Светлана и Алексей Гордеевы жили в Санкт-Петербурге. Их новогодние каникулы были ритуалом: неспешные прогулки по пустынному, заснеженному городу, посещение эрмитажных залов, где в это время было относительно мало народу, походы в театры на ёлки и катание на коньках на дворцовой площади.
Их сыну Мише было девять, и он обожал эту предпраздничную магию северной столицы.
В этом году они решили не ехать никуда, а насладиться своим городом и полностью погрузиться в новогоднюю атмосферу.
Их планы рухнули за три недели до Нового года, когда позвонила младшая сестра Светланы, Ира.
Она жила в Подмосковье с мужем Сергеем и двумя детьми: пятилетним Васей и трёхлетней Машкой.
— Свет,привет! Мы тут с Серёгой думаем – надоело нам Новый год на даче встречать и смотреть в один и тот же забор. Хочется культурной программы! Петербург – идеально! Ты же всегда говорила, как там красиво зимой.
Светлана насторожилась:
— Ира, ну… мы сами только планы строим. Мест в гостиницах уже нет, цены космические...
— Зачем нам гостиница, мы к вам приедем! – бодро выпалила Ира. – Но не в вашу же однушку, конечно. Снимите побольше квартиру, мы свою половину оплатим. Всей гурьбой веселее! Детям радость, нам – культурный шок. Вася Эрмитаж мечтает увидеть, я ему альбом показывала! Мы вам не помешаем, мы – самостоятельные. Поможем завтрак, обед и ужин приготовить. Семейный круг, так что ли.
Светлана пыталась сопротивляться, ссылаясь на разный режим и усталость от работы. Но Ира включила режим "маленькой сестры":
— Ну Светик, мы так редко видимся! Ты же любишь племяшек. И Мише с Васькой весело будет, как братишкам.
Алексей, узнав, вздохнул:
— Твоя сестра – ураган. Но если честно, трёшку мы не потянем. Студию-лофт в старом фонде – возможно. Одна большая комната, но с высокими потолками и видом. Будет тесно.
После долгих обсуждений, под давлением чувства вины и семейного долга, было решено: снимают просторную студию-лофт (50 кв.м) в центре.
Главный козырь – две отдельные спальные зоны на мезонинах, куда ведут крутые лестницы.
— Вот, – показывала Светлана Ире фото по видеосвязи, – мы с Лешей на одном мезонине, вы с Сергеем – на другом. Внизу общая зона: кухня, диван, стол. Как бы два этажа. У каждого своё пространство.
Ира, сияя, согласилась:
— Выглядит круто! Почти как два отдельных номера!
В день заезда первыми приехала семья Светланы. Ира с мужем и детьми ворвались, как саранча.
Два больших чемодана, горка игрушек и своя подушка Маши, которая "иначе не спит".
Пространство, которое на фотографиях выглядело богемным и воздушным, мгновенно заполнилось вещами и гулом голосов.
— Ой,какая крутая лесенка! — закричал Вася, увидев мезонин. — Я первый!
— Вася,осторожно! – взвизгнула Ира. – Тут же ступеньки узкие! Леша, ты не мог найти квартиру с нормальной лестницей? Это же травмоопасно!
Алексей, сдерживаясь, пробормотал:
— Ира, мы предупреждали, что лестницы крутые. Это исторический дом.
Вечер первого дня закончился построением спальных мест. Выяснилось, что на мезонине Иры и Сергея помещалась только одна большая кровать.
Детскую раскладушку для Васи пришлось ставить внизу, в общей зоне, за ширмой.
Маша, испугавшись высоты и темноты наверху, закатила истерику и уснула только рядом с Ирой.
Сергей перебрался на диван внизу. План "отдельных пространств" дал трещину. Утро второго дня началось в 6:30.
Первой проснулась Маша. Её плач разбудил Васю на раскладушке. Вася, не выспавшись, начал ныть.
В итоге шум разбудил Мишу на втором мезонине. Он спустился вниз сонный и наткнулся на дядю Сергея, который в одних трусах шел в единственный туалет (совмещённый с ванной).
