– Сынок, видишь, как она со мной обращается? Я тут для вас стараюсь, все делаю, а она… Выгони ее! Она мне тут жить не дает!
Артем, бедный, стоял и не знал, что сказать. Он смотрел на меня, потом на мать, и бессмысленно хлопал глазами.
------------------
Утренний прохладный воздух коснулся моих щек, когда я проснулась. Звук льющейся воды в ванной, такой привычный и в то же время неприятный. Мой муж, вернее, уже почти бывший муж, Артем, мирно посапывал на диване в гостиной, укрывшись старым, выцветшим пледом. «Как в танке, – подумала я с горечью. – Ничего не слышит, ничего не видит». Тихонько поднявшись, чтобы не разбудить его (хотя, казалось, даже взрыв не смог бы его разбудить), я направилась на кухню. Там уже восседала она – та, чье присутствие превратило мою жизнь в ад, – Снежана Павловна, моя любимая свекровь, с чашкой чая.
– Доброе утро, Даша, – процедила она сквозь зубы, даже не удостоив меня взглядом.
Я, скрипя зубами, промолчала. Какое уж тут доброе утро, когда рядом с тобой сидит эта ядовитая змея, постоянно выискивающая, как бы ужалить побольнее. Три года назад состоялась моя скромная свадьба с Артемом, через пару лет после нашего знакомства. Тогда он жил в коммуналке с двумя друзьями, но незадолго до свадьбы его бабушка, светлая ей память, отдала коньки и ушла на тот свет, оставив ему в наследство двухкомнатную квартиру в старой хрущевке.
Радости не было предела, конечно не по поводу смерти бабушки, а по поводу квартиры! Ремонт, конечно, там был аховый, но сама мысль о собственном жилье грела душу. Сразу после свадьбы я переехала к нему. Квартирка была маленькой, но зато своей. Две комнаты, крошечная кухонька, где двум людям было не развернуться, и совмещенный санузел, где в душе можно было достать рукой до унитаза, не выходя из него.
Окна выходили во двор на детскую площадку на которой постоянно кричали дети. Перед самой свадьбой Артем что-то подклеил, кое-где подкрасил, обои переклеил, но основную лепту в создание уюта внесла я. Новые шторы, ковер, цветы в горшках, безделушки, фотографии… Я пыталась создать настоящее гнездышко, наполненное любовью и теплом.
Первые два года нашей совместной жизни были как сказка. Я работала в банке финансистом с неплохой зарплатой, а Артем трудился автомехаником в небольшом сервисе. Деньги, конечно, не лились рекой, но нам хватало. Мы вели совместный бюджет, планировали будущее: поездки на море, новую машину, рождение детей. Жизнь шла своим чередом: работа, кино, кафе, встречи с друзьями, поездки к моим родителям на дачу. Изредка происходили мелкие ссоры, но они быстро забывались и не оставляли следа.
А потом появилась она… Снежана Павловна, мать Артема. Она всю жизнь прожила в деревне, вела хозяйство, держала скотину. Но вот, под старость лет решила перебраться поближе к сыну. Продала свой дом, но денег хватало разве что на комнату в коммуналке на окраине города. И тогда Артем предложил ей пожить у нас, пока она не найдет подходящий вариант. «Ну как я мог отказать матери? – оправдывался он. – Она же старенькая, ей нужна помощь». И я, наивная дура, согласилась. Лучше бы я тогда провалилась сквозь землю! Я и представить себе тогда не могла, во что превратится моя жизнь.
Артем, конечно же, отдал матери нашу спальню. «Ну не может же она спать на диване», – заявил он безапелляционным тоном. И мы с ним перебрались в гостиную на этот ужасный диван, который скрипел, пружинил и не давал нормально выспаться и еще кое что сделать. Снежана Павловна очень быстро освоилась в нашей квартире. Разложила свои вещи в шкафу, расставила на полках свои фотографии, смотрела телевизор на полную громкость и, самое главное, безраздельно завладела кухней. С первых же дней она начала командовать, указывать, критиковать.
