала дальше. Ещё фото. Пляж. Бассейн. Экскурсия. Все снимки свежие, за последнюю неделю.
Руки задрожали. Я позвонила Ире. Сначала сбросила. Я набрала снова. Опять сброс. На третий раз взяла.
— Алло? — голос напряжённый.
— Ира, где вы?
Молчание.
— Ира, я спрашиваю, где вы находитесь?
— Оля, ну… это…
— Я видела фотографии. Вы в Турции. А мне три недели лапшу на уши вешали про ремонт!
— Оля, прости. Мы не хотели тебя обманывать. Просто так получилось.
— Как это так получилось?!
— Ну мы путёвку купили давно. Ещё полгода назад. Потом думали отменить, но деньги пропадали. И решили всё-таки поехать.
— А про ремонт зачем врать?!
— Мы думали, ты не согласишься посидеть три недели. Вот и придумали.
Меня трясло от злости.
— То есть вы сознательно меня обманули? Подсунули ребёнка и свалили на курорт?
— Оля, ну не говори так. Ксюша же не чужая, она племянница твоя.
— Племянница моего мужа! А вы — обманщики! Когда возвращаетесь?
— Через четыре дня. Оль, ну потерпи, пожалуйста. Мы тебе компенсируем всё.
— Компенсируете! Вы хоть понимаете, что я три недели с чужим ребёнком сижу? Я на работу не могу нормально ходить, всё вокруг неё кручусь!
— Мы понимаем. Честно. Мы виноваты. Но мы уже здесь, билеты обратные куплены. Потерпи четыре дня.
Я швырнула телефон на диван. Села на кухне и заплакала от обиды. Использовали меня. Просто взяли и использовали.
Вечером пришёл Сергей. Я всё ему рассказала. Он сначала не поверил, потом посмотрел фотографии и побледнел.
— Я с ним поговорю.
— Поговоришь! Они через четыре дня возвращаются. Что ты им скажешь?
— Скажу, что так нельзя. Это свинство.
— Твой брат — сволочь.
— Оль, не надо так.
— Надо! Он обманул нас! Подсунул ребёнка и укатил загорать!
Сергей позвонил Олегу. Я слышала, как он кричал в трубку. Олег что-то оправдывался. Сергей бросил телефон.
— Говорит, что вернутся, всё объяснят, денег дадут.
— Мне не нужны их деньги. Мне нужно, чтобы они забрали дочь и больше никогда ни о чём не просили.
Ксюша ничего не знала. Она проснулась, я накормила её ужином. Она что-то рассказывала, смеялась. А я смотрела на неё и думала, что это не её вина. Она же не виновата, что родители у неё такие.
Прошло четыре дня. Олег написал, что они уже в самолёте. Я ответила: приезжайте забирать дочь. Всё.
Они появились вечером. Загорелые, отдохнувшие. Олег нёс пакеты с подарками. Ира улыбалась натянуто.
— Оля, привет, — начал Олег. — Мы привезли тебе…
— Забирайте ребёнка и уходите.
— Оль, ну давай поговорим.
— Не о чем говорить. Ксюша, собирай игрушки. Поедешь домой.
Ксюша выбежала из комнаты, радостная.
— Мама! Папа!
Ира подхватила её на руки, расцеловала.
— Доченька моя! Соскучилась?
— Ага!
Я стояла в прихожей и ждала, когда они уйдут. Олег попытался снова заговорить.
— Оля, мы понимаем, что поступили нехорошо. Но мы тебе заплатим. Вот, держи.
Он протянул конверт. Я даже не посмотрела.
— Уходите.
— Но…
— Я сказала, уходите. И больше никогда ни о чём меня не просите.
Ира взяла Ксюшины вещи. Они вышли. Я закрыла за ними дверь и прислонилась к ней спиной. Сергей подошёл, обнял.
— Прости их.
— Нет.
— Оль, он мой брат.
— Твой брат — подлец. Он соврал нам. Использовал меня как бесплатную няньку, чтобы самому в Турции отдохнуть.
— Он неправильно поступил. Но он же извинился.
— Извинился! После того, как его поймали на вранье! Если бы я фотографии не увидела, он бы до последнего про ремонт рассказывал!
