Тётя Галя и дядя Витя, жившие в соседнем областном центре, приехали на три дня – "просто повидаться, да заодно документы в консульство подать".
Максим, помнящий их щедрость в детстве, был искренне рад этому. Лида, хоть и вздохнула про себя, накрыла щедрый стол и приготовила гостевую комнату.
Первые два дня прошли в милой, хоть и утомительной, суете: разговоры за чаем до полуночи, воспоминания, советы по воспитанию детей (которых на время визита отправили к бабушке, что изначально казалось бонусом).
Но на третий день, когда документы были благополучно поданы, тётя Галя, потягивая утренний кофе, обронила:
— А знаете, что мы с Витей решили? Решили не метаться туда-сюда! У вас тут тихо, спокойно, а у нас как раз трубы в доме меняют – грохот стоит. Недельки на две задержимся, если вы, конечно, не против?
Максим, пойманный врасплох, пробормотал:
— Да вы что, конечно, оставайтесь!
После этих слов он бросил виноватый взгляд на Лиду. Та улыбнулась уголками губ и сказала:
— Как вам будет удобно, тётя Галя!
Однако внутри у неё всё оборвалось. Две недели? Четырнадцать дней непрерывного гостеприимства, разговоров, готовки, ощущения, что ты живешь в аквариуме?
Нет, такой сценарий её не устраивал. Лида была не из тех, кто скандалит. Она была стратегом.
В тот же вечер, пока гости смотрели сериал, она удалилась в кабинет и составила план.
Суть была не в том, чтобы выгнать родню, а в том, чтобы сделать их пребывание максимально неудобным, хлопотным и эмоционально затратным для самих гостей.
За завтраком, следующим утром, Лида, сияя, довольно объявила всем присутствующим:
— Знаете, мне так повезло, что вы здесь! У меня с сегодняшнего дня начинается аврал на работе – сдаю большой проект. Придётся сидеть в кабинете с утра до вечера, на связи с заказчиком. Но я так спокойна, что вы тут, не одни.
— Ничего, дорогая, работай! — бодро ответила тётя Галя. — А я как раз квартиру приберу, обед приготовлю.
— Ой, нет-нет! — воскликнула Лида. — Я вас не для этого приглашала! Вы – гости. Давайте лучше так: я сегодня буду в кабинете, Максим на работе, а вы с дядей Витей устраивайтесь, как дома. Только, чур, мне не мешать – у меня в 11:00, 14:00 и 17:00 важные созвоны, буду кричать в микрофон.
Она, действительно, закрылась в комнате, но не для работы, а чтобы почитать книгу и послушать подкаст.
Однако в 11:00 и 14:00 она выходила, говорила громко по телефону с вымышленной "Анной Сергеевной" и специально создавала атмосферу нервозности. Выходя за чаем на кухню, она озабоченно вздыхала:
— Ох, нервы уже ни к чёрту. Чувствую себя, как на иголках.
Тётя Галя, которая обожала болтать, начала чувствовать себя скованно. Её природная потребность в общении упиралась в просьбу "не мешать".
— Тётя Галя, у меня к вам огромная просьба, — с таинственным видом начала Лида за утренним кофе. — Вы же у нас самая хозяйственная. Мне сегодня нужно срочно съездить в офис и забрать документы. А к нам сантехник придёт – кран на кухне подтекает. Не могли бы вы его встретить? Он странный, бородатый, говорит мало, но мастер отличный. Только, говорят, ворчит, если ему мешают. Лучше просто впустите его и не задавайте вопросов.
— Ну… конечно, — неуверенно согласилась тётя Галя.
Хотя по голосу было понятно, что роль прислуги для угрюмого сантехника её не прельщала.
Лида уехала "по делам" (сходила на маникюр и в книжный), оставив тётю Галю в ожидании визита несуществующего мастера. В течение дня Лида звонила три раза:
— Он ещё не был? Обещал быть с 10 до 18… Ох, эти мастера!
Тётя Галя провела весь день, прикованная к квартире, боялась выйти даже в магазин. Вечером Лида, вернувшись, развела руками:
— Наверное, завтра придет. Извините, что вас побеспокоила.
Дядя Витя впервые за всё время пробурчал:
— Целый день дома просидели, как в западне.
Вечером на третий день, когда все собрались за ужином, Лида обратилась к Максиму.
— Макс, — начала она с нарочито усталым голосом, — нам нужно срочно обсудить финансовый вопрос. Я сегодня получила квитанции.
— Какие ещё квитанции? — спросил Максим, играя свою роль.
