Тем временем Анна Андреевна всё ещё стояла у манекена. Она провела рукой по гладкой поверхности — «Герман» был сделан на удивление качественно.
— Вот ведь… — пробормотала она. — Даже лицо как живое. Зачем же ты так, Антоша?
Она обернулась к мужу, который всё ещё стоял с гордым видом, будто только что совершил подвиг.
— Знаешь, что меня больше всего тревожит? — спокойно спросила она.
— Не то, что ты купил этот манекен. А то, что ты даже не попытался понять Сашу. Он бегает не для того, чтобы тебя позлить.
— Он делает это, потому что ему так удобно, потому что это его способ поддерживать форму. А ты… ты просто взял и высмеял его.
Антон Палыч хотел возразить, но она продолжила:
— И знаешь что? Я думаю, что Саша сейчас чувствует то же самое, что чувствовала я, когда ты смеялся над моими цветочками. Помнишь? Говорил, что «это не сад, а клумба для кукол». А я ведь так старалась…
Её голос дрогнул, и Антон Палыч наконец замолчал. Он посмотрел на жену, на её усталое лицо, на «Германа», который теперь казался ему не смешным, а каким‑то… жутким.
— Ладно… — пробормотал он. — Может, ты и права. Но как теперь‑то быть?
Анна Андреевна вздохнула:
— Теперь — ждать. И надеяться, что Саша не уйдёт. Потому что если он уйдёт, ты потеряешь и дочь, и шанс наладить отношения.
Она повернулась и пошла в дом, оставив мужа наедине с его мыслями и «Германом» — молчаливым напоминанием о том, как легко разрушить то, что строилось годами.
Предыдущая серия рассказа тут:
Начало рассказа тут:
Юбилей, который всё изменил
Прошёл месяц с момента яркой выходки Антона Палыча.
За это время Антон Палыч почти забыл о злополучном манекене — тот по‑прежнему стоял под навесом, никем не востребованный.
Ни Саша, ни сам Антон Палыч к нему не притрагивались. Жизнь вроде бы вошла в привычное русло… пока не наметился юбилей Антона Палыча — солидная дата: 60 лет.
Подготовка к торжеству
Решение было решено отмечать с размахом — прямо в загородной резиденции. Хозяева продумали программу:
- ароматные шашлыки на открытом огне;
- батут для детей и подростков;
- импровизированная концертная площадка с микрофоном — каждый гость мог выйти и поздравить юбиляра лично или спеть в караоке.
Всё дышало предвкушением праздника. Двор украсили гирляндами, столы накрыли белоснежными скатертями, а в центре зала поставили портрет Антона Палыча в рамке с юбилейной надписью.
Сюрприз от Саши
Когда гости собрались и атмосфера накалилась до точки кипения веселья, Алёна взяла микрофон:
— Пап, в общем, Саша, невзирая на твою вообще несмешную выходку в прошлом месяце, решил сделать тебе отдельный подарок — сюрприз!
Она передала микрофон Александру. Саша, улыбаясь, вышел вперёд:
— Ну, в общем, Антон Палыч, вот на таких мероприятиях все дарят, как правило, подарки непрактичные. А у меня подарок — 100 % будет востребован вами. Сейчас достану!
Он бодро добежал до навеса, где стояла его машина, открыл заднюю дверь кроссовера с кнопки. Вместе с одним из гостей они вдвоём вытащили огромный свёрток и с трудом приволокли его на сцену.
Зал замер в ожидании.
Раскрытие «секрета»
Антон Палыч, сияя как именинник из сказки, в пиджаке с бабочкой, поднялся на сцену. Он кивал гостям, ловил их восхищённые взгляды и явно чувствовал себя звездой вечера.
— Ну ты заинтриговал меня, зятек! Ну давай тогда канцелярский нож — уж сам распакую!
С предвкушением он начал разрезать упаковку. Первые слои оказались… туалетной бумагой.
— А туалетная бумага тут зачем? Чтобы при перевозке подарок не повредить? Больно уж какая дорогая бумага… — недоумённо бормотал Антон Палыч, вытаскивая одну упаковку за другой. Бумага не кончалась.
Кто‑то из гостей уже начал тихо смеяться.
— Ты что, дорогой мой, решил, что я так много сижу в санузле, и теперь мне потребуется столько этого богатства? — наконец рассмеялся и сам Антон Палыч, пытаясь сохранить лицо.
