Светлана Петровна стояла у окна и смотрела на пустой двор. Сметаны в холодильнике хватало, но она всё равно натянула куртку — хотя бы до магазина дойти, хотя бы с кем-то слово перемолвить. Сериал начнётся через час, до этого времени надо было как-то себя занять.
У подъезда её окликнули.
— Светочка! Постой!
Евдокия Витальевна шла навстречу, и Светлана Петровна поняла — сейчас будет больно. Евдокия всегда умела рассказывать о своей жизни так, что хотелось провалиться сквозь асфальт.
— Только вчера вернулась! Двадцать один день в «Озёрном», представляешь? — Евдокия сияла. — Сынок оплатил, говорит: мама, ты заслужила.
Светлана Петровна сглотнула. Пять лет назад её Антон выделил ей только неделю в каком-то пансионате с овсянкой на завтрак и советскими фильмами по вечерам. С тех пор — ни копейки. Алименты, новая семья, кредиты. Она даже перестала намекать.
— Там бассейн зимний с подогревом, грязевые обёртывания, соляная пещера! — Евдокия полезла в телефон. — Сейчас покажу, там такой интерьер!
Светлана Петровна смотрела на фотографии — мраморные полы, огромные окна, белоснежные халаты — и чувствовала, как зависть жжёт изнутри.
— А знаешь, кого я там встретила? — Евдокия сделала паузу, явно наслаждаясь моментом. — Твою бывшую невестку. Ирину Николаевну.
Светлана Петровна почувствовала, как что-то переворачивается в груди.
— Она там работает, физиотерапевтом. На собственной машине приезжает, блестящей такой. Живёт у матери в трёшке, а свою двушку сдаёт, — Евдокия говорила медленно, растягивая каждое слово. — Прямо процветает девочка.
Светлана Петровна молчала. В голове проносились картинки: как она три года долбила Антону, что Ирина «не из их круга», «слишком амбициозная», «не умеет быть женой». Как радовалась разводу.
А теперь выходит, что Ирина живёт лучше, чем её собственный сын.
Всю ночь Светлана Петровна не спала. К утру план созрел: Ирина должна ей. Должна за всё. По сути, это благодаря разводу она смогла сосредоточиться на карьере, правда? Значит, она в долгу.
Светлана Петровна оделась, взяла сумочку и поехала в «Озёрный».
Административный корпус встретил её мягким светом и запахом дорогого кофе. За стойкой стояла девушка с идеальной улыбкой.
— Чем могу помочь?
— Мне номер, — Светлана Петровна выпрямилась. — Позовите Ирину Гринёву, она здесь работает. Я её свекровь.
Администратор растерянно моргнула, но набрала внутренний номер. Через пару минут в холл вошла Ирина. Белый халат, волосы в пучке, лицо спокойное.
— Светлана Петровна? Что случилось?
— Случилось, что мне врач санаторий прописал, — Светлана Петровна шагнула ближе. — Давление, суставы, сил нет. А ты тут работаешь, так что оформи мне путёвку. На три недели.
В холле сидели трое постояльцев. Ирина бросила взгляд на них, потом посмотрела на Светлану Петровну.
— Я не могу оплатить вам путёвку.
— Как это не можешь? — голос Светланы Петровны стал громче. — Ты тут на машине ездишь, квартиру сдаёшь, а мне, больному человеку, отказываешь?
— Обратитесь к Антону, — Ирина не повышала голос. — Или купите путёвку самостоятельно. У нас есть прайс.
— К Антону?! — Светлана Петровна почти закричала. — У него трое детей, алименты, кредиты по уши! А ты тут в роскоши купаешься! Между прочим, если бы не развод, ты бы до сих пор в своей двушке прозябала!
Постояльцы уже открыто смотрели. Администратор взяла телефон.
— Я тебе карьеру сделала, можно сказать! — Светлана Петровна размахивала руками. — Так что мне номер БЕСПЛАТНО, я её свекровь! Слышишь? Бесплатно!
Ирина молчала несколько секунд. Потом наклонилась к стойке и нажала кнопку.
