Саша
Он негодяй...
«Бьюсь об заклад, твой муж изменяет тебе. Я видела его сегодня в обед в «Чёрном бархате» на Лиговском с роскошной незнакомкой в ослепительно-белом пальто. Они рассматривали витрины в обнимку».
Слова Полины — моей подруги — отдаются тяжёлым эхом в висках. Три месяца назад, она предупреждала… а я не поверила, что у Матвея может быть связь с другой женщиной.
«Нелепость какая-то», — подумала я тогда, а сейчас не находя себе места, краем уха слушаю директора.
Миллионера, брюнета с брутальной внешностью, владельца конгломерата «Infinitum Corp» — Александра Каренина — успешного бизнесмена, лауреата прошлого года и по совместительству... рогоносца.
— В этом квартале мы превысили средний показатель по прибыли… — низкий голос звучит бесстрастно, а слова уплывают на задний план.
Сознание захватывает кричащее противоречие: «Самодостаточный. Рогоносец». Как эти два слова могут уживаться в одном предложении?
Надо бы делать пометки в блокноте, но я сижу в зале для совещаний, сжимая ручку в потеющих ладонях. По-хорошему мне здесь не место. Виталий Давыдов, руководитель отдела продаж драгоценных металлов ушёл на больничный и в такие моменты я заменяю его. Обычно вникая в дискуссии, и даже вношу предложения, но сегодня… всё что связано с работой кажется чужим, далёким и неважным.
Три месяца ада.
Ежедневных мучений, неверия и подозрений, а вчера мир рухнул, поделившись на «до» и «после».
Полина была права.
«Бьюсь об заклад, твой муж изменяет тебе», — мысленно повторяю её фразу, поглядывая на Каренина.
Воспоминания захлёстывают волной.
Утро началось, как обычно. После пробуждения Матвей принимал душ, напевая какой-то мотив. Его телефон лежал на кухонном столе. Я протирала салфеткой вымытую посуду, когда заиграл рингтон. Незнакомая мелодия разнеслась по кухне. На экране высветилось — «Мамочка», что ввело меня в лёгкий ступор. Матвей никогда так не подписывал контакт свекрови. Я хотела снять трубку — ответить Вере Николаевне, — но не успела. Звонок прекратился. Однако полминуты спустя пришло СМС:
«Соскучился? Сегодня, в три часа, встретимся там, где обычно».
И следом влетела фотография. Женщины на фоне дорогой обстановки. Лицо было размыто, но… кажется, я узнала её. Ждану Каренину. Жену владельца конгломерата, в котором я работаю.
Мир реально перевернулся. Горький ком подкатил к горлу. Сердце бешено заколотилось, не получалось нормально сделать вдох. Я стояла у стола, как парализованная, не в силах оторвать взгляд от экрана. Изображение Жданы врезалось в сознание осколком битого стекла. Кружева, улыбка, идеальные светлые волосы. Мгновенно захватило столько чувств. Боль. Гнев. Оскорблённость. Досада. Всё за считанные секунды смешалось в оглушительный коктейль.
Как? Когда? Где они познакомились?
Мой Матвей с Жданой?..
Этого просто не может быть!
Но ещё одно сообщение:
«В четверг мой муж улетает в Германию на неделю, сможем встречаться каждый день», — прилетевшее в мессенджер, кричало правду.
Горькую, ужасную правду.
Я с трудом взяла себя в руки. Нужно было что-то делать. Но что?
Кричать? Плакать? Требовать объяснений? Молчать?
Бороться за семью?
Или просто уйти?
От накрывшего шока, я молча бросила на телефон салфетку, пытаясь скрыть улики. Вода перестала шуметь в душе. Матвей, в одном полотенце на бёдрах, вышел из ванной комнаты, свежий и очень бодрый.
— Доброе утро, малыш, — подойдя ко мне вплотную, он невесомо поцеловал в губы, отчего я вздрогнула.
Шок не отпускал. В голове с трудом укладывалась — хотя нет, ни черта не укладывалась! — убийственная новость. Но я, пересилив ступор, выдавила милую улыбку.
— Доброе, — старясь звучать как обычно, ответила ему и до ухода Матвея на работу разыгрывала беззаботную жену.
И весь вечер, затем — снова утром.
Теперь же, прокручивая пошлые кадры, практически не слушаю Каренина. Он что-то говорит о новых контрактах, о перспективах развития нашего отдела и в целом компании. Но я только вижу его. Сурового, красивого, уверенного в себе мужчину и не могу, хоть убей, понять, чего не хватает его жене?
Он ведь видный, статусный мужчина.
И как Матвей мог таким образом поступить? Пять лет мы жили в счастливом браке.
Наше знакомство не отличалось оригинальностью. Восьмое марта. Лана — моя однокурсница, устраивала вечеринку на даче своих родителей. В то время я училась на третьем курсе экономического университета. Весёлая, открытая, готовая сорваться куда угодно с компанией девчонок. Мы собирались отметить с размахом праздник, насколько это позволяла осуществить стипендия, и в тот момент, когда салаты были готовы, а стол накрыт, на дачу нагрянул брат Ланы с друзьями.