«Вишенка на торте»
Саша, не теряя самообладания, пояснил:
— Нет, Антон Палыч. У меня у друга целый завод по производству туалетной бумаги. Он поставляет свою продукцию во все крупные гипермаркеты нашей страны. Вот я и решил, чтобы моего тестя знали в лицо все люди! Чем же не подарок!
В этот момент Антон Палыч вытащил один из рулонов и развернул его. Зал ахнул.
Через каждые 30 см на бумаге была нанесена карикатура — до боли похожая на Антона Палыча, смешная, но узнаваемая.
А сверху, крупным шрифтом, красовалась надпись: «Мистер Антон». И — вишенка на торте — рядом с именем стояла большая буква «Г».
Взрыв эмоций
— Это чего же… Это ты мне этим… мне и всем присутствующим предлагаешь подтереться?! — взревел Антон Палыч. Его лицо побагровело, глаза метали молнии.
—Подожди. Ты хочешь сказать, что моей физиономией теперь пол-страны свои нужды по гигиене будут решать?! - автор высказался более корректно, а Антон Палыч высказал эти слова с большинством матерных слов.
Не дожидаясь ответа, он схватил канцелярский нож и бросился за Сашей по загородному участку.
Саша, хохоча, уворачивался и пояснял на бегу:
— Что же вы, Антон Палыч, сами же подарили манекен для бокса с моим лицом.
— Ну я и подумал, что у меня тесть — мужик с юмором, что обязательно оценит!
— Ведь вашу карикатуру известный художник рисовал! Теперь все будут сидеть по утрам в отхожем месте и улыбаться, глядя на вашу физиономию!
Реакция гостей
Кто‑то из вновь прибывших гостей, не слышавший предистории, воскликнул:
— Вот это рожа!!! И вправду Мистер Антон! Ты смотри, ещё к имени большую букву «Г» приписали — с намеком!
— Да как чудно на Антона Палыча — нашего юбиляра — похож!
Смех прокатился по двору. Кто‑то аплодировал, кто‑то фотографировал рулон.
Развязка
— А ну вон из моего дома! Живо! — орал Антон Палыч на весь посёлок.
Саша остановился, улыбнулся и спокойно произнёс:
— Заметьте, Антон Палыч, вы сами на этом настояли.
Он пошёл собирать свои вещи в машину. В это время несколько гостей и жена Антона Палыча сдерживали его, отняв канцелярский нож.
Алёна подошла к отцу:
— Пап, я не знала… Но тут что сказать: «око за око, зуб за зуб». Саша лишь масштабировал твою же идею с манекеном! Ты сам виноват, что мы уезжаем!
— Куда?! Машину куда мою берёте?! У нас же уговор был, что эта машина — ваша в случае совместной жизни с нами! — кричал Антон Палыч, которому уже несли двойную дозу успокоительного.
Саша, укладывая чемодан в багажник, бросил через плечо:
— Не, мистер Антон Палыч, мы свои условия договора с Алёной выполняем. Вы сами нас выгнали. Ну а слово хозяина — закон. Тем более что машина на Алёнку зарегистрирована. Так что — счастливо оставаться, Мистер «Г» Антон! Теперь с вами будут делать селфи все жители нашего города. Да что города — в столице узнавать будут!
Он вальяжно выехал с дачи.
Последствия
Антону Палычу было нечего ответить. Действительно: Саша с женой не нарушили ни одного пункта негласного соглашения.
Позже, когда гости разъехались, а суета улеглась, Анна Андреевна подошла к мужу:
— Ну что, Антоша, вот и посмеялись, правда? Так посмеялись, что давление подскочило и скорую тебе пришлось вызывать.
Антон Палыч молчал. Он смотрел на пустой двор, на оставшийся рулон туалетной бумаги, на портрет в рамке… и понимал: шутка вышла из‑под контроля.
А туалетная бумага «Мистер „Г“ — Антон» тем временем пошла в серию.
Производитель, увидев ажиотаж, запатентовал карикатурную физиономию и логотип как бренд. Товар стал бешено популярным — люди покупали его ради шутки, ради коллекционной ценности, ради самого факта «видеть» Антона Палыча каждый день.
Так за Антоном Палычем навсегда закрепилось негласное прозвище — Мистер Антон с припиской «Г» в начале имени.
Конец истории.
Ставьте 👍Также, чтобы не пропустить выход новых публикаций, вы можете отслеживать новые статьи либо в канале в Телеграмме, https://t.me/samostroishik, либо в Максе: https://max.ru/samostroishik