— Охрана на ресепшен, — сказала она тихо.
Светлана Петровна опешила.
— Ты что делаешь?!
— Вызываю охрану, — Ирина посмотрела ей в глаза. — Посторонние лица не допускаются на территорию без оформленной путёвки. Это частная собственность.
Появились двое охранников. Светлана Петровна попыталась отступить, но они вежливо взяли её под локти.
— Проводите до выхода, — Ирина развернулась к администратору. — И передайте на въезд: эта женщина может попасть сюда только с оплаченной путёвкой. Разговор записан на камеры.
Светлану Петровну вывели. Она обернулась у дверей — Ирина стояла у стойки с абсолютно спокойным лицом.
На следующий день, когда Ирина проводила процедуру очередному пациенту, ей позвонил Антон.
— Ты совсем озверела? — он не здоровался. — Мать вчера рыдала полдня! Ты её при людях унизила, охрану вызвала!
Ирина вышла в коридор, прикрыла дверь кабинета.
— Антон, твоя мать требовала, чтобы я за свой счёт оплатила ей путёвку. При свидетелях. И устроила скандал.
— Ну и что? Ты же можешь себе позволить! А она пенсионерка!
— Антон, слушай внимательно, — Ирина говорила медленно. — У меня есть полная видеозапись с камер наблюдения. На ней твоя мать орёт на весь холл, что я ей должна карьеру и обязана дать бесплатную путёвку.
Он молчал.
— Эта запись хранится в системе безопасности, — Ирина продолжала. — И если она попытается распространять слухи обо мне или о моей работе, эта запись окажется там, где нужно. У меня испытательный срок, мне увольняться из-за её выходок не хочется.
— Но она же...
— Она взрослый человек, который приехал требовать бесплатных услуг в частном санатории. Это попытка мошенничества, если тебе интересно.
— Ты не можешь так...
— Могу, — Ирина перебила жёстко. — Твоей матери не санаторий нужен, Антон. Ей нужен врач. Нормальный врач, который объяснит, почему она считает, что все вокруг ей должны. Я тебе бывшая жена, я тебе ничего не должна. И уж тем более — ей.
Она сделала паузу.
— Так что либо ты с ней разговариваешь по-взрослому, либо я передаю запись дальше. И ещё, Антон: запрети ей приближаться ко мне. Совсем. Иначе следующий разговор будет уже с юристами. Выбирай.
Ирина сбросила звонок. Руки слегка дрожали, но внутри было спокойно. Она вернулась в кабинет и продолжила работу.
Две недели спустя Ирина встретила Евдокию Витальевну у аптеки.
— Ирочка! — та сияла. — Слышала новость?
— Какую?
— Антон твой матери такое устроил! — Евдокия подошла ближе, явно наслаждаясь возможностью посплетничать. — Приехал к ней, говорят, и час разговаривал. Сказал, что если она ещё раз к тебе сунется или про тебя хоть слово скажет — он с ней общаться перестанет. Совсем. Светка теперь ходит тихая, с соседями даже здоровается. Представляешь?
Ирина усмехнулась.
— Представляю.
— Так что ты правильно сделала, что не поддалась, — Евдокия кивнула с одобрением. — Она всю жизнь всех под себя гнула. Пусть теперь знает, что не всё по её желанию будет.
Ирина попрощалась и пошла к машине. Испытательный срок она прошла две дня назад. Начальство осталось довольно — быстро, без лишнего шума, по протоколу.
Она завела машину и посмотрела в зеркало заднего вида. Впереди были три недели отпуска. Дома, с мамой, со спокойной совестью и без чужих претензий.
Светлана Петровна получила урок, которого ей не хватало всю жизнь: чужие люди не обязаны терпеть твои требования только потому, что ты считаешь себя обиженной. И то, что когда-то ты была чьей-то свекровью, не даёт тебе права требовать бесплатного.
Ирина включила музыку и выехала на дорогу. Впереди было лето, отпуск и жизнь, в которой она сама решала, кому и что она должна. А больше никому.
Если понравилось, поставьте лайк, напишите коммент и подпишитесь!