— Ну а что теперь делать? Навсегда с ними рассориться?
— Не знаю. Но простить я этого не могу.
Прошёл месяц. Олег звонил несколько раз, я не брала трубку. Сергей разговаривал с ним, потом приходил и пытался меня уговорить.
— Оль, ну надо же как-то дальше жить. Мы же родственники.
— Родственники не обманывают друг друга.
— Он признал ошибку.
— Он признал только потому, что его раскрыли. А если бы не раскрыли? Продолжал бы врать.
Сергей вздыхал и отставал.
Ира написала мне сообщение. Длинное, с извинениями. Объясняла, что они правда не хотели меня обидеть. Что так вышло, потому что путёвка сгорала. Что они очень виноваты и просят прощения.
Я прочитала и удалила.
Потом позвонила моя свекровь, мать Сергея и Олега.
— Оля, дочка, что у вас случилось? Олег говорит, ты на него обиделась.
Я рассказала всё как есть. Свекровь вздохнула.
— Да, некрасиво они поступили.
— Вот именно.
— Но ты же понимаешь, они не со зла. Просто хотели отдохнуть, а Ксюшу не с кем было оставить.
— Так надо было честно сказать! Попросить, а не обманывать!
— Наверное, думали, что ты откажешь.
— Конечно, отказала бы! Три недели с чужим ребёнком — это не шутки!
— Но ты же справилась. И Ксюше с тобой хорошо было.
— Не в этом дело. Дело в том, что меня обманули. Использовали.
— Оля, милая, я тебя понимаю. Но подумай о Сергее. Ему тяжело между вами. Это его брат.
— Пусть Сергей выбирает, на чьей он стороне. На моей или брата-лжеца.
Свекровь помолчала.
— Хорошо. Я не буду тебя уговаривать. Но знай, что я на твоей стороне. Олег поступил нехорошо.
Это меня немного успокоило.
Прошло ещё полтора месяца. На день рождения Ксюши нас пригласили. Я отказалась. Сергей поехал один. Вернулся расстроенный.
— Ксюша спрашивала, где тётя Оля.
Мне стало грустно. Девочка-то ни в чём не виновата.
— Что ты ей сказал?
— Что ты болеешь.
Я ничего не ответила.
Ещё через месяц Олег сам приехал к нам. Я открыла дверь, увидела его и хотела закрыть обратно. Он подставил ногу.
— Оля, подожди. Давай поговорим. Нормально.
— Не о чем нам говорить.
— Есть о чём. Пусти, пожалуйста.
Я пропустила его. Мы сели на кухне. Он выглядел усталым.
— Слушай, я понимаю, что мы с Ирой поступили по-свински. Мы тебя подставили, обманули. Это было подло.
Я молчала.
— Но я хочу, чтобы ты поняла. Мы не со зла. Мы просто очень устали. Работа, ребёнок, быт. Нам хотелось хоть немного побыть вдвоём. А Ксюшу не с кем было оставить. Родители Иры далеко, твоя мама тоже. Оставалась только ты.
— Можно было честно попросить.
— Я боялся, что ты откажешь. Три недели — это много. Я понимал.
— Вот именно. Ты понимал, что это много. Но всё равно обманул.
Олег опустил голову.
— Да. Я виноват. Я поступил как последний подлец. Прости меня. Пожалуйста.
Я смотрела на него и думала. Он действительно выглядел виноватым. И усталым. Может, он правда не со зла?
— Больше так не делай, — сказала я. — Никогда.
— Не буду. Честное слово. Если что-то нужно, я буду сразу говорить честно.
Я кивнула.
— Ладно. Проехали.
Олег облегчённо выдохнул.
— Спасибо. Ты хороший человек, Оль.
— А вы с Ирой — не очень.
Он усмехнулся грустно.
— Знаю.
Мы помирились. Но осадок остался. Я поняла одно: доверять им больше нельзя. В следующий раз, если попросят о чём-то, буду десять раз думать. Потому что родственники они или нет, а обманывать нехорошо. И использовать людей тоже. Я три недели из своей жизни отдала, чтобы они на пляже валялись. И хорошо, что всё так закончилось. Могло быть и хуже.