Минуту, когда увидела Матвея в дверях садового домика, я помню в мельчайших подробностях, как буто это было всё вчера. Он застыл в проёме такой приветливый и добрый.
Среднего роста, не худощавый, но и не плотный, тёмно-русые волосы, короткая стрижка, открывавшая взгляд на высокий лоб. И какие у него глаза… Серо-зелёные, с искринками смеха. Лицо симпатичное, с волевым подбородком и чуть вздёрнутым носом. Он улыбался всем, и эта улыбка пронзила насквозь. Что-то во мне дрогнуло, затрепетало и возникло ощущение, что этого парня я знаю тысячу лет.
— Привет, я Матвей, — сказал он, протягивая руку. Его ладонь была тёплой и шершавой.
— Саша, — представилась ему, чувствуя, как румянец подступил к щекам.
— Учишься на «Управление и менеджмент», вместе с Ланой?
— Ага.
— Интересно. А я бумажки перекладываю. Юрист.
Так состоялось наше знакомство. Тем вечером мы много общались. Говорили о хобби, учёбе, работе, кино, о планах на будущее. Он рассказывал нелепые истории из своей юридической практики. Рядом с ним я чувствовала себя легко и свободно, повторюсь, словно знала Матвея всю жизнь. А в конце вечера он предложил проводить меня домой.
Подвезти на машине одного из друзей.
— Спасибо, Матвей, но я доеду до города с девочками, — ответила на предложение, хотя очень хотелось пообщаться с ним ещё немного.
— Тогда дай свои контакты, я позвоню.
От этих слов у впечатлительной меня перехватило дыхание.
Продиктовала ему номер. На следующий день он позвонил. Потом ещё. Мы стали встречаться, по выходным регулярно ходили в развлекательные центры и кино. Незаметно я в него влюбилась. По-настоящему, искренне, без оглядки. Матвей казался мне идеальным. Умный, добрый, заботливый, порядочный. Мужчина-мечта. И теперь эта мечта превратилась в кошмар…
***
«В четверг мой муж улетает в Германию на неделю, сможем встречаться каждый день…»
Злость закипает внутри. Разрастается за долю секунды со страшной силой. В голове стучит назойливая мысль:
«Александр Сергеевич, ваша жена спит с моим мужем».
И единственное, что хочется сделать — встать и закричать об этом во всеуслышанье, когда Каренин неодобрительно смотрит на меня. Но, разумеется, я этого не делаю. Молча открываю блокнот и вношу в него пару заметок.
Разве он может мне поверить?
Собрание заканчивается. Коллеги один за другим поднимаются из-за стола, гудящего от важности документов и полупустых кофейных чашек, со словами «Всего хорошего, Александр Сергеевич», направляются к выходу. Каждый старается побыстрее покинуть кабинет, словно боясь опоздать на что-то жизненно важное. Я тоже встаю, чувствуя лёгкое головокружение. Но не успеваю сделать и шага, как слышу властный приказ Каренина:
— Земцова, прошу вас, останьтесь на личную беседу. Пройдёмте в мой кабинет.
Сердце пропускает удар. Внутренне съёжившись, я оборачиваюсь, киваю, стараясь не выдать испуга и волнения, а затем выхожу из конференц-зала.
«Что ему нужно?» — задаюсь безмолвным вопросом, направляясь в приёмную, сдавливая до треска несчастную ручку.
Коллеги, бросая в мою сторону любопытные взгляды, скрываются в коридоре. Диана — секретарь компании — открывает массивную дверь, и я остаюсь одна с зашедшим следом Карениным в светлом, роскошном кабинете.
Огромный прямоугольный стол из тёмного дерева, занимающий центральное место, кажется ужасно внушительным. На его поверхности аккуратными стопками лежат бумаги, рядом возвышается массивная серебряная подставка с коллекционными ручками.
Стены кабинета украшают несколько картин современных экспрессионистов, а на полу расстелен мягкий ковёр приглушённых тонов. В углу слева от стола возвышается стеллаж с книгами в кожаных переплётах, а у окна расположено кресло, обитое натуральной кожей. Всё вокруг говорит о власти, успехе и безупречном вкусе владельца конгломерата.
Каренин обходит стол и усаживается в кресло, предлагая жестом мне присесть в то, что стоит напротив. Нехотя я подчиняюсь, чувствуя, как внутри нарастает напряжение и тревога.
«Неужели он знает? Александр Сергеевич уже в курсе измены жены?»
Властные мужчины не терпят предательства, зачастую у них развита интуиция, они быстро узнают о подобных вещах. Если не сами, то с помощью секьюрити. Интересно, зачем он попросил остаться?
Может, недоволен результатами продаж?