— Занято,племянник, – хрипло проговорил Сергей. – Всё, кишечник проснулся, я там надолго.
Миша, который с трудом терпел, постучался к родителям на мезонин:
— Папа, я в туалет хочу!
Алексей спустился и начал нервно расхаживать у двери. Из-за неё доносились звуки планшета (Сергей привык "расслабляться" в уединении) и запах сигареты Через 25 минут Сергей вышел из туалета, довольный.
— Что, все уже на ногах? – улыбнулся он. – Ну, проходите, я место освободил.
В 7:30 началась "битва" за раковину и чайник. Ира пыталась приготовить детям кашу, но на маленькой индукционной плитке уже грела сковороду Светлана, чтобы сделать глазунью.
Воздух быстро наполнился запахом масла, детского питания и дыма от пригоревшей еды.
— Свет, у тебя яйца слишком сильно пахнут, – поморщилась Ира. – Машка не переносит этот запах.
— Это обычные яйца, Ира. Открой балкон, – сквозь зубы ответила Светлана.
Вася и Миша, ещё не познакомившись, начали ссориться из-за места на диване перед телевизором.
Вася хотел смотреть "Машу и Медведя", а Миша – "Мстителей". Конфликт перерос в толчки.
После завтрака, отложенного на два часа, все решают идти в Эрмитаж. Ира настаивала:
— Вася так мечтал!
В Эрмитаж они поехали на метро. В вагоне Маша закатила истерику от духоты. Выйдя у Дворцовой площади и получив порцию ледяного ветра с Невы, дети заныли.
У касс Эрмитажа оказалась гигантская очередь, несмотря на предпраздничный день.
— Стоять тут час на ветру? – проворчал Сергей. – Да мы все заболеем. Может, купим вход через спекулянтов?
— Серёж, они втридорога дерут! – парировала Ира. – Постоим, ничего страшного.
Через сорок минут стояния Вася сказал, что хочет писать. Сергей, ругаясь, увел его искать туалет, теряясь в толпе.
Возвращаются они, когда Светлана с Алексеем уже почти стояли у кассы. Вася заплакал, потому что пописал в штаны, не добежав.
В залах Эрмитажа для всех начинается испытание. Ира пытается что-то рассказывать Васе, но он устал, мокрый и ноет.
Маша на руках у Сергея засыпает, но просыпается от гула толпы и снова плачет. Светлана с Мишей, старающиеся сосредоточиться на картинах, постоянно теряют родню и вынуждены искать их по телефону.
— Знаешь, – проговорил Алексей Светлане вполголоса, глядя, как Сергей у фрески Рафаэля пытается успокоить орущую Машу, вызывая негодующие взгляды туристов, – я никогда так не ненавидел "Возвращение блудного сына" Теперь буду ненавидеть.
Через полтора часа Ира сдается:
— Дети устали. Может, пойдем?
Они выходят, так и не дойдя до Рембрандта. На Эрмитаж было потрачено четыре часа, у всех испорчены нервы, а Вася ехал домой в мокрых штанах.
Вечером, после ужина, который готовили вдвоем и который ели в две смены (потому что за столом не помещались все), наступило время "отдыха".
Однако дети, перевозбуждённые, не могли никак успокоиться и заснуть. Маша капризничала.
Вася и Миша, наконец-то найдя общий язык, начали беситься, носиться по студии и кричать, пока Алексей или Сергей не наорали на них. Ира, уставшая, включила на планшете сериал без наушников.
— Ира, очень громко, сделай потише, – просила Светлана. – Миша пытается заснуть.
— Ой, извини, – вздыхала Ирина, убавляя громкость на полдецибела. – Но тут же общее пространство.
Это словосочетание стало для всех кошмаром. Невозможно было уединиться, поговорить или просто помолчать.
Любой разговор, любой звук был общим. Алексей и Сергей, пытаясь сохранить мир, разговаривали о политике, но быстро начинали спорить, потому что их взгляды были противоположными.
