Я уже директор.
Настоящий.
Работаю на улице, названной в честь прудов, которых давно нет. Тоже символично, если подумать.
Магазин стоит как часы.
Витрины — чистые, как совесть отличника.
Товар разложен красиво, без «сюрпризов».
Отчётность сходится.
Планы выполняются.
Совещания проводятся.
Коллектив работает.
Клиенты идут.
Деньги капают.
Любой нормальный человек сказал бы:
— Ну всё, живи и радуйся.
А мне…
Мне скучно.
Когда всё хорошо — становится опасно
Это странное состояние, когда ты вроде бы достиг, но тебе этого уже мало.
Не потому что жадный.
А потому что мозг — сволочь — всегда хочет дальше.
Магазин маленький.
Выручка — нормальная, но не «вау».
Людей в подчинении — немного.
Ответственность — тоже умеренная.
А внутри уже начинает чесаться:
— А если магазин побольше?
— А если оборот повыше?
— А если точек несколько?
— А если ответственности побольше?
— А если зарплата при этом тоже выросла?
Самый опасный момент в карьере — это когда ты:
- уже не боишься,
- уже умеешь,
- но ещё не упёрся в потолок.
В этот момент у человека появляется желание шевелиться.
А корпоративные системы такие шевеления не любят.
Я начинаю доставать директора
Тихо.
Аккуратно.
Методично.
Без истерик.
Без ультиматумов.
Без «или сейчас, или я ухожу».
Я просто:
— иногда задаю вопросы,
— иногда уточняю перспективы,
— иногда напоминаю, что мне интересно расти,
— иногда говорю, что готов брать больше.
С виду — обычные разговоры.
А по факту — это карьерный шантаж в вежливой упаковке.
Типа:
— Я ни на что не намекаю…
Но очень даже намекаю.
Система не любит амбициозных, но пользуется ими
Вот тут и начинается самое интересное.
Любая стабильная структура обожает людей:
— которые спокойно работают,
— не задают лишних вопросов,
— не смотрят выше своей головы,
— сидят в своём уютном болотце.
Такие люди системе удобны.
А вот те, кто начинает шевелиться, хотеть больше, видеть дальше — неудобны.
Но!
Парадокс в том, что именно таких людей она потом и использует для рывков.
Сначала тебе говорят:
— Рано.
— Не сейчас.
— Подожди.
— Ты ещё не готов.
— Надо посмотреть.
А потом в один прекрасный день:
— Слушай, тут проблема…
— Никто не хочет брать эту точку…
— Там жёстко, тяжело, проблемный коллектив…
— Ты же у нас «активный», давай ты?
И вот здесь начинается карьерная рулетка.
Амбиции — это когда ты добровольно идёшь туда, где другие не хотят
Хочешь большего — готовься к худшему.
Это я понял довольно рано.
Больше магазин — больше:
— проверок,
— проблем,
— конфликтов,
— ответственности,
— косяков,
— жалоб,
— и ночных мыслей «а на кой чёрт я вообще этого хотел».
Но вместе с этим больше:
— влияния,
— опыта,
— денег,
— веса в системе.
И ты стоишь на развилке:
Либо ты:
— остаёшься в уютной стабильности,
— живёшь без нервов,
— без особого роста,
— но и без особых падений.
Либо ты:
— идёшь выше,
— лезешь в мясо,
— берёшь на себя риски,
— и либо вырастаешь, либо тебя красиво размазывает.
Третьего варианта нет.
Самое мерзкое — это внутренний зуд
Тебя никто не гонит.
Никто не заставляет.
Ты сам.
Ты сам себе самый токсичный HR.
Сам себе самый жёсткий начальник.
Сам себе самый беспощадный мотиватор.
Внутри постоянно звучит:
— Ты можешь больше.
— Это не потолок.
— Ты застрял.
— Ты удобный.
— Ты слишком хорошо устроился.
— Ты начинаешь ржаветь.
И ты вроде бы всё понимаешь…
А остановиться не можешь.
Карьера — это не лестница. Это минное поле
Снаружи карьера выглядит красиво:
— повышение,
— должность,
— кабинет,
— деньги.
Изнутри это:
— интриги,
— ожидания,
— игры,
— чужие амбиции,
— чужие страхи,
— и твои собственные ошибки, которые стоят людям денег.
Ты не поднимаешься вверх.
Ты каждый раз заходишь на новое минное поле.
Просто мины с каждым разом становятся дороже.
Итог
Работа налажена.
Магазин работает.
Команда тянет.
Деньги идут.
Рутина победила хаос.
Но мне опять мало.
Я опять начинаю смотреть наверх.
Я опять начинаю шевелиться.
Я опять начинаю доставать директора.
Потому что стабильность — это уютно.
Но она же — первый шаг к внутреннему болоту.
А я, как выяснилось, — не болотный.