В последнее время я действительно была рассеянной и невнимательной. В голове проносятся обрывки рабочих моментов, где я что-то упустила или сделала ошибки, проживая это время в стрессе. И ведь действительно эффективно работать не могла.
Стараюсь собраться с мыслями, одновременно рассматривая кабинет. В глаза бросается огромный аквариум, расположенный вдоль одной из стен. Оранжевые и серые асцинтусы неспешно плавают среди кораллов. Напротив аквариума — электрический камин, над которым висит портрет, как мне кажется, Жданы, только в молодости. Изящная фигура, утончённые черты лица, длинные золотистые волосы, зелёные глаза. Она выглядит такой нежной и беззащитной. До сих пор не верится: неужели эта женщина способна на гнусное предательство?
Пока разглядываю портрет, одолевают противоречивые мысли. Возможно, я не права? Возможно, то сообщение было случайностью? Бывает же, что присылают не тому адресату? Но фотография… та чёртова фотография Жданы в кружевном белье не даёт уже сутки покоя.
Я украдкой бросаю взгляд на Каренина. Он сидит, откинувшись на спинку кресла, и сканирует меня внимательным, проницательным взглядом. В темноте его глаз, я не вижу ни гнева, ни подозрения. Только беспристрастность и… больше ничего.
«Зачем я здесь?» — веду с собой диалог, потому что ситуация напрягает. И если, честно, выдыхаю с долей облегчения, когда Каренин произносит:
— Напомните, как вас зовут?
— Александра Викторовна, — сдерживая дрожь в голосе, называю своё имя.
Он немного удивляется — да, мы, оказывается, с вами тёзки.
— И как давно вы работаете в компании, Александра Викторовна? — задаёт наводящий вопрос, кажущийся одновременно и деловым и немного издёвкой.
— Четыре года, Александр Сергеевич, — говорю, задумываясь сколько таких «Саш»-менеджеров среднего звена, как я, находится в подчинении Каренина, не разрывающего зрительный контакт.
Его глаза, тёмно-карие, почти чёрные, буравят, словно хотят добраться до каждой маломальской мысли, отчего я снова ёжусь. Н-да… взгляд у этого мужчины — безжалостный. Жгучий брюнет, на вид лет тридцати восьми, с явно выраженной атлетической фигурой, которую подчёркивает серый дорогой костюм.
Кипенно-белая рубашка идеально контрастирует загорелой кожей и придаёт ему внушительный и властный вид. Широкие плечи, высокий рост, на шее татуировка — сложного ведического узора с сакральными символами, которую невозможно скрыть под воротником. Эта деталь придаёт ему большей угрозы — с таким мужчиной лучше не шутить.
— Немало, — констатирует он, и я догадываюсь, что речь пойдёт о работе.
Выходит, промахи заметили.
А как же четыре года кропотливого труда, отданного дочерней компании «Infinitum Corp»? Четыре года я выкладывалась на двести процентов, а теперь сижу здесь, перед Карениным, как никчёмная провинившаяся школьница. Неужели все усилия были напрасны и меня в довесок к шоку выкинут на свалку, как отработанный ресурс?
Плохое начало разговора. Лишаться работы сейчас никак нельзя. Кредит за машину, ипотека и кто знает...
— Давыдов не доволен вашими результатами, — не отрывая тёмного взгляда, сообщает Александр Сергеевич, что моя дальнейшая работа действительно под вопросом. В груди всё обрывается, хотя морально я настроилась принять разнос. — Александра, ваша эффективность продаж стремительно падает. Виталий озадачен. Может, у вас появились трудности, которые мешают работе и вам нужно чем-то помочь?
Каренин сурово смотрит мне в глаза.
Ожидаемо было. Он даёт спасительный шанс исправиться, чтобы сразу не уволить, но я не знаю, что ему сказать.
Рассказать, как есть о причине, не имея на руках доказательств, или промолчать?
С минуту размышляю, как быть, прислушиваясь к дискомфорту, творящемуся внутри.
«Сегодня, в три часа, встретимся там, где обычно», — спонтанно всплывет в памяти предложение Жданы, и в этот момент Каренин повторяет:
— Так нужно, Александра?
А я удивительным образом откликаюсь.
— Да, — выдавливаю из себя, решаясь на отчаянный шаг. Открыть ему правду и будь что будет! — Мне изменяет муж, а вы на самом деле можете помочь.
Пауза.
Густая тишина. Время словно остановилось. Но мгновение спустя раздаётся неловкое «гхм» и недоумённое:
— Чем же?.. Личные проблемы сотрудников не имеют отношения к компании.
— Но они имеют отношение к вам, — выдаю я на одном дыхании, пока смелость не пропала. — Александр Сергеевич, мой муж изменяет мне с вашей женой.
***
Если вам понравилась история, рекомендую почитать книгу, написанную в похожем стиле и жанре:
"По ту сторону измены", Елена Грэй ❤️
Я читала до утра! Всех Ц.