— За воду, за свет. Сумма выросла почти в полтора раза, — Лида вздохнула и посмотрела на гостей с извиняющейся улыбкой. — Вы уж извините, что при вас о таком, но деваться некуда. Дорогие мои, придётся экономить. Я, наверное, даже начну стирать ночью, по ночному тарифу. И, наверное, телевизор на ночь будем выключать из розетки. Или, дядя Витя, вы не против, чтобы мы его совсем в гостиной отключили?
Дядя Витя, чьим единственным развлечением был вечерний просмотр телеканала "Охотник и рыболов", побледнел.
— Да ладно вам, — попыталась вступиться тётя Галя. — Какая-то копеечная экономия.
— Ой, тётя Галя, это не копейки! — воскликнула Лида. — Это почти десять тысяч в месяц! А если ещё считать расходы на еду… — она многозначительно замолчала, откусив кусочек хлеба.
Наступила неловкая пауза. Максим, почувствовав, что момент истины близок, решил добавить "масла в огонь", как они и договорились.
— Лид, а помнишь, ты хотела сходить к тому психологу? Ты же говорила, что из-за постоянного стресса и отсутствия личного пространства стала срываться?
Лида сделала большие глаза, будто он выдал страшную тайну.
— Максим! Ну что ты при гостях…
— Да ничего страшного! — оживилась тётя Галя, почуяв "интересненькое". — Какие срывы? На кого ты срываешься?
— Да так… — Лида отводила глаза. — Напряженка последние месяцы. Работа, быт, гости… то есть, не то что гости, а вообще… отсутствие тишины. У меня, знаете, психолог даже "синдром хронической усталости от гостеприимства" заподозрила. Шутка, конечно, — она фальшиво рассмеялась. — Но консультация стоит дорого, пять тысяч за час. Придётся искать кого-то подешевле.
На следующее утро Лида "случайно" оставила на кухонном столе рядом с чашкой тёти Гали распечатку: "Стоимость услуг семейного психолога. Первичная консультация: 6000 руб. Сессия: 4500 руб. Рекомендации при эмоциональном выгорании в условиях скученности проживания".
За завтраком царило гробовое молчание. Тётя Галя нервно перебирала ложкой в тарелке с кашей.
Дядя Витя мрачно смотрел в окно. Наконец, тётя Галя откашлялась:
— Лидочка, Максим… Мы тут с Витей думали всю ночь. Вы нам, конечно, как родные. Но нам вас так жалко стало!
Лида сделала удивленное лицо:
— Жалко? Что вы, тётя Галя!
— Нет, я серьёзно! У вас тут столько проблем: и работа, и финансы, и нервы… Мы сидим тут, как на шее, свет-воду жжем-льем, телевизор смотрим… Нет, так нельзя. Мы вас беречь должны, а не обременять!
— Да бросьте вы, — слабо попытался возразить Максим по сценарию.
— Нет, сынок, мы решили. У нас, кстати, тоже дома дел невпроворот. Трубы-то, может, уже поменяли. Мы сегодня соберёмся и поедем. Вам надо свою жизнь налаживать, без нас.
Лида изобразила легкую, приличествующую случаю, борьбу:
— Ой, да что вы! Оставайтесь! Мы как-нибудь…
— Ни в коем случае! — твёрдо заявила тётя Галя, уже ощущая себя не назойливой гостьей, а самоотверженной спасительницей семейного благополучия племянника. — Мы уже билеты на автобус посмотрели. В пять вечера – удобный рейс.
Через четыре часа, загрузив в машину чемоданы и узелки с гостинцами "на дорогу", они тронулись в сторону автовокзала.
Лида, стоя у окна и махая им вслед рукой, испытывала легкую вину, тут же растворявшуюся в волне облегчения.
В квартире воцарилась долгожданная тишина. Вечером они с Максимом сидели на балконе, пили вино и смотрели на огни города.
— Жестоко, но эффективно, — ухмыльнулся Максим. — Я даже немного поверил, что у нас финансовый кризис и тебе срочно нужен психолог.
— Главное — результат, — улыбнулась Лида, звонко чокнувшись с ним бокалом. — Они уехали, чувствуя себя героями, а не изгнанными. Их самолюбие не пострадало, а мы получили обратно нашу жизнь. Все в выигрыше.
— До следующего их визита, — вздохнул Максим.
— До следующего визита, — согласилась Лида, и в её глазах мелькнула искорка, говорившая, что у неё в запасе есть ещё несколько хитрых планов.
Она взяла телефон и отправила подруге сообщение: "Миссия выполнена. Территорию очистили. Спасибо за совет с распечаткой из психологического центра. Сработало на ура".