Вы никогда не задумывались, почему у каждого второго «правильного, но одинокого» парня маму зовут одним коллективным именем? Не важно, Марья она или Элина, Татьяна или Анна.
По сути она навсегда останется «Васиной Мамой». И самое смешное (и страшное) — чем яростнее в комментариях кричат «Так не бывает! Не могла она!», тем четче проступает ее точный портрет.
Представьте
Две женщины средних лет ведут диалог у подъезда. С тяжелыми пакетами из супермаркета и праведным гневом
— Мой-то опять в эту свою компьютерную игру играет! Я ему: «Ванек, жениться тебе пора, а ты в танчики!»*
— А мой на диване лежит, в телефоне тыкает. Говорю: «Ты хоть бы на свидание сходил, познакомился с кем!» А он мне: «Мама, отстань». И как с ними быть?!
Пауза. Вздох. И хором, как отче наш: «Никакой ответственности! Никакой хозяйственности! И как они такие выросли?»
Вот оно. Апогей. Вопрос на миллион: откуда берутся такие бесхребетные сыновья?
Ответ лежит на поверхности — в зеркале.
Они не «берутся». Они их такими годами лепят из теста собственных страхов, обид на мужчин и тотального убеждения, что «я одна знаю, как правильно». Мама могла не читать акафистов. Она могла заходить в церковь только за тем, чтобы «свечку за родителей поставить».
Ей не нужен Бог. Ей нужен Принцип.
Принцип правильной, безопасной, предсказуемой жизни для сына. А где найти лучший свод непогрешимых правил, чем в системе, которая претендует на абсолютную истину? Неважно, партийной или религиозной.
Васина Мама — это не обязательно фанатичная верующая.
Это женщина, пережившая крушение одной веры («Ленин всегда живой!») и отчаянно ищущая другую, чтобы построить для сына крепость.
Крепость безопасности. Где его не обманет плохая жена, не предаст друг, не сломает жизнь.
Враги только меняются: вместо «буржуазной морали» — «распущенные современные девки», вместо «морального разложения» — «недостаток духовности».
Метод один: воспитать сына по лекалам этой новой веры, чтобы он не смел высовываться за ее пределы. А каноничный образ «святой жены» — это просто удобный ярлык из нового концептуального ряда. Ей и самой-то не нужна невестка. Нужен вечный, предсказуемый Вася.
Мысль Васиной Мамы, глядящей на любимого сына:
«Господи, лишь бы не попал к какой-нибудь ш*лаве… Лучше уж пусть со мной. Я его и накормлю, и обихожу. Он у меня хороший, чистый. Девки его не оценят. Они все не достойны моего сына. Жен может быть много, а мама одна».
А ведь в этом есть чудовищная, искаженная форма любви.
Любви-самоотречения. Любви-жертвы. Она прожила свою жизнь, часто трудную, часто с ошибками, и хочет дать сыну не просто лучшее, а идеальное, стерильное будущее.
Она как тот садовод (привет, Элина!), который так боится вредителей и заморозков, что выращивает розу под стеклянным колпаком. Роза жива, красива, но не пахнет и не может дать ни одного нового бутона. Она защитила его от мира, но и мир от него тоже.
Пока мама ищет сыну святую жену по старым лекалам, сам сыночек должен найти в себе мужество выйти из-под материнской сени. Иначе он рискует навсегда остаться не мужем, а вечным приложением к материнскому комплексу.
А как вы считаете, «Васины мамы» — это миф или реальность?
Может, вы сами такой мамой являетесь или вам посчастливилось быть объектом ее заботы?
Жду ваши истории в комментариях. Давайте разберем этот феномен по косточкам!