– Дашенька, ты неправильно хранишь продукты, – говорила она своим елейным голосом, копаясь в моем холодильнике. – Мясо нужно класть на верхнюю полку, а овощи – в нижний ящик. И вообще, у тебя тут какая-то пустота. Где соленья, где варенья? В деревне у каждой хозяйки круглый год заготовлено всего впрок.
С каждым днем замечаний становилось все больше. Снежана Павловна критиковала мою кухню, мою уборку, мою одежду, мою работу, моих друзей. Она постоянно сравнивала меня с женами своих знакомых, деревенскими бабами, по ее мнению, Артем заслуживает лучшей партии.
– Даша, ну что это за работа у тебя такая? – ворчала она, когда я приходила домой уставшая после работы. – Целыми днями сидишь за компьютером, глаза портишь. А что ты умеешь делать по дому? Где борщ, где пироги? Артем работает, как вол, а ты его голодным оставляешь!
Я терпела как могла. Старалась не отвечать на ее придирки, надеясь, что это просто временное явление, что скоро она найдет себе жилье и уедет. Но Снежана Павловна, похоже, и не думала никуда уезжать. Деньги от продажи дома лежали мертвым грузом на ее счету, и она не торопилась их тратить. «Зачем мне тратить деньги на какую-то конуру, – говорила она, – когда у меня есть сын, который обо мне позаботится?»
Артем, естественно, пытался сгладить острые углы между мной и матерью, но получалось у него это из рук вон плохо. Он просил меня быть терпимее к пожилой женщине, говорить с ней ласково и уступать, он всегда говорил со мной как с маленькой девочкой. Он обещал поговорить с матерью, убедить ее активно заняться поиском жилья. Но все его обещания оставались лишь словами.
Я чувствовала превращаюсь в серую мышь. Самой противно от себя. Но и силы не откуда взять. После работы мне хотелось прийти домой, расслабиться, почитать книгу, посмотреть фильм. Но дома меня ждала Снежана Павловна со своими бесконечными придирками. Расслабиться было невозможно. Я перестала краситься, покупать себе новую одежду. Зачем? Все равно она раскритикует.
Напряжение между нами росло с каждым днем. Я стала задерживаться на работе, чтобы избежать общения со свекровью. По выходным уезжала к подруге Марине, лишь бы не находиться в этой удушающей атмосфере. Артем видел мои страдания, понимал, что происходит, но ничего не делал. Он просто разрывался между мной и матерью, пытаясь угодить обеим.
Катализатором всего произошедшего стала стирка. Решила я однажды перестирать все белье в доме, включая старые кружевные занавески, которые достались Артему от бабушки. После стирки Снежана Павловна влетела на кухню как фурия.
– Ты что наделала, дура?! – заорала она. – Ты испортила мои любимые занавески! Чем ты их, спрашивается, стирала?!
Я, естественно, не выдержала:
– Да что с ними случилось? Они же просто чище стали!
– Они испорчены! – продолжала кричать Снежана Павловна. – Ты ничего не понимаешь в хозяйстве! Тебе только деньги тратить!
– А что вы так переживаете за эти тряпки? – огрызнулась я. – Они сто лет уже никому не нужны.
– Это память! – завопила свекровь. – А ты, городская, ничего не ценишь! То ли дело у нас в деревне…
– Да что вы все время вспоминаете свою деревню? – взорвалась я. – Вы здесь живете! Смиритесь уже, или езжайте обратно в свою деревню!
– Ах, я тебе еще и не нравлюсь? – обиделась Снежана Павловна. – А кто тебя здесь терпит?
– Вы меня тут терпите? – возмутилась я. – Да вы тут у нас на шее сидите!
И тут в разговор вмешался Артем. Он пришел с работы и был просто в шоке от происходящего.
– Что тут у вас опять происходит? – вздохнул он. – Мам, ну что ты опять завелась? Даш, ну что ты так с мамой разговариваешь?
– А как мне с ней разговаривать? – воскликнула я. – Она меня уже достала своими придирками!
Снежана Павловна, воспользовавшись моментом, тут же кинулась к сыну:
– Сынок, видишь, как она со мной обращается? Я тут для вас стараюсь, все делаю, а она… Выгони ее! Она мне тут жить не дает!