Тогда они замолкали и начинали бубнить каждый своё в телефоны.
На третий день вечером разразился главный конфликт. Светлана, мечтавшая смыть с себя усталость, пошла в душ.
Она провела там двадцать минут – единственные спокойные минуты за день. Когда женщина вышла, завернувшись в полотенце, её ждала разъярённая Ира.
— Свет, ты что, вообще о других не думаешь? – набросилась она. – Ты знаешь, сколько мы тебя ждали? У Серёги живот болит, ему срочно нужно! А ты там устроила спа-салон! Воды горячей на всех не хватит, кстати!
— Я мылась нормальное время, — холодно ответила Светлана. – И у нас всё включено. Вода не кончается.
— Нормальное время? – фыркнула сестра. – Когда нас семеро в одной квартире, нормальное время – пять минут! Ты ведёшь себя, как будто ты тут одна!
— Я следующей в очередь. Только отойду на пару минут, — вставил свои пять копеек Сергей.
— Вы с ума все посходили! – не выдержала Светлана. – Кто вас сюда звал? Кто упрашивал снять побольше квартиру? Я предупреждала, что будет тесно! Ты хотела культурной программы? Твой сын обоccался у входа в Эрмитаж, твоя дочь орет, как резаная! Какая на фиг культура? Вы привезли сюда свой дачный быт, свои скандалы и свою неустроенность! И теперь мы все должны жить по вашим правилам? Пять минут в душе? Может, ещё по графику в туалет ходить?
В наступившей тишине было слышно, как плачет разбуженная Маша. Ира смотрела на сестру с обидой и ненавистью.
— Ах так,– прошипела она. – Значит, мы – быдло, которое испоганило ваш аристократический отдых? Извините за беспокойство! Мы уезжаем завтра. Хоть в своей хрущёвке будем сидеть, но без ваших упрёков!
— Да, пожалуйста, – тихо, но чётко сказала Светлана. – Уезжайте!
На следующий день Ира и Сергей молча собрали вещи. Дети, чувствуя напряжение, вели себя тихо. Прощание было ледяным.
— Счастливо оставаться, – бросил Сергей.
Алексей помог им вынести чемоданы, но подходящий слов попрощаться не нашел.
Когда дверь закрылась, в студии воцарилась оглушительная тишина. Миша первый её нарушил:
— Ура, можно посмотреть что хочу?
Светлана села на диван и расплакалась. Но не от горя, а от сдерживаемого все эти дни напряжения.
Вечером этого же дня Светлане позвонила взволнованная Инна Васильевна, ее мать.
— Светочка,что у вас произошло? Ирочка говорит, вы их чуть ли не выгнали. Что вы снобы, что им даже в душе помыться не давали, что вы с ребёнком на её детей смотрели свысока. Говорит, они зря только деньги потеряли на эту поездку, лучше бы себе в Турцию съездили, где места много и никто не унижает.
Светлана не удивилась словам сестры. Она чувствовала пустую усталость.
— Мама, они приехали в гости с ожиданием пятизвёздочного отеля и индивидуального гида. А получили реальность: тесную квартиру, очередь в туалет и детей, которые есть дети. Их вины в этом нет. Нашей – тоже. Просто мы хотели разного отдыха. Они хотели "культурную программу" без усилий, а мы хотели спокойствия. Вместо этого мы получили стресс и потеряли деньги на аренду чужой квартиры. Но главное – мы потеряли неделю жизни на взаимное раздражение.
Договорив, она попрощалась и положила трубку. Затем Светлана подошла к окну, глядя на заснеженный Петербург.
Он снова был красивым, таинственным и принадлежащим только им. Ира же, вернувшись домой, первым делом запостила в социальные сети старые фотографии с прошлого лета на даче, с хештегом #настоящийотдых #семья #гдехорошотамдома.
В её версии правды не было тесноты, очередей и ссор – только неблагодарность сестры, испортившей всем праздник.
И эта версия, конечно, была куда удобнее для всех, кроме тех, кто помнил истинную цену этой "культурной программы".