Глава 10
Следующие несколько дней пролетели в непрерывном труде. Арина приходила на поляну на рассвете и уходила затемно, возвращаясь домой с землей под ногтями и приятной усталостью в мышцах. Мать качала головой, но уже не упрекала. Тетка Матрена пару раз пыталась устроить допрос с пристрастием, но, не добившись ничего, кроме усталых односложных ответов, отстала, ворча что-то о «зомбировании».
Работала она молча, сосредоточенно, и в этом труде была своя медитативная прелесть. Ритм: лунка, саженец, земля, полив. Снова и снова. Под ее руками хрупкие прутики обретали новый дом, вставая в ровные, полные надежды ряды.
Кирилл работал рядом. Он был мозгом и мотором всего предприятия, без устали копая, объясняя, поправляя. Но Арина заметила, как иногда он останавливается, опирается на лопату и смотрит на их общее творение — на уже довольно обширное поле с зелеными побегами — и на его лице появляется выражение не просто удовлетворения, а чего-то большего. Почти благоговения.
Они почти не разговаривали, но между ними возникло новое, молчаливое понимание. Он протягивал руку за лейкой, и она уже подавала ее. Она смотрела на тучи на горизонте, и он, словно читая ее мысли, говорил:
—Не бойся, дождь им только на пользу. Они стали командой.
Как-то вечером, когда солнце уже касалось вершин дальнего леса, окрашивая небо в алые и золотые тона, они закончили полив последнего из посаженных сегодня саженцев. Арина выпрямилась, с трудом разгибая затекшую спину. Руки гудели от усталости, но на душе было спокойно и светло.
— На сегодня все, — сказал Кирилл, его голос был хриплым от дневного молчания. — Спасибо, Арина. Без тебя я бы... я бы не справился.
Она лишь махнула рукой, отмахиваясь от благодарности, но внутри что-то теплое и приятное зашевелилось.
Он подошел к краю поляны, откуда открывался вид на все их детище. Арина встала рядом. Внизу, у подножия склона, темнело озеро, неподвижное и спокойное. А над ним, поднимаясь террасами, уходили вверх ряды молодых лоз. Они казались такими хрупкими в огромном мире, но в их ровном строю была своя сила.
— Красиво, — тихо сказала она, сама не ожидая от себя таких слов.
— Это только начало, — так же тихо ответил он. — Подожди, когда они пойдут в рост, когда зацветут...
Он замолчал, и они стояли плечом к плечу, наблюдая, как последние лучи солнца золотят тонкие зеленые побеги. Было тихо, лишь вечерний ветерок шелестел листьями берез на опушке.
Арина украдкой посмотрела на него. Загорелое, усталое лицо, упрямый подбородок, глаза, в которых отражалось закатное небо и его мечта. И в этот момент она с поразительной ясностью поняла, что ее тянет к нему не только из-за старой привязанности или жалости. Его упрямство, его вера, его безумная мечта — все это стало для нее важно. Очень важно.
Он почувствовал ее взгляд и повернулся. Их глаза встретились. В его взгляде не было привычной уверенности или деловой сосредоточенности. Было что-то неуверенное, вопрошающее. И что-то еще... теплое.
— Арина... — начал он.
Но закончить фразу ему не удалось. Снизу, с дороги, донесся громкий, раздраженный оклик:
— Кирилл! Ты там есть?
Это был голос Алексея. Кирилл вздохнул, и момент развеялся, как дымка над озером.
— Иду! — крикнул он в ответ и, бросив на Арину быстрый, почти извиняющийся взгляд, зашагал вниз, к дороге.
Арина осталась одна на вершине склона. Она смотрела на уходящую темно-синюю полосу озера, на первые звезды, зажигающиеся в небе, и прикасалась пальцами к губам, словно пытаясь поймать несказанное слово, которое так и не было произнесено.
Они посадили не только виноград. В этот вечер, под закатным небом, между ними укоренилось что-то новое. Хрупкое, как молодой побег, и пугающее своей силой.
Подписывайтесь на дзен-канал Реальная любовь и не забудьте поставить лайк))