Артем, бедный, стоял и не знал, что сказать. Он смотрел на меня, потом на мать, и бессмысленно хлопал глазами.
И тут Снежана Павловна выдала свой козырный номер:
– Либо я, либо она! Выбирай, сынок! Нам двоим не место в этой квартире!
В этот момент вся моя жизнь пронеслась у меня перед глазами. Я вспомнила наши первые встречи с Артемом, наши свидания, поцелуи, свадьбу, наши мечты о будущем… И поняла, что все это – иллюзия. Артем никогда не любил меня по-настоящему. Для него всегда на первом месте была мать.
Артем потупил взгляд. Минута молчания показалась для меня вечностью. Я смотрела на него и ждала.
– Артем, – произнесла я тихо и спокойно. – Если ты мужчина, ты сейчас должен сделать выбор.
Снежана Павловна смотрела на него с вызовом, вся ее поза говорила о том, что она уверена в победе. Несколько долгих секунд Артем молчал, а потом он поднял на меня свои полные вины глаза и тихим, и неуверенным голосом произнес: «Мама, ну зачем ты так?».
Снежана Павловна торжествующе посмотрела на меня. Я все поняла.
– Значит, так, – сказала я, стараясь держаться как можно спокойнее. – Я ухожу.
– Даш, ну что ты такое говоришь? – спохватился Артем. – Куда ты уйдешь? Давай успокоимся, все обсудим. Мам, ну чего ты завелась?
– Я уже все решила, – сказала я, не глядя на него. – Мне больше нечего здесь делать.
Я пошла в спальню и начала собирать вещи. Руки тряслись, слезы лились ручьем, но я старалась не подавать виду. Я складывала в чемодан одежду, косметику, фотографии… Все, что напоминало мне о моей прежней жизни.
Снежана Павловна стояла в дверях и смотрела на меня с торжествующей улыбкой на лице. Артем стоял рядом и бессмысленно повторял:
– Даш, ну не делай глупостей. Подумай хорошенько.
– Я уже все обдумала, – ответила я, захлопывая чемодан. – Прощайте.
И вышла из комнаты. Не прощаясь с Артемом, я подошла к двери, открыла ее и ушла. Ушла навсегда.
Марина, моя лучшая подруга, приютила меня у себя. Выслушала, успокоила, накормила. Я не знала, как благодарить ее за все.
– Ты молодец, что ушла, – сказала она мне на следующий день. – Нельзя терпеть такое к себе отношение. Ты заслуживаешь лучшего.
Вскоре я подала на развод. Артем звонил мне каждый день, умолял вернуться, обещал, что поговорит с матерью, что она изменится. Но я уже не верила его словам. Я знала, что ничего не изменится. Снежана Павловна никогда не оставит его в покое.
Чтобы ускорить процесс развода, во время раздела имущества я отказалась от своей части денег, которые мы с Артемом копили на новую машину. Пусть подавится.
Развод оформили через месяц. Артем пытался обнять меня на прощание, но я отстранилась. Теперь он для меня – просто пустое место.
После развода я сняла небольшую однокомнатную квартиру. И начала новую жизнь. Больше не давала мужу денег, жила в своей квартире, как хотела я. С головой ушла в работу, получила повышение и стала жить по человечески. Снежана Павловна и Артем исчезли из моей жизни.
Примерно через год я познакомилась с Андреем. Он был юристом, обаятельный. Мы начали встречаться. Вскоре он предложил мне руку и сердце. Я долго сомневалась, боялась повторения старых ошибок. Но Андрей был терпелив и настойчив. Он сумел завоевать мое доверие.
Мы сыграли свадьбу. Свадьба была маленькой, зато уютной и спокойной. Я была по-настоящему счастлива.
Артем так и остался жить с матерью. Говорят, Снежана Павловна совсем его измучила своими придирками. Он так и не женился.
А я… Я оглядываюсь назад и понимаю, что сделала правильный выбор. Я выбрала свободу. Я выбрала счастье. А это в моей жизни главное.
– О чем задумалась, любимая? – спросил Андрей, обнимая меня за плечи.
– Ни о чем, – улыбнулась я. – Просто думаю о том, какая я счастливая.
И сейчас я знала, что это правда.